Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Что ты имеешь в виду?

– Сегодня звонила классная руководительница. Говорит, Яли слишком часто общается с тем мальчиком – Сунь Хуэем. Похоже, между ними зарождаются чувства.

– Да? А что за мальчик?

– Тоже отличник, второй в рейтинге по успеваемости. Высокий, симпатичный, я его несколько раз видела. Да и семья, кажется, обеспеченная – одевается только в брендовые вещи.

– Хе-хе, выходит, наш будущий зять – прямо мечта: высок, богат, привлекателен?

– Я серьезно! Сейчас же последний год школы, самый ответственный момент. Разве можно позволять этой ранней любви вскружить нашей дочери голову?

– Какая же это ранняя любовь? Если бы Яли была еще в средней школе – тогда другой разговор. Ей вот-вот исполнится восемнадцать, она уже взрослая девушка, к тому же красивая. Разве странно, что у нее появился поклонник? Лично я считаю, если это не влияет на учебу, а их общение не выходит за рамки – то все в порядке. Кстати, а что говорит учительница? Неужели они ведут себя неподобающе?

– Нет, как раз наоборот. Учительница, в принципе, согласна с тобой. Говорит, оба учатся блестяще и совместные занятия даже помогают им добиваться еще бо́льших успехов.

– Ну вот и прекрасно. Это то, что тебя беспокоило?

– Нет, проблема не в этом. – Доу Хуэй покачала головой. – Есть кое-что поважнее.

– Что именно?

– Учительница сказала, в этом году школа может рекомендовать двух учеников для поступления в престижные зарубежные университеты. Эти места очень ценные, и после долгих обсуждений выбрали Яли и Сунь Хуэя. Во-первых, они оба образцовые ученики, во-вторых, они симпатизируют друг другу – настоящие «золотые мальчик и девочка». Так что учительница предлагает нам, родителям, обсудить это с детьми и решить, хотят ли они учиться за границей.

– Ты уже спросила Яли?

– Да, сегодня после вечерних занятий я ей позвонила.

– И что она?

– Она очень хочет поехать. И Сунь Хуэй тоже.

– В какой конкретно университет?

– В Гарвард.

– Гарвард… Лучший университет в мире… – Тань Юн испытал смешанные чувства. – Конечно, это прекрасная возможность, но год там, наверное, стоит немало?

– Если верить учительнице, с учетом обучения, проживания, перелетов и прочего потребуется минимум пятьдесят тысяч долларов в год – это больше трехсот тысяч юаней, – вздохнула Доу Хуэй. – Теперь понимаешь, о чем я переживаю? Даже если считать только бакалавриат, выйдет свыше миллиона. А ведь еще может быть и магистратура… Где нам взять такие деньжищи?

Тань Юн замолчал. Спустя долгую паузу он пробормотал:

– Неужели обязательно ехать за границу? Разве Цинхуа или Пекинский университет – не престижные вузы? Почему бы Яли не остаться в Китае?

– Не со мной надо спорить! Я-то не против, но твоя дочь мечтает об учебе за рубежом. И дело не только в образовании… Причина очевидна, не так ли? Да и учительница подчеркнула: шанс уникальный, место исключительное. Мол, если откажемся – будем жалеть. Учеба в топовом вузе вроде Гарварда расширит ее кругозор, принесет бесценный опыт и новые возможности.

– Сколько у нас сейчас накоплений? – спросил Тань Юн.

– Меньше ста тысяч.

– Много не хватает…

– Вот почему я так переживаю! У нашей дочери есть и способности, и шанс такой выпал… Будет непростительно, если мы его упустим. Но где взять такие деньги…

Тань Юн твердо произнес:

– Ладно. Я поговорю с Яли. Если она действительно этого хочет – займу сколько нужно, но отправлю ее учиться!

Доу Хуэй кивнула с противоречивыми эмоциями. Тань лег и коротко бросил:

– Выключай свет. Спать давай!

Глава третья. Утопление

1

На свете есть места, прекрасные в любую погоду и время суток – в солнце, дождь или пасмурный день, на рассвете, в глухую ночь или в сумерки. Юэхай – именно такое место. Каждый каприз природы одаривает его особыми красками и настроением, будто неведомая рука сменяет фильтры, создавая непредсказуемую красоту, которая никогда не приедается.

В воскресное утро Су Сяотун играла с сыном в детской зоне парка Юэхай. Это стало почти ежедневным ритуалом для Гу Сяоляна. День выдался ясным, теплые солнечные лучи, словно мягчайшая ткань, окутывали каждого, даря невыразимое чувство уюта. Под чистым голубым небом Сяотун наблюдала, как мальчик снова и снова взбирается на горку и скатывается вниз, и думала о том, как же прекрасен этот момент.

«А ведь и так неплохо, правда?» – спрашивала она себя. У всего есть две стороны. Да, у Сяоляна отклонения в развитии, но это значит, что его сознание останется детским, как у котенка или щенка. Он будет счастлив, просто наевшись досыта, погревшись на солнышке и наигравшись вволю. Размышлять о сложных вещах у него не будет необходимости. Разве плохо провести жизнь в такой безмятежной радости?

Да, сын никогда не познает счастья учебы, работы, любви или брака… Зато ему неведомы и связанные с ними тревоги. Может, его особенность – вовсе и не проклятие, а дар свыше?

Су Сяотун, казалось, что-то для себя прояснила, и на душе у нее стало светлее. Она сделала на телефон несколько снимков прекрасного неба и далеких гор, добавила подпись и опубликовала в «Моменты»[20].

Красивые фото собрали множество лайков от друзей. Среди комментариев был один от парня по имени Чжоу Сыда: «Что, в Лиши на отдыхе?»

Сяотун не хотела продолжать разговор в комментариях, поэтому написала ему в личку: «Нет, я переехала в Лиши насовсем».

Чжоу Сыда спросил: «А? Разве ты не работала в Цзинчжоу? Как так вышло, что теперь ты в Лиши?»

Сяотун не хотела вдаваться в подробности и ушла от прямого ответа: «Офисная гонка доконала. Устала. Хочется более спокойной жизни».

Чжоу Сыда отправил несколько эмодзи «большой палец вверх» и написал: «Значит, теперь ты такая же бездельница, как и я? Ха-ха».

Су Сяотун: Мне до тебя далеко. Ты же богатый наследник. Можешь путешествовать, есть, пить и веселиться без забот. Где уж мне до такой беспечности.

Чжоу Сыда: Я сейчас на Мальдивах. Когда вернусь в Китай, заеду в Лиши, и мы встретимся, хорошо?

Су Сяотун: Лучше не надо…

Чжоу Сыда: Почему? Ты же сейчас не работаешь?

Су Сяотун: Но у меня есть муж и семья.

Чжоу Сыда: Что, вышла замуж – и теперь нельзя даже с бывшим встретиться? Ты что, в феодальном обществе живешь?

Сяотун отправила грустный смайлик и, сославшись на то, что нужно присматривать за сыном, свернула разговор. Сунув телефон в карман, она подошла к Гу Сяоляну и стала качать его на качелях. Лицо ее при этом выражало задумчивость.

К обеду они вернулись домой. Гу Лэй приготовил