Обещание на крови - Лиз Мистри

– А он прав, Джеззи. Она не самый простой в общении человек. Согласна?

Джеззи не могла не признать, что в их словах есть правда, но ей все равно надо было спасти ситуацию. Им с Куини нужны были эти парни, чтобы осуществить их план.

– Я знаю, она бывает немного резкой…

– Немного? – скептически переспросил Фентон.

– Ну если честно, то очень резкой, но у нее доброе сердце. И это она предложила вас завербовать. Она сказала, что высокого мнения о вас и что ваш вклад будет неоценим. – Ладно, это было явное преувеличение. Куини скорее выдала нечто вроде: «Эти двое тупорылых ушлепков не лучше тазика с остывшей блевотиной». Но время для честности было неподходящее. За спиной Джорди Джеззи увидела приближающуюся к ним Куини. И ей пришлось ускориться. – Она остра на язык, но в глубине души просто киска, и она по-настоящему хороша…

– Привет, мальчики. – Куини похлопала обоих по спине; Джорди подавился водой и залил стол, а Фентон чуть не обделался. – ДжейЗи вас уже просветила?

Сердце Джеззи замерло при мысли, что ей почти удалось уговорить коллег, но из-за Куини все вот-вот пойдет насмарку. Джеззи сделала ей знак помалкивать, но Куини было так просто не заткнуть.

– Готова поспорить, вы ужас как хотите поскорее присоединиться к «Королевам Джаза».

Теперь подавился Фентон.

– Что? Что ты сейчас сказала?

Куини лучезарно улыбнулась обоим.

– «Королевы Джаза».

Джорди Макберни вскочил и замахал руками так, словно проходил прослушивание на роль в одноименном мюзикле.

– Нет, нет и нет. Все отменяется. Меня тошнит от намеков некоторых ублюдков насчет Мисти Тисл, и я не собираюсь присоединяться к команде с тупорылым названием «Королевы Джаза».

Джеззи, раздраженная внезапным появлением Куини и удивленная избыточной реакцией Фентона и Джорди, схватила обоих за руки и заставила сесть обратно за стол.

– Прекратите, вы оба. Соберитесь, черт вас дери. Я слишком вымотана, чтобы терпеть ваш концерт. Я знаю, Джорди, ты трясешься над своим шоу, но есть вещи поважнее твоих страхов. К тому же… – она повернулась к Куини, и ее голос сделался стальным, – Куини не будет называть нас «Королевы Джаза», обещаю. Тебе ясно?

Куини выглядела как надувшаяся двухлетка, которой не дали сладенького. Она резко выдохнула и тихо проворчала:

– Мы все равно будем «Королевами Джаза».

– Что касается вас двоих, просто соглашайтесь, черт возьми. Ладно?

Фентон вздохнул, обдав Джеззи луковым дыханием.

– Если она хотя бы попробует быть милой, я в деле. Но только потому, что мне не забыть тех жутких фото с места преступления.

Джорди бросил взгляд на Куини, кивнул и издал приглушенное:

– Я тоже.

Джеззи облегченно выдохнула и встала, радуясь, что все наконец разрешилось.

– Ладно. А теперь я поеду спать. Увидимся позже. А вы пока постарайтесь накопать, сколько сможете.

Джеззи пошла к выходу, Куини за ней. И тут Джеззи резко остановилась и развернулась.

– Кстати, вы можете связаться с Большим Вулли? Попросите у него съемку с места преступления, где запечатлены собравшиеся зеваки. Попробуйте всех идентифицировать и посмотрите, был ли там кто-нибудь, кого там быть не должно.

Дверь в кафетерий захлопнулась за ними.

– Ты же знаешь, что мы «Королевы Джаза»? – тут же спросила Куини.

Слишком измотанная, чтобы спорить, Джеззи вздохнула.

– Знаю, Куини, знаю.

Глава 13

Джеззи сидела в своем «мини» и улыбалась. Два пропущенных от мамы и папы; если она не хочет попасть в черный список, ей придется позвонить им по «Фейстайм». Пока шли гудки, она представляла себе их дом в Портобелло. Лилли печет торт, ведь Джеззи обещала заехать к ним чуть позже вечером. Теперь она сомневалась, что получится. Наверняка скоро родители пойдут гулять со своей собакой-поводырем по кличке Крамбл.

– С днем рождения, Жасмин. – На экране телефона появились два улыбающихся лица. Они запели «С днем рождения», то ли в версии Стиви Уандера, то ли в более традиционной.

Несмотря на усталость, Джеззи усмехнулась. Оба были так себе певцами, но даже через экран телефона излучали тонну любви. А ей это было нужно. После всего, что сегодня произошло, ей нужна была безусловная любовь. Та заполнила салон машины, и Джеззи показалось, что она ощущает знакомые ароматы – крема после бритья и маминого парфюма. Запахи родного дома.

– Ну все, хватит скулить. Крамбл нельзя такое слушать.

– Ты в порядке, Джеззи, милая? Приедешь к нам вечером? – В мамином голосе звучала надежда, и Джеззи было больно вот так их разочаровывать, но судя по тому, как продвигалось расследование, она не могла ничего им обещать.

– Мы расследуем дело – оно сложное, так что…

– Ай, не волнуйся, Джезз, – тут же поддержал ее папа. – Мы знаем, как важна твоя работа. Приезжай, когда сможешь. Мама запаковала подарок, он тебя ждет.

– У тебя усталый голос, Жасмин, – встряла мама.

– Всю ночь на ногах. Я как раз ехала домой поспать пару часов.

– О, милая. Тебе нужно немного отдохнуть. Скоро увидимся. С днем рождения, моя великолепная девочка!

Они отключились, и Джеззи пришлось посидеть пару минут в тишине, чтобы взять себя в руки. Эти двое были ее опорой. Несмотря на неодобрение деда Джеззи, они взяли ее к себе, когда больше некому было за ней присматривать; пожертвовали отношениями с отцом ради нее и ни разу в жизни не заставили ее чувствовать себя виноватой. Она смахнула слезы – может, у нее и не так много родственников, но те, что есть, для нее весь мир.

От Ливингстона до Белскуорри она доехала на автопилоте. Несмотря на звонок родителей, Джеззи была на грани, нервы взвинчены, мозг заторможен, и сцена убийства стояла перед глазами.

Кларки заслуживали детального расследования всех возможных версий. Да боже ты мой, полиция началá расследование всего несколько часов назад, и сейчас было не время сужать круг поисков. На данном этапе это будет огромной ошибкой. И еще Джеззи боялась, что такое давление ранит Имоджен. Хотя ее личный опыт отличался от опыта девушки, между ними были параллели. Джеззи тоже пережила травму: приют, где ее с трудом принимали воспитанники из-за цвета кожи и сомнительной истории с появлением на свет, ее бабушка с дедом, которые отвергли ее из-за отца-мусульманина и все время подрывали ее уверенность в себе. Но благодаря этому она научилась сочувствовать. Порой ей казалось, что она вот-вот взорвется. Всю жизнь она боролась с прошлым, которое было с ней жестоко и научило ее выживать; и все же, хотя у нее и был психотерапевт и она уже не была той испуганной девочкой, выученные паттерны поведения и эмоциональные реакции было трудно контролировать.

Она с силой сжала руль