Рефлекс убийцы - Валерий Георгиевич Шарапов

нездоровую активность. Оцепить огромный дворец не было возможности. Прибывшие работники устремились к черному ходу. Рабочим, штукатурящим стену, показали фото. Двое пожали плечами, третий, самый молодой, вспомнил лицо. Мужчина спешил, прошел мимо несколько минут назад… Аверин в Москве покрывался холодным потом. Случилось то, чего боялись. Раздраженно фыркала Мария, помалкивали остальные. В Ленинграде свистали всех наверх (вернее, вниз), летели ориентировки. Аверин скрипел зубами, забыл про главное жизненное правило: хочешь сделать правильно — сделай сам! Оперативники шли волной, опрашивали граждан на тротуарах и остановках. Кто-то видел, как похожий товарищ садился в троллейбус…

Лидия Сергеевна смотрела с ужасом, как подходят люди с решительными лицами. Женщину трясло. Она действительно ни о чем не знала. Наивно думала, что все прошло, недоразумение разрешилось и мужу восстановили его доброе имя. Блестели слезы в глазах дочери — мелочь, а что-то понимала. Супруга бормотала, что это полная глупость, Олег Анатольевич вел себя самым естественным образом. Оживленно разговаривал, выбирали ресторан, куда пойдут после музея. Живо интересовался произведениями живописцев минувших эпох. Когда переходили в другой зал, бросил, что надо сбегать в «одно заведение», и пропал. Отвлекла негритянка, увешанная бусами — тоже пришла приобщиться к искусству. Леночка закричала: «Мама, смотри кто!» Лидия Сергеевна, чтобы не сгореть от стыда, заткнула девочке рот и все проглядела. Ясное дело, в какое «заведение» отправился муж. Ждали долго, начали переживать, что что-то случилось. Собственно, не ошиблись…

Членов поредевшего семейства доставили на Литейный проспект. Ильинского не нашли. Новости в режиме реального времени поступали в Москву. В отделе царило уныние.

— Ничего себе дела, — недоверчиво крутил головой Карский. — Жил себе, семья, планы, Ленинград — вдруг как корова языком слизала… У нас сосед так пропал, когда я маленький был. Мы в коммуналке жили. Гостей ждали, жена готовила что-то, сунула мужу ведро: мол, вынеси. Он и понес — в кедах, в трико, только фуфайку на плечи набросил. С тех пор его и не видели. Жена весь район оббегала, милиционеры прибыли, репы чесали. Так и не нашли мужика. Ни свидетелей, ни зацепок. Даже ведро помойное не нашли. Жена погоревала, а через три года снова замуж вышла…

Как у Жванецкого с его сомнительным юмором: «Сейчас он официантом в Лондоне, жалеет страшно…»

Оперативники в Ленинграде догнали пресловутый троллейбус. Опросили, кого успели. Вроде кто-то похожий вышел пару остановок назад. Район прочесывали, показывали фотографии предполагаемого преступника. Кто-то видел, как человек с похожей внешностью поймал частника. Номера машины, конечно, не запомнили.

И все. Хоть лбом об стенку бейся. Предположения все же имелись. Пусть примитивные, но в итоге оказались верны. Ильинский виновен в инкриминируемых ему деяниях, засек наблюдение, понял, что дожмут, и предпочел не ждать милостей от природы. Куда ему податься? Разумеется, за границу. Где ближайшая граница? Совсем рядом, за Выборгом. Вероятно, имелась договоренность — не зря же его принесло в Ленинград. А семьей беззастенчиво прикрылся. Тогда все реально плохо…

Провинившиеся местные товарищи подняли коллег в Выборге. Неслись ориентировки, работал телефакс. Целая колонна устремилась в сторону границы. На заправочной станции в нескольких километрах от пограничного КПП, нашли свидетеля — видел, как человек с приметами Ильинского садился в иномарку с дипломатическими номерами. Подробностей не сообщалось — марка машины, чьи номера. Простые советские граждане в этом вопросе не сильны. Подъезды к КПП в районе Выборга оцепили, люди в штатском нагрянули на границу. Примерно час назад проезжал темно-синий «Ситроен» с номерами диппредставительства Великобритании, сообщили пограничники. В машине находились двое солидных господ в костюмах и при галстуках. Документы проверили — да, сотрудники посольства. Почему поехали через финскую границу — дело их. Осматривать дипломатический транспорт запрещено — можно нарваться на крупный дипломатический скандал. Уж его раздуют, можно не сомневаться. Да и не было оснований осматривать машину. Это сейчас они есть, а час назад не было! Дипломаты были вежливы, покладисты, поулыбались и проехали. Ленинградские товарищи впадали в прострацию. Опоздали на час! Это был их промах, и ожидались суровые оргвыводы…

Глава пятая

Операция с треском провалилась. Ильинский и его покровители из британских спецслужб блестяще исправили свою ошибку, оставив с носом советских коллег. Аверин в Москве хватался за голову, нервничали коллеги. По очереди бегали курить. Свою ошибку руководство Комитета не признало — во всем виноваты подчиненные! Никто не приказывал снимать наблюдение. Освободить из-под стражи — это другое дело. С ним работали почти неделю. Следствие не выявило причастности к преступлению, и не было никаких оснований держать его под стражей дальше. Так что повинны те, кто работал после его освобождения. И москвичи в том числе — переложившие на ленинградцев свои обязанности! Но подозрения требовалось подтвердить. С Финляндией у советского государства исторически сложились неплохие отношения. Именно большевики дали стране независимость, и это помнили. Нелегальная разведка в Финляндии отсутствовала — как бы. Но офицеры КГБ под прикрытием посольства и консульств вели работу. Финляндия, как ни крути, относилась к капиталистическому миру. Запустился невидимый механизм, завертелись шестеренки. Через сутки пришел отчет. Да, советский КПП «Торфяновка», что в 60 километрах от Выборга, вчера прошел «Ситроен», принадлежащий британскому посольству. На финском погранпосту «Юля-Урпала» он возник через несколько минут. Здесь машину тоже не досматривали. Метров через шестьсот «Ситроен» остановился, и эту сценку наблюдали дорожные рабочие, меняющие информационное табло. Вышли двое, открыли багажник. Оттуда выбрался человек — по приметам точь-в точь Ильинский, немного бледный, какой-то скособоченный от пребывания в неудобной позе, но улыбался. Сопровождающие тоже цвели, хлопали по плечу, потом помогли сесть на заднее сиденье, и «Ситроен» умчался в просторы свободного мира…

Это было наихудшее из всего возможного. Начальство рвало и метало. Такая оплеуха советским органам! И ведь Ильинский был у них в руках! Теперь добраться до него было так же реально, как до пропавшей в годы войны Янтарной комнаты. Генерал Зимин получил взбучку от своего начальства и не преминул выплеснуть эмоции на подчиненных. Он кричал как подорванный. Аверин краснел, но держался. Генерал был прав: этот побег не войдет в летопись героической славы советских органов. А вот весь мир скоро узнает, как мужественный британский разведчик оставил с носом весь аппарат кровавого КГБ и вписал славную страницу в историю британских спецслужб. Бороться с этим было невозможно, Ильинского надежно спрячут, будут охранять, как золотой запас. А уж какие тайны известны Олегу Анатольевичу (из тех, что еще не слил), лучше не спрашивать…

Лидия Сергеевна Ильинская находилась в глубоком трансе. Ее скрупулезно допрашивали, и в какой-то момент