Убивать осознанно на краю земли - Карстен Дюсс

Бродить с тяжеленным рюкзаком на спине и без причины откладывать заселение в отель – такого я никогда больше не буду делать на протяжении всего Пути Святого Иакова.

Шагая по улочкам Сен-Жан-Пье-де-Пор, я вспоминал последний тренинг у господина Брайтнера.

14. Вопросы

Если вы считаете, что жизнь задолжала вам ответ, то, возможно, следует начать задавать правильные вопросы.

Йошка Брайтнер. Тропой паломника в поисках себя

Мы с Йошкой Брайтнером, как обычно, уселись друг против друга в уютных вельветовых креслах.

– Давайте придадим более конкретную структуру принципу «вдохновение и медитация» для вашего паломничества, – предложил он мне.

– Чтобы заменить старый принцип «проблемы и напряженные раздумья»? Давайте. – Я был весь внимание.

– Ваша внешняя цель – Сантьяго-де-Компостела. Ваша внутренняя цель – найти себя.

– Значит, по ходу паломничества я буду медитировать в поисках ответа на вопрос «Кто я есть?» – проявил я неподдельный интерес.

– В принципе, да. Но если ответ так важен, то нам, наверно, стоит немного подумать о правильном вопросе.

– То есть?

– Вы адвокат по уголовным делам. Как это бывает в вашей области? Вы ищете неизвестного преступника. Вы что, просто задаете себе вопрос, кто этот преступник?

Я задумался.

– Сначала я задаю вопрос о мотиве. То есть почему этот кто-бы-он-ни-был совершил преступление?

– Отлично. Примените эту же технику к поискам самого себя. То есть спросите не «кто я есть?», а…

Я помедлил, задумавшись. А потом ответил, как неуверенный ученик, которому отчаявшийся учитель пытается вдолбить в голову основы арифметики:

– Почему я есть?

– Правильно. Найдите мотив, почему вы существуете. И тогда вы приблизитесь к пониманию того, кто вы есть.

– Почему я есть? Но это вопрос больше о смысле жизни, нет?

– Правильно.

– О смысле моей жизни или жизни вообще?

– А есть какая-то разница?

– Понятия не имею. Все люди наполняют свою жизнь по-разному.

– Отлично. Тогда у нас уже есть два вопроса. Что есть смысл жизни вообще? И что нужно вам для наполненной жизни?

Я нашел эту технику интересной – шаг за шагом приближаться к неизвестному ответу, меняя лишь формулировку вопроса. Правда, теперь у меня в голове сразу возник следующий.

– Мы исходим из того, что жизнь заканчивается со смертью или существует что-то после нее?

– Вы считаете, что есть жизнь после смерти?

– Я не знаю…

– Вы верите в Бога?

– Наверное… – Я попытался сам сформулировать следующие вопросы. – Тогда возникают еще два вопроса. Один о жизни после смерти. И один о Боге.

– Или совсем просто – один-единственный вопрос, третий: каково ваше отношение к смерти?

Мне понадобилось повторить мысленный путь, который мы только что прошли.

– Еще раз, помедленнее, я записываю. Чтобы избежать кризиса середины жизни, я должен подготовиться к вопросу: «И это все?» Для этого я должен задать себе вопрос, чего я, собственно, ожидаю от оставшейся части моей жизни. Но сначала мне придется как-то определить, кто я есть.

Господин Брайтнер, похоже, был горд моим скромным прогрессом. Он кивнул.

Я продолжил:

– Чтобы определить, кто я есть и найти самого себя, я должен выяснить мотив своей жизни. И для этого я задаю себе три вопроса. Что есть смысл жизни? Каково мое отношение к смерти? Что мне действительно нужно для наполненной жизни?

– Точно. Эти три вопроса – квинтэссенция всех предыдущих. И их более чем достаточно для восьмисот километров пешего перехода. Если вы сможете ответить хотя бы на некоторые из них, кризис пройдет сам собой.

– Почему это?

– Потому что потом вы лишь посмеетесь над таким банальным вопросом, как «И это все, что должно было быть?».

– Хорошо, теперь я знаю вопросы. Как мне найти ответы?

– Переключаясь с вдохновения на медитацию, вы обретете новые знания, – объяснил мне мой тренер. – Путь Святого Иакова состоит из череды случайных встреч с чужими людьми, неведомых лишений и непредвиденных обогащений. Во всем этом вы увидите источники вдохновения, на которые сможете медитировать, и это повлечет за собой изменения в вашей жизни или вашем отношении к ней. Делитесь своей историей, если хотите, но после пускайте паломнические знакомства на самотек. Если судьбе будет угодно, вы встретитесь вновь.

Спокойно обдумайте, что полезного для себя вы можете почерпнуть из историй ваших попутчиков, таких же паломников.

Переключайтесь с вдохновения на медитацию, когда и как вам будет угодно. И самое главное: двигайтесь в своем ритме. Вы увидите, паломничество вовсе не прогулка. На пути на вас не раз снизойдет вдохновение, способное сбить с шага. Найдите медитацию, созвучную ему, – в этом и заключается вызов Пути Святого Иакова.

В конце этого тренинга господин Брайтнер дал мне в дорогу три вещи. Камень и две маленькие книжицы: одна с отпечатанными страницами, а другая с совершенно пустыми. Обе были переплетены в тонкую кожу.

– Если у вас еще есть место в рюкзаке, я бы хотел дать вам с собой в путешествие эти две книжки.

– Что за книжки?

– Одну написал я. Маленький справочник паломника.

Я взглянул на надпись на обложке: «Йошка Брайтнер. Тропой паломника в поисках себя».

– Большое спасибо. А другая?

– Ее будете писать вы. В любой момент, когда захотите. Это ваш дневник паломника.

Остался еще камень. Серо-белая галька. Примерно вдвое крупнее каштана.

– А этот камень для чего?

– В самой высокой точке Пути Святого Иакова стоит железный крест. Крус-де-Ферро. Паломники кладут туда камень как символ своих забот, чтобы избавиться от них. Возьмите.

Господин Брайтнер вложил мне в руку мои заботы, чтобы я избавился от них на пути. Метафора мне понравилась.

15. Встреча

Только две параллельные жизненные линии никогда не пересекутся. Паломники – искатели. Их жизненные пути, как правило, не прямолинейны. Вы будете удивлены, как часто искатели находят на Камино не себя, а других искателей.

Йошка Брайтнер. Тропой паломника в поисках себя

После получасовой прогулки по городу я пришел в отель. Если верить интернету, в нем была выдающаяся кухня. Я зарегистрировался, отнес багаж в номер и стал с предвкушением ждать ужина.

В ресторане меня подстерегала очередная неожиданность. За столиком на двоих в одиночестве сидел Роланд. На нем была теперь не паломническая одежда, а джинсы со стрелками и клетчатая рубашка. Мы заметили друг друга почти одновременно, и Роланд пригласил меня подсесть к нему.

Итак, еще до начала самого Камино как такового я уже второй раз встретил своего первого знакомого по паломничеству. Я был готов к вдохновляющей беседе. Наслаждаясь восхитительными блюдами от пиренейского шеф-повара, мы начали