Ночь пяти псов - Чхэ Ёнсин

— Где же она? Сколько можно ждать! — Госпожа Со бросила взгляд на настенные часы.

Точно услышав ее слова, появилась мать Чуи. Все посетители как по команде повернули головы: на женщине было облегающее белое платье, будто она собралась на обед в дорогой ресторан, а не зашла в простую столовую, где главным блюдом был суп из свиных ребрышек и овощей.

— Еще не заказывали? — Мать Чуи уселась рядом с матерью Чхэён.

Госпожа Со готова была спросить, не хочет ли мать Чуи извиниться за опоздание, но вовремя спохватилась. Задай она вопрос, болтушка начнет в подробностях расписывать, что ее задержало, а госпожа Со была не в настроении слушать рассказы из жизни богатых — вряд ли в этом одеянии мать Чуи забегала на рынок поторговаться за осьминога.

— Похоже, у вас была важная встреча? — вместо нее задала вопрос мать Чхэён.

Госпожа Со едва не выругалась. Худшую напарницу трудно было вообразить. Увидев, что мать Чуи собралась отвечать, госпожа Со торопливо хлопнула в ладоши и позвала официанта к столику.

— Вы что будете? — пододвинула она меню сидящим напротив женщинам.

— Мне все равно.

— Мне тоже.

Госпожа Со вернула меню официанту и попросила фирменное блюдо на троих. Не давая возможности вернуться к начавшейся было беседе, она заговорила о погоде, а потом — о школьных новостях. Скоро принесли заказ. Хотя никто не просил, официант также оставил для матери Чуи гостевой фартук, чтобы та не испачкала платье. Мать Чуи не торопилась его надевать — она вдруг щелкнула пальцами, точно о чем-то вспомнила.

— Вы прочли сценарий? — спросила она.

Мать Чхэён оживленно откликнулась:

— Замечательно написано, правда?

— Не люблю хвалить чужих детей, но сейчас не могу удержаться. Прекрасная работа. Чуи сказала, что уже выучила все свои реплики.

— Она играет Молли?

— Да, легкомысленную кобылку.

— Чхэён хотела получить эту роль, теперь завидует Чуи.

— А какая роль ей досталась?

— Она будет играть ворона Моисея. Того, что рассказывает байки о далеких краях. — Мать Чхэён отпила немного воды. — Никак не могу поверить, что Семин сам все это написал. Как у него так хорошо получается? Я, конечно, знала, что его хвалят учителя, но такого не ожидала. Вчера сравнила сценарий с книгой, и оказалось…

Госпожа Со, до сих пор не принимавшая участия в разговоре, холодно заметила:

— Другие дети в его возрасте пишут не хуже.

Мать Чхэён несогласно затрясла головой и выудила из сумочки сценарий:

— Чхэён так хорошо не сможет. Даже если бы пришлось писать обычное изложение, она бы, наверное, не справилась.

Госпожа Со подавила новый приступ отвращения. Ей никогда не понять таких матерей, она не хочет даже пытаться. Где это видано, чтобы мать принижала собственного ребенка!

— А Чхэён выучила роль?

— Да, вчера. У нее не так много реплик. Как вы думаете…

Опять вмешалась госпожа Со:

— Тебе давно пора перейти на «ты» с матерью Чуи. Она говорит «ты», хотя младше тебя на год, а ты продолжаешь обращаться на «вы», — сказала она матери Чхэён.

— Действительно, говори мне «ты», — дружелюбно предложила мать Чуи.

Мать Чхэён смущенно улыбнулась:

— Мне привычнее обращаться к другим на «вы». Люди легко переходят на «ты», а я не могу, даже если человек младше. Но вы, конечно, обращайтесь ко мне, как вам удобнее.

— Тебе мешает хорошее воспитание. Вот меня никто не воспитывал, так что и проблем в общении не возникает, — игриво заметила госпожа Со.

Она рассчитывала, что женщины рассмеются, однако ошиблась. Да ей и самой было не так уж смешно. Если откровенно, ей было горько. Родись она в доме чуть побогаче, люби ее мать чуть сильнее, сейчас у нее была бы другая жизнь. Мать оплачивала обучение старшей сестры и младших братьев, но на нее, вторую дочь, денег у нее не нашлось, и будущая госпожа Со поступила не в тот университет, о котором мечтала, а в скромный вуз, где ей предложили стипендию. Однажды она спросила мать, почему та так мало о ней заботилась, и мать ответила, что всегда знала: ее вторая дочь в состоянии позаботиться о себе сама. Будущую госпожу Со ответ не устроил, и мать, вздохнув, сказала: «Станешь матерью — поймешь». Однако и рождение Анбина не примирило госпожу Со с прошлым. Пусть она могла о себе позаботиться, разве она не заслуживала чуть больше родительского тепла? Госпожа Со считала, что делала для родной семьи больше, чем сделала бы любая другая дочь. Это она всегда исполняла роль старшей, а вовсе не ее легкомысленная сестра-эгоистка. Это она трудилась наравне с матерью, когда пришлось закрыть магазин отца и для семьи настали тяжелые времена. Она была не только дочерью, но и верным товарищем, на которого мать могла положиться. Из-за этого было еще больнее. Ей казалось, что ее предали, она тяжело переживала и в конце концов отдалилась ото всех… Позабыв о своих собеседницах, госпожа Со грустно вздохнула. К счастью, женщины, увлеченно обсуждавшие сценарий Семина, ничего не заметили.

— Как он смог это придумать? — Теперь над сценарием склонилась мать Чуи.

Госпожа Со пожалела, что назначила им встречу. Для матери Чхэён было естественным не понимать простейших вещей, но мать Чуи была совсем другой, и если она продолжала восхищаться Семином, значит, у нее была определенная цель.

— Он всего лишь немного изменил уже написанный текст, что в этом сложного? — в голосе госпожи Со звучало неприкрытое раздражение.

Закипел суп, стоявший на встроенной в стол плите. Госпожа Со достала несколько ребрышек и передала наполненные тарелки. Она очень надеялась, что хотя бы еда заставит их замолчать.

Однако мать Чхэён не унималась:

— Вы ошибаетесь. Многое придумал он сам. Я специально сравнила с книгой. Сейчас, подождите минутку. — Она послюнявила палец, прежде чем листать сценарий. — Вот, смотрите.

Наполеон. Молли, любовь моя!

Молли. Отстань! Все утро делал вид, будто меня не знаешь!

Наполеон. Но я же тут главный, должен держать лицо перед товарищами! Постарайся меня понять!

Молли. Мне все равно! Отстань! От-ва-ли!

Наполеон. От Вали? От какой Вали? Для меня существует только моя детка Молли.

Молли. Кстати, дорогой, а если у нас родится ребенок, он будет жеребенком или поросенком? А может, жересенком? Поробенком?

Наполеон (про себя). Размечталась. Я подберу себе хорошенькую свиноматку, в детях вождя должна течь чистая кровь.

— Этот диалог и заставил меня свериться с книгой, потому что я такого не помнила. И точно, в «Скотном дворе» ничего похожего нет, даже тема не поднимается. По-моему, очень смешно получилось: «Отвали