Хороший человек - Кирстен Кинг

– У вас есть какие-нибудь зацепки? – Я осмелела, когда Дженнингс выключила диктофон.

Детектив глубоко вздохнула, вероятно прикидывая, стоит ли делиться со мной информацией. После некоторых колебаний она ответила:

– Пока ничего конкретного. Мы в самом начале расследования. Но возле бара, где его убили, часто бывают бездомные, люди с психическими расстройствами и наркозависимостью. Мы отрабатываем все версии.

Конечно, они повесят смерть Генри на какого-нибудь бомжа. Если придерживаться мнения, что это было случайное насилие, то, зная Бостон, логично подумать на алкаша или какого-нибудь обдолбанного студентика, которому захотелось узнать, каково это – пырнуть человека ножом. Или, может, чья-то спортивная команда проиграла и болельщикам приспичило снять напряжение, наблюдая, как белый свет меркнет в чьих-то глазах.

Или, если дело не в самой Норе, виновата ее семья. Может, они узнали о моем романе с Генри и решили, словно мафиози, приговорить бойфренда своей дочери к смерти. Надо будет потом проверить, нет ли у этого семейства связей с мафией. Можно ли найти такую информацию в библиотеке? В общем, было несколько версий, которые, по моему убеждению, полиция еще даже не начинала отрабатывать.

– На сегодня мы закончили. – Детектив взглянула на дверь, давая понять, что мне пора уходить.

Я встала и направилась к двери.

– Ах да, Лиллиан! – спохватилась детектив. – Пожалуйста, не уезжайте никуда из города. Возможно, понадобится, чтобы вы пришли снова и ответили еще на несколько вопросов. Если вы покинете штат, это будет расценено – в лучшем случае – как отказ от сотрудничества с правоохранительными органами.

– Конечно, – уверила ее я. – Я никуда не уеду.

Мне нужен был адвокат. Желательно недорогой.

Глава пятнадцатая

Выйдя из полицейского участка, я назначила Джейми встречу в баре. Было четыре часа дня, и ей пришлось отменить клиенту сеанс физиотерапии, но ситуация была чрезвычайной. Джейми появилась в своей обычной спортивной одежде, ее губы были озабоченно поджаты. Я уже заказала бутылку вина, на которую она бросила взгляд, усаживаясь за столик.

– Сходи возьми что-нибудь в баре, – кивнула я.

У меня был ужасный день, так что я заслужила целую бутылку. Джейми хотела попросить бокал для себя, но в итоге решила не пить. После беседы с полицией и новостей о Норе я была на грани нервного срыва: грызла ногти и ерзала на стуле – никак не могла найти удобное положение. Я залпом выпила полбокала вина. Джейми вежливо заказала пиво и, вероятно, оставит слишком большие чаевые в качестве извинения за свое существование. Подумать только, мое алиби целиком зависит от этого слабого создания, которое так легко напугать. Мне случалось видеть, как Джейми извиняется перед предметами мебели, когда натыкается на них. А однажды она сказала «спасибо» бомжу, который обозвал ее шлюхой. Мне нужно было убедиться, что она не сломается под давлением и не расскажет полиции о проклятии, которое мы наложили на Генри.

Джейми скользнула на свое место:

– Тебе придется снова туда идти?

– Пока не знаю. Возможно, – сказала я. – В любом случае, мне нужен адвокат. У тебя есть родственники-юристы? – спросила я, внезапно осознав, что не знаю о семье Джейми решительно ничего, кроме того факта, что ее мать довольно сексуальна.

– Моя тетя – нотариус, – ответила она, в очередной раз продемонстрировав свой идиотизм.

– Ясно. – Я сделала глоток вина. – Это не подойдет.

Мы поискали в Интернете и быстро выяснили, что услуги адвокатов стоят безумно дорого. У меня было отложено около десяти тысяч, но эти деньги быстро растают при почасовой оплате мало-мальски сносного адвоката. Мне не нравилось, когда сумма моих сбережений становилась меньше шести тысяч. Один из побочных эффектов детства и отрочества в бедности – мне требовалась определенная сумма на счете, чтобы спокойно спать по ночам. Когда число опускалось ниже этой отметки, я начинала представлять себя жонглирующей на перекрестке у светофора и выпрашивающей у проезжающих доллар.

– Я никогда не смогу себе этого позволить, – сказала я.

Вдруг Джейми почувствует себя достаточно виноватой передо мной, чтобы оплатить вместе со своим пивом и мое вино?

– А если попросить у мамы? – нахмурилась Джейми.

– Нет. Это не обсуждается, – твердо ответила я.

Моя мать и так уже была по уши в долгах по кредиткам. Она склонна относиться к своим доходам как к деньгам из «Монополии»: безрассудно тратить, словно эти траты не будут иметь никаких последствий в реальной жизни. Если бы я попросила о помощи, она бы согласилась. Она завела бы еще одну карту, взяла бы новый кредит; в общем, совершила бы любые безответственные финансовые операции, чтобы помочь мне. Но я не могла этого допустить. К тому же расскажи я матери о случившемся, она бы все раздула до невероятных масштабов. Она бы устроила настоящую катастрофу и, рыдая, гуглила бы: «часы посещений в тюрьме» и «как пересылать деньги заключенным». Она смотрела бы видео о том, как сделать самодельные заточки, и держала бы меня за руку, в пятидесятый раз пересматривая «Побег из Шоушенка». Если втянуть ее в это, выйдет себе дороже. Но мне нужен был адвокат, так, для подстраховки.

Джейми нахмурилась, обдумывая другие варианты:

– У меня есть немного денег. Могу одолжить тебе… если надо.

А что, неплохая идея. Я бы не вляпалась во все это, если бы Джейми не подбила меня отправить Генри то сообщение. К тому же, будь я одна в ту ночь, мне бы, вероятно, и в голову не пришло насылать на него проклятие. Так что одолжить денег было самым меньшим, что Джейми могла для меня сделать. В конце концов, это не ее допрашивали в полиции, а в том, что мне могли инкриминировать, она сыграла не меньшую роль, чем я.

– Было бы здорово. Спасибо, – сказала я.

По лицу Джейми я поняла, что она в панике. Теперь стало ясно, что она предложила мне деньги просто для проформы. А теперь я буквально видела, как перед глазами подруги уменьшается сумма на ее банковском счете. Теперь она мучительно искала способ отыграть назад. Что ж, это послужит ей хорошим уроком: не предлагай помощь, если не готова оказать ее.

– Напиши реквизиты своей карты. – Я протянула ей свой телефон.

Джейми неохотно достала бумажник. Вид у нее был такой, будто она собиралась писать завещание. Она набрала у меня в заметках данные своей карты и вернула мне телефон. Я не впервые занимала деньги у Джейми. Она часто оплачивала наши счета в баре и поездки на «Убере», а в колледже однажды одолжила мне двести долларов, которые я