Смерть в бриллиантах - Си Джей Беннет

Их дочь Бриджит появилась со стороны сада. Молодая и ослепительно прекрасная, она шла в сопровождении нескольких поклонников. Бриджит выбрала наряд Офелии с гирляндами из трав и полевых цветов; королева подумала, что это не самый удачный выбор, учитывая, что в итоге случилось с бедной героиней.

Бриджит присела в довольно небрежном реверансе и искренне улыбнулась королеве.

– Я даже не ждала, что вы придете, Ваше Величество. Я думала, у вас есть дела поважнее.

– В такой вечер я и представить себе не могу ничего приятнее.

– О, а я могу. – Бриджит закатила глаза.

– Неужели? – Реплика, на взгляд королевы, прозвучала откровенно грубо.

– Мы тут пьем шампанское, а в Тихом океане кое-кто собирается устроить конец света.

В глазах Бриджит пылала ярость. Ее поклонники одобрительно закивали. У юношей, заметила королева, волосы были длиннее обычного; один из них явно пытался отрастить бороду. Студенты, подумала она. Знакомый типаж. Они чуть дернули в ее сторону головой, изображая поклон.

Дебора делала дочери отчаянные знаки замолчать или сменить тему, но тут вмешался Филип.

– Вы про испытания водородной бомбы? – Слова в устах елизаветинского принца в дублете и чулках звучали странно.

– Конечно! Не могу поверить, что мы этим занимаемся.

Поклонник с бородой – еще один Гамлет – шагнул вперед.

– Рукотворный Армагеддон, не так ли, сэр? Мы должны остановиться.

– Если мы остановимся, кто-то не остановится, – заметил Филип. – Этот джинн, боюсь, уже выпущен из бутылки.

Дебора поникла: что за неподходящая тема для вечеринки! Но Филип выглядел довольным. Студенты столпились вокруг него и говорили, перебивая друг друга. Потом они все вместе двинулись куда-то, с Бриджит на хвосте, обсуждая достоинства и недостатки доктрины взаимного уничтожения. Дебора устремилась за ними, как встревоженная наседка, бросив на королеву взгляд, полный ужаса.

– Простите, мэм, – сказал Пол и взял у проходящего официанта два бокала шампанского. – У Бриджит такой период. Она без ума от одного паренька, физика из Оксфорда. Уверена, что планета вот-вот взлетит на воздух. И не говорите ей про Сесила Битона – она предпочтет сидеть в лодке посреди океана и распевать песни о мире во всем мире.

– Но мы получили мир, – сказала королева.

Пол пожал плечами:

– Это мы с вами знаем, мэм. Молодежь принимает все как должное. Они хотят, чтобы мы пожимали руки Советам и перековывали мечи на орала. Они понятия не имеют, что творится за “железным занавесом”…

Он замолчал и хлопнул себя по лбу.

– Простите. Хватит! Позвольте начать сначала. – Он напустил на себя привычный вид, придав лицу слегка насмешливое выражение. – Вы слышали про новый бассейн Билла Астора?

Билл Астор был сыном грозной Нэнси и тоже разводил лошадей.

– Он, кажется, построил его на выигрыш, когда Амбигьюити пришла первой в пятьдесят третьем в Эпсоме? – спросила королева, благодарная за смену темы. Хотя она немного завидовала победе Астора. Она и сама была бы не прочь выиграть те скачки.

Пол усмехнулся:

– Ну конечно, вы слышали! Нэнси ему не разрешала, но как только Билл смог сам себе позволить… Бассейн в саду, за стеной. Хотите посмотреть?

Королева была рада возможности выйти на улицу, и ее давно интересовали бассейны. Роскошь, конечно, но как полезно для здоровья. Они с Полом прошли мимо перестроенных конюшен, где жил Билл, к прекрасному огороженному саду, посреди которого в лунном свете соблазнительно мерцала водная гладь площадью чуть меньше теннисного корта. Четыре женщины в купальных костюмах и резиновых шапочках исполняли синхронный номер. Что бы об этом подумал Шекспир, королева предположить не могла. Но синхронистки выглядели очень грациозно: они поднимались, кружились и исчезали под водой, оставляя на поверхности одну вытянутую ногу.

Ворота в стене распахнулись, и в сад вошли гвардейцы, объявившие, что конные повозки готовы везти гостей к реке. Королева никогда не упускала возможности прокатиться в конной повозке, и они с Полом весело направились к той, что по извилистой аллее повезла их к берегу.

Она любила это место. В Виндзорском замке с его тысячелетней историей было много прекрасного, включая средневековую часовню, но не было лодочного причала. Здесь, на спокойном участке Темзы, несколько парочек уже спешили к воде. Стоял мягкий майский вечер, один из тех вечеров, когда Англия предстает перед вами с лучшей стороны. Гвардейцы наперебой предлагали королеве покатать ее по реке, но она вежливо отказалась. На реке было красиво, но не совсем безопасно, решила она. Особенно учитывая неверное освещение и общий уровень опьянения. Офицеры отступили, и она осталась у лодочного домика одна.

Дебютантки, каждая из которых питала надежду, что этот вечер – или хотя бы это лето – завершится предложением руки и сердца, выделялись на общем фоне. Они сидели в катерах и гребных лодках, приняв самые картинные позы, и влюбленными глазами смотрели на своих спутников, неловко глядящих в темноту. В какой-то момент королеве показалось, что она видит, как со знаменитого электрического каноэ Асторов сходит Джереми Раднор-Милн, но это оказался сам Дэвид Нивен. Его голову украшал какой-то фантастический головной убор, и его быстро окружили поклонницы – так же, как Бриджит окружали мужчины. Королева, которая тоже была поклонницей актера, решила присоединиться к группе, но, не успела. Прежде чем Нивен добрался до коляски, собиравшей гуляющих, чтобы везти их назад, на холм, рядом с королевой раздалась тяжелая поступь.

– Ваше Величество!

Она обернулась и увидела дородного герцога Мейдстоунского, одетого как Просперо, с фляжкой в руке. Банни Мейдстоун в молодости был очень красив, но содержимое многих фляжек, сопровождавших его на протяжении многих лет, оставило на нем печальный след. Он, казалось, этого не замечал и вел себя как звезда экрана. В отличие от настоящей кинознаменитости, который уже садился в коляску. Под визги женщин она тронулась с места.

– Банни! – вежливо поприветствовала его королева. Герцога называли так со школьных времен по причинам, затерянным в тумане лет. – Как поживаете?

– Тем лучше, что вижу вас, мэм. Вы выглядите восхитительно, если мне позволено сказать. Брюки! Умора. Не против, если я пристроюсь?

Королева была против, но сказать об этом не могла. Она пожалела, что с ней нет Филипа. Муж бы без всяких недомолвок объяснил герцогу, куда ему следует отправиться, но ей сделать это не позволяло воспитание.

– Я не знала, что вы знакомы с Деборой, – сказала она, чтобы поддержать разговор, пока они ждали другую коляску.

– Не слишком близко, честно говоря, – признался он. – Но мой старший сын участвует в гонках с командой Пола. Он немного увлечен Бриджит. Хотя она связалась с этой шайкой троцкистов.