Дети волков - Вера Бук

разложила одежду на полу недалеко от печной трубы, чтобы она просохла. Затем я свернулась калачиком рядом с одеждой, так близко к печке, что тепло жгло кожу. Я стала очень маленькой. Я рысь, собака, волк. И мне нравится жить в горах.

Лора

– Фрау Бендер? Вы здесь? – раздался голос незнакомого мне мужчины. Я прижала полотенце к телу, нащупала за спиной ящик с ножами и вслепую вытащила один, самый большой, какой только нашла. За окном двинулась тень. Кто-то попытался заглянуть сквозь занавески. Я бросилась к двери, чтобы меня не было видно в окно кухни.

– Кто там? – окликнула я. Шаги раздались с другой стороны. Мужчина шел от окна ко входной двери.

– Фрау Бендер? Может быть, откроете дверь?

– Я вас не знаю, – прокричала я, раздражаясь оттого, что голос звучит слишком пронзительно. – Кто вы?

– Мартин Хофер, – сказал мужчина. – Мой отец послал меня посмотреть что-то в вашей квартире.

Я с облегчением прислонилась к двери и посмотрела в потолок. Неужели я действительно превратилась в параноика, который от всего ожидает только плохое?

– Фрау Бендер?

– Одну минутку! – Я повернула ключ и открыла дверь. Передо мной стоял высокий русоволосый мужчина лет сорока. Его разраженный взгляд скользнул по моему полотенцу и задержался на руке. Только тогда я поняла, что все еще сжимаю нож.

– Я не вовремя? – осторожно спросил он.

– Я только из душа, – сказала я. Правда, мои слова объясняли только мой внешний вид и мокрые волосы, а не лужу апельсинового сока за спиной и разделочный нож в моих руках.

– Вот как, – сказал Мартин Хофер, не отрывая взгляда от ножа. – Может быть, мне зайти в другой день? Отец так настойчиво требовал, чтобы я зашел к вам сразу после смены…

– Нет-нет, извините. Может, зайдете? А я пока быстро оденусь. – Я обошла лужу апельсинового сока и положила нож на столешницу, чувствуя себя крайне неловко. – Я всего на пять минут!

Я поспешно убежала в спальню, натянула нижнее белье, брюки и футболку. Меня все еще трясло. По скрипу старого пола я слышала, как Мартин Хофер перемещался по дому, вероятно, чтобы осмотреться. Я вспомнила, что моя мокрая, грязная одежда все еще валялась за дверью ванной. Боже, что он обо мне подумает?! Я распахнула дверь спальни и выглянула в коридор. Хофера нигде не было видно. Я быстро собрала свою одежду, валяющуюся перед дверью ванной, и бросила в корзину для белья у лестницы в подвал.

– Господин Хофер? – Я застала его на кухне за отжиманием полотенца над раковиной. Он вытер лужу сока на полу.

– Вам не стоило, я бы…

– Все нормально. Я в любом случае пришел, чтобы вам помочь. – Он обернулся, улыбаясь лучезарной, теплой и очень обнадеживающей улыбкой.

Я уже однажды видела Мартина Хофера издалека после своего приезда в Альменен. Но он был одним из тех людей, кого замечаешь, только если знакомишься ближе.

– Что с вами случилось? – спросил он, и я вздрогнула, стоило ему взять меня за запястье. Он осторожно повернул руку, рассматривая со всех сторон. Моя кожа была покрыта царапинами и ссадинами. Другая рука выглядела не лучше.

– Я… гуляла, – сказала я, неловко высвобождая руку.

– В такую-то погоду?

– Когда я выходила из дома, погода еще была хорошей, но мне, наверное, следовало проверить прогноз. И время в пути. – Я пожала плечами, словно извиняясь, а он сурово нахмурился.

– Вам повезло отделаться ссадинами. Все могло обернуться гораздо хуже.

Я подумала об ушибленном колене и других частях тела, которые завтра, вероятно, станут зелеными и синими. Не говоря уже о том, что мышцы наверняка будут болеть до конца моих дней. Но Мартин Хофер был прав. Учитывая обстоятельства, мне действительно повезло.

– Итак, – сказал он, меняя тему. – Что в доме стоит починить в первую очередь? Похоже, дел тут много.

– Да, – с облегчением поддержала я, – ванная, кухня, сломанные жалюзи… В общем, можете сами выбрать, с чего начать.

– Тогда начнем прямо отсюда. Кажется, ванной, в отличие от кухни, вы еще можете пользоваться. Это что, ваш ужин? – Он указал на стаканчик йогурта, который одиноко стоял на столешнице. Видимо, нож он убрал. То ли ради своей, то ли ради моей безопасности.

– Плита сломана, – сказала я. – Но я не думаю, что вы сможете ее починить. Я уже вызвала ремонтную службу…

– Да ладно. – Он отмахнулся от моих слов и закатал рукава. – Это же газовая плита, а не космический корабль. Наверняка форсунка засорилась или горелки забились жиром.

Следующие два часа я провела у Мартина Хофера за спиной, пока он возился с плитой, опустившись на колени. Пока он стоял в ванной, ремонтируя душевую лейку. Когда он забирался на стул, чтобы проверить розетки потолочных светильников. Я старалась быть полезной, но по большей части моя помощь ограничивалась поддержкой стула или подачей инструмента. Работы было много, поэтому я успела рассмотреть спину Господина Хофера и мускулистые руки, сильные не от тренировок в зале, а от настоящей физической работы.

– Ну вот и все. – Он слез со стула, подошел к выключателю в спальне и пощелкал им пару раз. Лампа вспыхнула и погасла, вторя его движениям. Хофер в тот момент казался мне гораздо моложе. Гордый, как ребенок, которому удался фокус. – Что ж, и с этим разобрались.

– Спасибо, – сказала я, – Только вы не могли бы в следующий раз, когда будете что-то ремонтировать, делать вид, что это сложно? А то я чувствую себя последней дурой.

Мы рассмеялись. Приятно было посмеяться с кем-то, пусть и не над анекдотами.

– Договорились, – кивнул он. – Что дальше? Кстати, вы можете больше не держать спинку стула. Без меня он вполне устойчивый.

– Вот об этом я и говорю!

– Вам нечего стыдиться. Вы же никогда раньше не ремонтировали газовую плиту или старые розетки.

– Да, вы правы. На самом деле, я даже не помню, когда в последний раз готовила на газовой плите. Во всех моих прошлых квартирах были электрические плиты. А в последней вообще индукционная.

– Беда, – воскликнул он, и я не смогла понять, серьезно он говорил или с иронией. – Может, мне показать вам, как готовили в старые времена?

– Только если останетесь на ужин. – Я видела, что он колебался. – Да ладно вам, это меньшее, что я могу для вас сделать!

Он засмеялся.

– Точнее, вы хотели сказать, что это меньшее, что я мог бы сделать для вас. Все-таки готовить буду я. Да и потом, я еще не все отремонтировал. Вы говорили про жалюзи…

– Хватит! Я не позволю вам всю