Ночь пяти псов - Чхэ Ёнсин

— Да-да, все подарки уже открыты, пора к столу, — подхватила мать Чуи, приглашая детей попробовать сладости.

Семин не двинулся с места.

— Эти слова говорят о том, что существует более высокий смысл жизни, чем жизнь ради пропитания, — громко отчеканил он.

Направившиеся было к угощению дети и их родители остановились и обернулись к Семину.

Он сказал еще громче:

— Нет установленной высоты, на которой обязана летать чайка. Пределов и ограничений полета не существует. Джонатан Ливингстон…

— Ты очень умный мальчик. Все здесь знают, что ты умный, так что нет нужды демонстрировать это сейчас, — резко оборвала его госпожа Со.

Семин хотел что-то ответить, но, посмотрев ей в глаза, промолчал. Мать Чуи беззвучно указала на угощение, и гости отправились к столу.

— Абсурд. Конечно же эти слова придают сил. Не приводят же в отчаяние, — прошипела госпожа Со и метнула взгляд на Пак Хечжон.

Та по-прежнему смотрела в окно. Вспомнив, как несколько минут назад расчувствовалась, глядя на бывшую подругу, госпожа Со разозлилась на себя.

— Оставим детей веселиться, для нас накрыт стол на втором этаже, — сказала мать Чуи и повела гостей вверх по лестнице.

Женщины парами поднялись на второй этаж. Там на длинном столе уже стояли тарелки со стейками и вино. Гостьи рассаживались в том же порядке, в каком поднимались. Для Пак Хечжон, которая в одиночку пришла последней, места не осталось. Оглядевшись, мать Чхэён заметила еще один стул в углу зала и, подвинув свой, устроила место для Пак Хечжон рядом с собой.

— Жаль, что Семин не договорил, я бы послушала. Он замечательно пишет. Мне кажется, его уровень развития значительно превосходит уровень развития обычного ребенка, как вы думаете? — обратилась к сидящим рядом женщинам мать Чхэён.

Однако никто ее не поддержал. Гостьи украдкой бросали взгляды на госпожу Со и не торопились участвовать в разговоре. Официант принес тарелку со стейком и бокал для Пак Хечжон. Мать Чуи попросила официанта уточнить, когда начнется выступление мага.

— Выступление мага?

— Да, мне рекомендовали одного известного артиста. Я подумала, что обед и репетиция — это слишком скучно, и решила его пригласить.

Мать Чуи встала разлить вино по бокалам. Она была в голубом платье, такого же цвета был и праздничный наряд ее дочери. Госпожа Со изучала ее, скрестив руки на груди. Пак Хечжон с сыном были ее злейшими врагами, а третье место прочно занимала мать Чуи. Раздражаясь все сильнее, госпожа Со наблюдала, как, наполняя очередной бокал, женщина слегка сгибает колени, а потом снова выпрямляется, очевидно, считая, что движется грациозно. «Уж не воображает ли она себя Марией-Антуанеттой? Улыбается, чтобы показать ямочки на щеке, закусывает губку, стоит капле упасть на стол, притворно вскрикивает… Сказал бы ей кто-нибудь, что жеманство давно не в моде».

— А что решили по поводу масок? — спросила мать мальчика Хёкчэ, когда все подняли бокалы и выпили.

— Мама Сэрима обещала помочь. Она художница по образованию.

— Нет-нет, вуз я не закончила. Но если нет других желающих, маски я сделаю. Достаточно будет нарисовать мордочки животных на картоне, верно?

— Думаю, вы не успеете сделать двадцать пять масок. Я вам помогу.

Раздражение госпожи Со было настолько велико, что она не чувствовала вкуса еды. С трудом проглотив два кусочка, она отодвинула тарелку со стейком и налегла на вино. Гостьи принялись хвалить повара, но госпожа Со ничего не слышала. Допив бокал, она потянулась за бутылкой и налила себе новую щедрую порцию. Затем, взяв смартфон, принялась искать в интернете «Мечту чайки». Она надеялась, что Семин ошибся хотя бы в одной букве, ведь имя было трудным для произношения, но мальчик оказался прав: главного героя звали чайка Джонатан Ливингстон.

Она осушила бокал и почувствовала легкое головокружение. Со звоном поставив бокал на стол, госпожа Со уставилась в монитор наблюдения. В зале было несколько таких мониторов: родители могли следить, чем заняты дети на первом этаже. Качество трансляции было превосходным, узнавались лица. Госпожа Со увидела, что пока большинство детей заняты играми, Анбин сидит над тарелкой. Чуи и еще несколько ребят столпились около кроличьей клетки, которая стояла недалеко от Анбина. По просьбе Чуи Анбин принес на праздник своего питомца.

— Что будем делать с костюмами? Они нам нужны?

— Ой, нет, это уже слишком.

— Я тоже считаю, что можно обойтись масками и обычной одеждой. Для гусей — белая, для свиней — розовая, и так далее. Пусть каждая мама подберет одежду ребенку в соответствии с ролью.

— Кажется, дети репетируют, — сообщила одна из мам, и все взоры обратились к мониторам.

Дети собрались у небольшой сцены в середине зала.

— Если все закончили, может, спустимся?

Мамы дружно зашагали вниз. Пак Хечжон опять шла последней.

Увидев родителей, Семин заговорил громче, чтобы пришедшие зрители не пропустили ни слова:

— Чуи, в твоем голосе должно отчетливо звучать беспокойство. На нас будут маски, поэтому никто не увидит выражения наших лиц. Эмоции мы будем показывать с помощью голоса и жестов. Хорошо?

Молли. А после восстания сахар у нас будет?

Обвал (решительно). Не будет!

Молли. А ленты в гриве можно будет носить?

Обвал. Товарищ, эти ленты, которые тебе так любы, символ рабства, вот что они такое. Разве свобода не дороже лент?[13]

— Намного лучше! Сончжу, ты тоже отлично справился. Для нашего представления как раз подходит гротескный стиль.

Заслужив похвалу Семина, Сончжу радостно заулыбался.

— Не называй его Сончжу, называй Обвалом. Давайте до конца репетиции звать друг друга именами персонажей, — подал голос Анбин, почему-то обращаясь не к одноклассникам, а к родителям.

Мамы закивали, и лицо Анбина немного оживилось.

— Хорошая идея, Наполеон, — согласился Семин. — Переходим к следующей сцене. Участвуют свиньи, коровы и петух. Из главных персонажей — Наполеон.

Мамы вертели головами, разглядывая детей с нескрываемым интересом. Только стоявшая чуть поодаль госпожа Со хмурилась, по привычке скрестив на груди руки.

Первая корова. У меня болит вымя.

Вторая корова. Нас уже сутки не доили. Во мне столько молока, что вымя сейчас лопнет.

Первая свинья (обращаясь ко Второй свинье). Принеси подойники.

Вторая свинья приносит подойники. Первая и Вторая свиньи доят коров.

Первая корова. Наконец-то свободна!

Вторая корова. Наконец-то свободна!

Петух. Куда мы денем такую пропасть молока?

Наполеон. Товарищи, не забивайте себе голову этим молоком. Урожай — вот наша первоочередная задача. Товарищ Обвал поведет вас. Через несколько минут приду и я. Вперед, товарищи!

Семин хлопнул в ладоши, останавливая актеров:

— Наполеон, тебе нужно произносить текст эмоциональнее. Сейчас казалось, что ты просто читаешь вслух.

Игравшая на губах