Отель «Реббека» - Рада Рамильевна Артемьева

Эллен угрюмо молчала. Ситуация складывалась грустная. Нужно было срочно вмешиваться: поговорить с Гозланом, пока он чего-нибудь не намудрил!

Разумно предположить, что директор заведения отвечать будет в любом случае, если в его отеле произошло событие, которое привело к смерти человека. И Эллен теперь как управляющая имеет такие же шансы угодить за решетку. По идее, она имеет даже бо́льшие шансы, ведь вся ответственность лежит на ней. Тогда почему Гозлан уцепился как раз за Николя? Что он задумал? Теперь нужно было действовать, и как можно скорее. Время играло против них обоих.

Решения Гозлана принимались втихушку. Это напрягало и вводило в нервозность. Эллен понимала: скоро наряд ворвется в отель, чтобы забрать не только Николя, но и ее саму. Им заломают руки и скажут что-то вроде: «Не двигаться, это полиция». Лицо в пол. Тугие наручники на запястья.

Но пока этого не произошло, надо рассказать о Меркьюри, ведь только таким образом можно остановить преступника! Это он убил Венсана. И сейчас в отеле может произойти что угодно! Сейчас молчать нельзя!

Пора вступиться в рискованную игру против человека, который столько лет угнетал семью де Бриссак, подумала Эллен уже почти возбужденно, но следующая мысль слегка охладила пыл: Николя. Узнав о Меркьюри, он ее, конечно, не простит. Слишком страшно признаваться. Каким будет его реакция?

Но случится определенно хуже, если играть в молчанку и дальше. Сейчас главная задача – это спасти Николя от тюрьмы. Да и себя. Она не переживет, если после всех этих ужасных событий, которые создал Меркьюри, еще и кого-то посадят.

Терпение Эллен сдувалось на глазах. Ничего уже не имело значения. Просить помощи у следователя – это все, на что оставалось надеяться. Хочется сдаваться или нет, но иметь секреты становилось опасно. Теперь в защите нуждались другие люди. Происшествие с Меркьюри – это было лишь начало. Очень возможно, что этот человек появится здесь скоро. Тогда будет точно несдобровать. Надо перестраховаться. Пора взывать к помощи полиции!

Весь день пришлось бороться с нарастающим страхом и представлять, какой станет реакция Николя. Эллен продумывала правильные ответы: готовила фразы, которыми будет пользоваться для достижения эффекта. Она решила так: надо рассказать все в красках Гозлану. Следователь просто обязан вмешаться в историю о Меркьюри вне зависимости от того, понравится ли эта затея Николя или нет. Да, скорее всего, директор будет категорически против того, чтобы с Меркьюри велась работа. Он будет кричать, что не позволит вмешиваться в дела семьи, что все это их личные проблемы и так далее. Не захочет высвечивать давнюю легенду. Будет противиться, выкручиваться! Но это уже не будет иметь значения. Она все расскажет.

Сейчас бездействие становится таким же преступлением, как и то, что совершил Меркьюри. Молчать – значит содействовать убийце, проявлять преступную халатность в отношении дела! В смерти Венсана виновен Меркьюри – это, к сожалению, уже факт. Теперь ничего не остается, как только вымаливать прощения у самого Николя и надеяться на помощь, которую окажет полиция.

Встречу организовали, конечно, в библиотеке. Эллен попросила выделить полчаса на очень важный для нее разговор. Мсье Гозлан и Николя приехали точно к назначенному времени.

В библиотеке стало холодно. Резкая перемена погоды совпала с переменами в отеле, которые расшатали привычный распорядок жизни. Эллен немного потряхивало, однако она не могла понять истинную природу тремора: так ли на нее действуют заморозки последних дней или ей просто страшно. Она застегнула свой пиджак и содрогнулась.

Мужчины друг другу кивнули, и каждый занял любимую позицию: Гозлан, как всегда, бухнулся в кресло, мсье де Бриссак встал возле письменного стола.

Чтобы скрыть волнение, Эллен блуждала по библиотеке из стороны в сторону. Она ждала, когда все рассядутся и она сможет сосредоточиться. В сознании прокручивала будущие речи, которые готовила все последние часы до этого.

Эллен сразу предупредила, что должна сообщить важную новость, о которой тяжело говорить, поэтому попросила отнестись с пониманием к проблеме. Тайно она надеялась на то, что Николя не нападет на нее хотя бы при Гозлане.

– Мсье де Бриссак, – начала она и посмотрела в глаза директору, – я вынуждена сознаться в том, что совершила ужасную ошибку.

Гозлан с глубочайшим вниманием перевел взгляд на Николя, словно хотел понаблюдать за его реакцией вне зависимости от того, что будет озвучено.

В помещении настроилась та степень тишины, которую обычно называют «гробовая». Эллен пару секунд подбирала слова. Для Николя они продлились гораздо дольше.

– Приезжал мсье Меркьюри, – выдала она. – И мы его не смогли принять. Он уехал обратно. Все получилось как-то быстро и совсем не удачно. Я вынуждена просить у вас прощения. Это моя вина, безусловно.

Несколько секунд молчания. Затем едва заметный, словно вкрадчивый звук:

– Что?

Глаза Николя налились кровью. Он стоял онемев и только нервно одергивал свои манжеты.

– Еще раз повторите, что вы сказали. И пусть это мне только послышалось!

– Вам не послышалось, – с горечью сказала Эллен. – Все произошло так, как вы описывали. Венсана убил, скорее всего, он.

У Гозлана сперло в зобу дыхание. На мгновение он стал невидимым. Живо превратился в элемент мебели: прирос к креслу, словно сделался его продолжением.

Николя решил осведомиться, почему не приняли важного гостя. Сам при этом бродил между стеллажом и окном, как будто не мог найти себе места.

– В люксе проживал Колин Перкинс, – устало объяснила Эллен. – Вы же знаете, это было невозможно. Я не смогла справиться с его менеджерами.

Еще несколько секунд полной тишины. Николя требовалось время, чтобы принять то, что он услышал.

– Значит, Меркьюри все-таки приехал, – проговорил он, глядя на горизонт.

– Да, – сказала Эллен. – Случилось непоправимое.

– Значит, его встречал Венсан. Не отвечайте. Я все понял и так.

Несколько секунд все молчали. Добавить было нечего. Ошарашенный Гозлан тоже принял выжидательную позицию. Он размышлял: при чем здесь приезд некоего Меркьюри? И что это значит «убил»? Директор и управляющая отеля «Реббека» преспокойно обсуждают убийство швейцара при следователе полиции. Они в курсе убийства и даже знают, кто его совершил. К такому повороту он определенно не готовился.

Казалось бы, следователь – калач тертый и удивить его будет сложно. Но это только казалось. На поверку все вышло иначе: он уже подумывал, не вызвать ли ему наряд. Дело казалось слишком странным, и здесь требовалась помощь со стороны.

– Почему вы не сказали все сразу? – спросил Николя в отчаянии. – Вы понимаете, что подставили меня? И себя! А что произошло с Венсаном?! Об этом страшно подумать! Я же вас предупреждал! Я сказал, что