Катамаран - Александр Игоревич Ольшанский

– Что ж, – Александр обвёл взглядом остальных – Таню, Самиру, Паоло. – Иштван немного перегрелся вчера, пусть покемарит у себя. Не будите его! Погружаетесь втроём. Паоло, тебе и карты в руки, ты же дайвер-виртуоз. Помнишь, как этим дивом управлять?

Итальянец кивнул, и в его глазах вспыхнул огонёк, который бывает у отчаянных персон, когда им выпадает шанс проявить себя на деле. Процесс отстыковки сферической кабины от рамы катамарана сопровождался внушительным, но не особенно громким шипением гидравлики и щелчками замков, звучавшими как маленькие фанфары, возвещающие о начале небольшого, но самого настоящего подводного путешествия.

И вот они втроём внутри. Вполне просторно и даже уютно. Паоло у пульта управления и центрального иллюминатора, Таня и Самира – у боковых. Сферу плавно спустили на воду специальной автоматической лебедкой. Ещё один щелчок, и они отделились от катамарана. На секунду все замерло, слышен лишь ровный гул систем жизнеобеспечения. А потом началось погружение.

Мир за толстыми стёклами иллюминаторов преобразился мгновенно. Яркий солнечный свет, преломляясь в воде, превратился в дрожащие золотые колонны, уходившие в таинственную, бирюзовую мглу. Мириады серебристых рыбёшек, словно живая ртуть, рассыпались от них в стороны, чтобы тут же снова собраться в сверкающий косяк. Проплыла важная, невозмутимая рыба-наполеон, с любопытством уставившись на них выпуклыми глазами, и Паоло не удержался:

– Смотрите-ка, местный шериф пожаловал с инспекцией. Надеюсь, у нас все документы в порядке.

Таня заворожённо смотрела на простиравшийся за стеклом подводный сад. Кораллы всех мыслимых форм и оттенков – алые веера, бурые мозговитые шары, лиловые ветвистые кусты. Среди них сновали, переливаясь всеми цветами радуги, маленькие рыбы-клоуны, полосатые рыбы-зебры и невероятно яркие губаны, словно сошедшие с палитры сумасшедшего художника. Казалось, сама жизнь, в её самом причудливом и прекрасном проявлении, кипела тут, в нескольких метрах от них.

– Ничего себе… – прошептала Самира, забыв на мгновение о всех своих тревогах. – Это… как другая планета!

– Ага, только билеты дешевле, – парировал Паоло. – И таможенный досмотр, как я погляжу, полегче.

Итальянец, сосредоточенно следя за приборами, медленно вёл сферу вдоль дна, которое уходило вниз крутым склоном, обещая ещё большие глубины и тайны.

– Всё в норме, – доложил он. – Герметичность стопроцентная, запас кислорода максимальный. Можем сделать небольшой манёвр.

И тут Паоло, движимый духом первооткрывателя, решил проверить сонар.

– А что, если мы просканируем дно прямо под нашим плавучим домом? Для практики. Вдруг там галеон затонувший или пиратский клад зарыт? Я бы не отказался от парочки золотых дублонов на память.

Таня, до сих пор с улыбкой наблюдавшая за его выходками, вдруг почувствовала, как у неё похолодели руки. Мысль, дремавшая где-то на задворках сознания, проснулась и ударила с такой силой, что у неё перехватило дыхание.

– Паоло… – тихо сказала она. – Направь сонар… вверх на баллоны. На наш корпус, пожалуйста.

– На баллоны катамарана? – удивился итальянец. – Дорогая Таня, там кроме прочной резины и воздуха ничего нет. Разве что парочка налипших ракушек, которые считают наш катамаран своим личным курортом.

– Сделай это, пожалуйста, – попросила она, и в её голосе прозвучала такая сталь, что Паоло, недолго думая, послушно развернул прибор.

Все замерли, глядя на экран эхолота. Сначала там были лишь привычные шумы и помехи. Потом чётко проступили контуры баллона. И прямо в его теле, в самой толще, сканер выявил несколько чётких, геометрически правильных аномалий. Паоло максимально увеличил фрагмент изображения. Прямоугольники. И скопление мелких предметов. А вот что-то круглое, с несколькими мелкими, но отчётливыми включениями по окружности.

Таня впилась взглядом в экран, и мир вокруг перестал существовать. Она узнавала эти очертания. Во всяком случае по форме, похоже, это был он. Браслет. Тот самый, из легенд поморских, «Девять глаз Ибиса», который она специально разыскала по каталогу в обширной экспозиции и видела в музее за несколько дней до их отплытия из Каира! А весть о его краже вместе с другими древностями настигла их в новостной ленте уже на второй день их путешествия на «Кон-Тики Втором». Её тревожное предчувствие подтверждалось. Очень похоже, что именно он находится у них в левом баллоне катамарана. Пока вся полиция Каира сбилась с ног в поисках похищенных музейных украшений, он плывет вместе с ними.

– Невероятно! Вы видите? – её голос сорвался на крик. – Вы видите это?! Это же он! Браслет! И ещё что-то… ящички или что-то подобное…

Все уставились на экран, но никто, кроме неё, не понимал всего ужаса этой находки. Для них это были просто какие-то тени, странности.

– Таня, успокойся, – первой опомнилась Самира, снова надевая маску безразличия. – Это, наверное, какой-то производственный брак, пузыри в резине или… или строительный мусор с верфи Ма… Да что угодно!

– Галлюцинации от перепада давления? – предположил Бьорн, чей голос донёсся из динамика. Он следил за их погружением с катамарана. – Случается. Вам бы подняться.

Но Татьяна упрямо трясла головой, не в силах оторвать взгляд от экрана.

– Нет! Вы не понимаете! Это он! Я узнаю! Я видела его в музее ещё совсем недавно! Я специально изучала… это очень древний артефакт, он каким-то чудом и у нас в России побывал. А в семидесятых СССР преподнёс этот браслет с другими музейными реликвиями Египту в честь открытия Асуанской ГЭС. У меня каталог остался в рюкзаке! По всем новостям было, что он похищен. Сразу после нашего отплытия сообщали. Помните?..

– Поднимитесь на поверхность, – раздался вдруг твёрдый, командирский голос Александра. Он смотрел на искажённое ужасом лицо Тани на мониторе и прочти верил ей. Поднимайтесь безоговорочно. – Сейчас же!

***

Возвращение на поверхность и подъём на борт катамарана прошли в гробовом молчании. Когда сфера встала на место и люк открылся, Таня выпрыгнула первой, её руки дрожали. Она попыталась объяснить, тыча пальцем в распечатанное изображение со сканера, которое Паоло, добродушно посмеиваясь, счёл нужным сохранить «для истории».

– Смотрите! Вот прямоугольники – это, наверное, упаковки с чем-то непонятным! А вот это… видите? Изящный круг с равномерно расположенными девятью затемнениями! Это «Девять глаз Ибиса»! Я клянусь вам!

Ей встретились лишь недоумевающие и усталые взгляды. Слишком фантастично звучало её заявление, слишком сильно смахивало на плод разыгравшегося воображения.

– Таня, дорогая, успокойся, – первым нашёл слова Паоло, пытаясь быть голосом разума. – Мы все немножко переутомились. После штиля, после этого трупа… нервы на пределе. Ты сама говорила, этот браслет – из музея. Похищен, скорее всего, уже после нашего отплытия. И какие шансы, что