Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье

– Тебе идет этот сад. – Голос Нико, который оказался на расстоянии двух метров от нее, вынудил вздрогнуть и обернуться. Ей пришлось дважды моргнуть, смахивая наваждение, и натянуть что-то напоминающее улыбку. – Кажется, я никогда не упоминал об этом.

Он стоял, заведя руки за спину, и ожидал, когда Кьяра обратит на него внимание, но терпением Нико никогда не отличался.

– Ты редко сюда заходил, – напомнила она, присаживаясь возле очередного куста.

– Я не большой поклонник черного. Хотя цветы, конечно, красивые. – Он, подобно Кьяре, очертил пальцем бутон одной из роз, но практически сразу вскинул голову обратно. – Значит, восемь тысяч евро за ложь?

Он не стал спрашивать, хорошо ли она себя чувствовала. Стало ли ей легче после вчерашнего. И не нужна ли была помощь.

Не нужна была. Кьяра встала этим утром и включилась в работу так, будто ничего не произошло. И она оказалась внезапно благодарна, что никто не стал поднимать с ней неприятную тему.

– Формально я не соврала, – она пожала плечами и улыбнулась. – Зато эти деньги пойдут тому, кому они действительно нужны.

– Но ты ведь все равно не ответила ему на вопрос честно. – Нико кивнул ей дальше в сторону тропинок и завел руки за спину. – Что на самом деле было в клятве?

– Ничего, – даже не задумавшись, ответила Кьяра, медленно шагая вдоль кустов. – Меня поставили перед условием: или все, кем я дорожу, умирают, или я выхожу замуж и не высовываюсь.

– Ты никогда не спрашивала, зачем Лучиано в этом нуждался?

– Он спрашивал у меня, насколько его информация от полиции близка в реальности и могла оказаться правдой.

– Как фильтр, – протянул Нико, и Кьяра кивнула. – Интересный риск, как ни посмотри. Он не хотел наследника или что-то в этом духе?

Она мотнула головой.

– Он никогда не прикасался ко мне.

Это входило в их условия брака, которые Лучиано обозначал сразу. Никаких личных отношений, чистые формальности. Поэтому Кьяре не составляло труда предложить их же Сиене, она знала, что в их доме это прекрасно работало.

– Поэтому для меня загадка, зачем он оставил семью мне. Я не мать его несовершеннолетних детей, не ношу его ребенка и не имею опыта.

Они дошли до той части, где стояли скамейки и качели со столиком, чтобы можно было просто сесть и расслабиться хоть в какой-то тени. Кьяра чувствовала, что у нее начинала кружиться голова, поэтому подошла к охране у дверей в дом и попросила принести их что-нибудь выпить, а затем разместилась на диване напротив Нико.

– Что ты думаешь по поводу всего этого? – спросила она прямо в надежде обсудить вчерашний прием.

Нико откинулся на спинку дивана, сложив руки на груди. Он не торопился, словно взвешивал на весах каждый грамм будущих слов.

– Хочешь услышать, что ты была королевой вечера? – он улыбнулся ей особенно тепло. – Это и так все знают.

– Хочу услышать, что ты думаешь о последствиях.

– Как я и предупреждал, этим мы привязали к себе полицию и мэрию их же собственным долгом. Теперь Дамиано не может просто убрать тебя в подворотне – это будет выглядеть как нападение на «святую вдову», которую обожает город. Ты купила себе неприкосновенность на ближайшие месяцы.

– Это было грязно и цинично, – заметила Кьяра в ответ с недовольством. – Да, это работает, но какой ценой?

– Такой, что теперь ты в заложниках у созданного на публике образа, – он развел руками в стороны. – Тебе нельзя ошибаться. Совсем.

– И до этого было нельзя. – Она вздохнула и замолчала, пока на столик между ними ставили напитки. – Я хочу попробовать надавить на губернатора, чтобы расследование по Лучиано затихло.

Его брови мгновенно взлетели вверх, и он едва не подавился.

– Что, прости?

– Мне правда нужно повторить или ты издеваешься? – совершенно спокойно переспросила Кьяра, подтягивая к себе бокал.

– Убийство Лучиано – это не кража велосипеда, Кьяра, – он наклонился вперед, поймав ее взгляд. – Это жирный заголовок в газетах. Если полиция вдруг перестанет копать, будет казаться, будто они в доле. Никто из верхушки не подставится так глупо.

– Я не прошу их совершить должностное преступление, – она закатила глаза на то, что он объяснял ей все как ребенку. – Мне нужно, чтобы они признали дело «актом терроризма на почве криминальных разборок» и передали в другой отдел.

Она сделала небольшой глоток и вернула бокал на поверхность с легким стуком.

– Убойный отдел будет рыться в каждой квитанции из ресторана, пока не найдет нашу теневую бухгалтерию. Но если я надавлю на префекта и дам ему понять, что это убийство – вызов всей системе безопасности Флоренции, он прикажет им сменить курс. Они найдут заказчика, какого-нибудь козла отпущения, которого не жалко, и поставят галочку «раскрыто». А все архивы уйдут в спецхранилище под гриф «секретно».

– Префекту нужны покой в городе и красивая отчетность перед Римом… – протянул Нико в ответ, действительно задумываясь. – Мы дадим ему то, что он хочет, – громкое «раскрытие» и пожертвования его фондам, а он сделает так, что следствие пойдет по самому короткому и безопасному для нас пути…

– Именно, – она махнула рукой и даже улыбнулась, гордая собой. Хотя бы какие-то знания о коррупции в этой стране ей пригодились. – Он приглашен на свадьбу.

– А ты выдержишь его напор? – Нико прищурился. – Придется угрожать и делать это убедительно.

Его слова имели смысл. Одно дело – изящно стоять с бокалом на приеме, и совсем другое – напротив человека, который десятилетиями съедал таких стратегов, как она, на завтрак.

– Чтобы такой человек рискнул репутацией и спустил ищеек с цепи в нужную сторону, он должен либо очень сильно тебя бояться, либо очень сильно хотеть то, что у тебя есть.

– Если полиция станет копать под структуру Лучиано, начнется беспредел, – напомнила Кьяра, уже считая это достаточным аргументом. – Улицы зальет кровью, а префекту меньше всего нужно объяснять Риму, почему во Флоренции началась гражданская война между кланами.

Нико усмехнулся, покачав головой.

– Слабо. Он скажет, что закон превыше всего, и усилит патрули.

– У нас достаточно доказательств, чтобы он не захотел портить со мной отношения.

Он вдруг замер. Его брови медленно поползли вверх, а на лице появилось выражение, близкое к уважению.

– Ты нашла «черную папку» Лучиано?

Она кивнула и продолжила:

– На свадьбе будет много шума и свидетелей. Идеальное место для тихого короткого разговора в саду.

– Угрожать префекту на свадьбе… – Нико тихо присвистнул. – Это как играть с зажженной