Ночь пяти псов - Чхэ Ёнсин

больше — он со всей определенностью сообщал, что ее сын уже свергнут. «Только посмотрите на его толстый зад!». — «И правда, вот отрастил так отрастил!» Даже во всеобщем припадке смеха она расслышала их ехидные замечания. Возразить госпожа Со не могла — она и сама видела, как некрасиво поправился ее сын. Но виноват в этом Пак Семин! Из-за него Анбин вечно испытывал стресс, который заедал всем подряд, так что меньше чем за год превратился в пухлого толстяка. Она с трудом узнавала в нем прежнего стройного мальчика. Ее опять затрясло. Совсем недавно все завидовали и восхищались: какой у нее симпатичный, умный, воспитанный ребенок! Все знакомые ставили его в пример своим детям. А теперь от былых восторгов не осталось следа. Госпожа Со выпила еще один стакан холодной воды и обернулась. Анбин все это время был рядом. Он стоял, сложив на груди руки и не спуская с нее глаз.

— Что ты тут делаешь? Иди занимайся!

Он развернулся и ушел в свою комнату, громко хлопнув дверью. Госпожа Со опустилась на стул. Лежавший на столе смартфон просигналил, что пришло сообщение. Оказалось, общаются мамы в родительском чате.

— Это правда, что говорят про отца Семина?

— Тоже хотела спросить, но не стала при детях

— Ин***т??

— Звездочки-то зачем?

— Разве это приличное слово?

— Ха-ха

— Я где-то читала, что альбиносы часто рождаются в результате ин***та

— Ого

— Ничего себе ((

— А как мама Анбина узнала?

«Как узнала! Порылась в чужих дневниках, — пробормотала себе под нос госпожа Со. — Сначала думала, что это черновик романа — очень уж странно называть себя „она“ в дневнике, но как увидела ее глаза сегодня, сразу все поняла».

Общение в чате все продолжалось. Возникло уведомление: «Пак Хечжон покинула чат». Госпожа Со представила, как Пак Хечжон читает переписку, а затем нажимает кнопку «Выйти». Стало тяжело на душе. Она отложила смартфон и уткнулась лицом в руки. Она по-настоящему жалела, что не сдержалась. Во всем, абсолютно во всем виноват Пак Семин! Как бы ни хотела она относиться к нему без злобы, стоит ей увидеть его насмешливый взгляд, и внутри все вскипает. Дьявольское отродье. Когда она встретила его впервые, мороз пробежал по коже. Она помнила, как он поздоровался и вежливо поклонился, и как в красных глазах, точно лазеры, полыхнули дьявольские огоньки. Даже взрослому трудно находиться с ним рядом, а Анбину, наверное, в десяток раз тяжелее. В прошлом году от переживаний за сына она стала терять волосы. Из-за его страданий болело сердце. Разве можно было после этого не возненавидеть Семина? Госпожа Со тяжело поднялась и пошла в комнату сына.

— Анбин, — очень мягко заговорила она, открывая дверь.

Сын кормил кролика арбузом и счастливо улыбался. На полу около подноса, где лежал нарезанный арбуз, растекалась розоватая лужица.

— Ты не занимаешься? Скоро же олимпиада по математике, — подавив раздражение, сказала она как можно ласковее.

— Ничего не выйдет, даже если буду заниматься. Учеба не для меня. Как говорит Семин, мозгов не хватает, — спокойно ответил Анбин.

Услышав, как сын произнес имя Семина, госпожа Со перешла совсем на другой тон, в голосе прорезались визгливые нотки:

— Ты опять за свое! Я же говорила, не обращай внимания на эту белую обезьяну! Сколько, по-твоему, он проживет? Взрослых альбиносов в Азии ты не встретишь! Жить ему осталось совсем ничего, а перед смертью он еще и ослепнет!

Анбин опустил палец в арбузную лужицу и вывел на полу: «Пак Семин».

— Если бы он родился в Африке, мог бы проститься с жизнью уже завтра! Никакой анестезии! Хрясь — и без руки! Хрясь — и без ноги! Хрясь — и…

Анбин вскочил на ноги и заорал:

— Хватит! Прошу тебя, перестань! Я спать из-за тебя не могу! Глаза закрыть не могу! Из-за тебя!

— Ты о чем? Я же про него говорю, с тобой ничего не случится!

— Замолчи! Хватит! Уходи! — прокричал Анбин во все легкие.

Он схватил с пола поднос и что есть силы швырнул в мать. Ошеломленно вытирая арбузную мякоть с лица, она наклонилась, чтобы поднять поднос, и не успела выпрямиться, как в нее полетела толстенная книга.

— Уходи! Уходи! Уходи, я сказал!

Он орал так, что на шее вздувались вены. С подносом в руке госпожа Со выскочила за дверь. С той стороны в дверь тут же ударилось что-то тяжелое. Анбин продолжал вопить. О стену разбивались какие-то предметы. Ничего не соображая, госпожа Со добрела до кухни и вытерла лицо и руки бумажным полотенцем. Это невозможно. Анбин не мог так себя вести. Она бессмысленно стояла, вцепившись руками в кухонный стол. В голове было совершенно пусто. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем в комнате сына стихло. Криков больше не было, погром прекратился. Госпожа Со задрожала всем телом. Ноги ослабли, и она опустилась на пол. Так прошло еще несколько минут. Наконец госпожа Со собралась с духом и подошла к комнате сына.

Анбин стоял у распахнутого окна. Ветер врывался в комнату, пытаясь растерзать шторы.

— Сынок…

Он обернулся. Лицо, волосы и рубашка были мокрыми от принесенного ветром дождя. Она едва не задохнулась, увидев его таким. Нервный тик подергивал веки, косил глаза. Лицо сумасшедшего. Госпожа Со почувствовала, как волосы на голове встают дыбом. Страшное предчувствие пронзило грудь, и она быстро осмотрела всю комнату. Кролика нигде не было.

— Сынок…

Уголок его рта искривился в безумной улыбке.

Госпожа Со попятилась и вышла из комнаты. Не раздумывая, она вызвала лифт и спустилась вниз. Про зонт даже не вспомнила, так что до клумбы пришлось бежать под дождем.

Она оказалась права. Только смерть любимца могла так повлиять на Анбина. Глядя, как дождь смывает кровь с разбитого тельца животного, она приказывала себе успокоиться. Она направилась к мусорному баку, в который собирали старую одежду, и вытащила первую попавшуюся тряпку. Завернув в нее мертвого кролика, госпожа Со вернулась в квартиру. Она положила ношу в раковину и опять зашла в комнату сына.

Завернувшись в плед, Анбин сидел в дальнему углу кровати и дергал себя за мокрые волосы. Госпожа Со обняла сына.

— Все хорошо, — сказала она. — Ты не виноват. Это все Пак Семин…

Она обняла его еще крепче. Грудь теснили рвущиеся наружу рыдания. Она должна это прекратить. Если не прекратит, ее сын умрет. Во всем виноват Пак Семин. Каким огромным должен быть стресс, если ее добрый и ласковый мальчик так поступил с домашним любимцем! Пока не поздно, пока Анбина еще можно спасти, она должна избавиться от