Загадочное происшествие в Мидлшире - Дарья Эпштейн

Я никогда не принимал наркотики и даже не знаю, что это за препарат. Я понимаю, что у вас нет причин мне верить, потому что наркоманы обманывают даже самых дорогих людей…

— Но я верю тебе! — воскликнула тетушка. — Я пока не понимаю, что произошло, и мне это ужасно не нравится. Виктор, мой племянник, знаком с детективом Бригз. Он говорит, что она наверняка докопается до сути. А если нет, то уж точно докопается «Таймс».

— «Таймс»… — Взгляд Стивена на мгновение стал рассеянным. — Мне ужасно неловко перед Сьюзан. Полиция наверняка будет задавать ей вопросы, а возможно, даже устроит обыск в замке. Тетушка Белла, вы не могли бы передать Сьюзан мои извинения? Я позвоню ей, как только мне разрешат дойти до телефона.

Она не успела ответить — в палату влетела помощница Стивена, Эмма. Она услышала только последнюю фразу и затараторила:

— Привет, Стивен! Я примчалась, как только узнала. Надеюсь, ты сейчас говорил о своем адвокате, потому что это просто что-то… — она покосилась на Беллу Эрскин и выбрала наиболее цензурный вариант: — … неслыханное! Я бы на твоем месте вызвала бы его сразу же. И давай переведем тебя в палату получше, это же просто позорище. Я уже переговорила с врачом, и он сказал…

— Эмма.

Стивен поднял руку, и она замолчала, как будто наткнулась на стену.

— Эмма, мне не нужна другая палата. Меня вполне устраивает эта, к тому же я здесь ненадолго. И мне не нужен адвокат. Меня пока ни в чем не обвиняют. Что мне действительно нужно, так это немного тишины и мой ноутбук.

— Хорошо. Прости. Я просто разнервничалась, когда узнала, что ты… что тебя… ох, Стивен! Как ты себя чувствуешь?

— Вполне приемлемо, — ответил режиссер. Он указал на тетушку: — Позволь представить тебе моего давнего друга Изабеллу Эрскин. Тетушка Белла, это моя помощница Эмма.

— Очень приятно, — соврала тетушка, разглядывая синеглазую девицу с ярко-красным хищным ртом и по-детски круглым личиком.

— И мне тоже, — ответила Эмма с той же долей сердечности.

Видимо, Эмма рассчитывала, что тетушка оставит их со Стивеном вдвоем, но получилось иначе.

— Я буду очень тебе признателен, если ты передашь ребятам, что я в полном порядке и в ближайшее время вернусь к работе. И пожалуйста, Эмма, привези мне ноутбук. Я без него как без рук.

— Да, Стивен, конечно. А сейчас тебе что-нибудь принести? Может, кофе?

Режиссер покачал головой:

— Нет, мне пока запрещают его пить. Спасибо, что заглянула ко мне, Эмма. Ты неоценима.

Эмма выдала кислую улыбку и покинула палату. Тетушка Белла позволила себе ухмыльнуться:

— Очередная красавица, которую ты не замечаешь?

— Что? О нет, Эмма прекрасный сотрудник. Правда, немного эмоциональна, но это редко проявляется.

Старушка посмотрела в его бледное, но совершенно искреннее лицо:

— Знаешь, Стивен, сейчас, конечно, совсем не время и не место, поэтому я вовсе не скажу тебе, что ты совершенно не разбираешься в женщинах.

Стивен улыбнулся, и на этот раз улыбка сделала его похожим на самого себя:

— Да, тетушка. Я запомню, что вы мне этого не сказали.

— Вот, посмотри сюда. Видишь? Капелла прямо за ними.

Сонни склонился над фотографией и постарался быть внимательным. Это осложнялось тем, что его рот был занят маффином.

— Мммм, — сказал он и потянулся за лупой.

Снимок запечатлел жениха и невесту, то ли выходящих, то ли только заходящих в маленькую семейную капеллу. Оба сияли искренним счастьем и уверенно смотрели в камеру. Невеста чуть приподняла белый букет, как будто предлагала его кому-то, кто находился за кадром. Видно было, что они стоят внизу узкой лестницы и стены вдоль нее украшены гирляндами из живых цветов.

— Она и правда в подвале, — высказался Сонни. — Вопрос в том, как глубоко.

На столе перед ним лежали копии планов здания. Он пролистал несколько страниц.

— Посмотри, есть ли там фотографии с повторяющимися интерьерами. Попробуем восстановить картину.

Сьюзан принялась за работу. Сын Стоукса недавно оцифровал все их семейные фотографии, и старик, хоть и с некоторым трепетом, позволил ей ненадолго одолжить один из старых альбомов. Она осторожно вынимала фотографии и рассортировывала их по группам, высунув от усердия кончик языка. Младший Баттлбери, как она заметила, очень походил на сына мистера Стоукса. Тот же открытый и любопытный взгляд, тот же тяжелый, с горбинкой, нос, который придавал его внешности некоторую экзотичность. Старший брат был совсем другим, и теперь, зная семейную историю, Сьюзан этому не удивлялась. У Артура Баттлбери была типичная английская внешность. Светловолосый и, вероятно, голубоглазый, он был довольно высокого роста, но при этом отличался хрупкостью фигуры. Сьюзан попыталась представить его на фронте и не смогла. Такому, как он, наоборот, больше подошло бы сидеть за столом и вычитывать тексты, а может быть, и писать свои собственные, о чем-то легком и воздушном. Как все-таки странно обращается с нами природа, давая характеру совершенно неподходящую для него оболочку! Младший Баттлбери был куда больше похож на солдата и героя войны. Сьюзан напомнила себе, что эти фотографии были сделаны уже после того, как Артур вышел из госпиталя после ранения. Возможно, до того он и выглядел по-другому, более массивным и мужественным. Как бы то ни было, именно на этих, послевоенных, снимках он был счастлив. Подозрительность и злоба еще не исказили его черт.

— Кажется, я собрала нижний этаж, — сказала Сьюзан.

— У меня, если не ошибаюсь, готов второй. Так, уже можно кое-что посмотреть…

Сонни склонился над планами с карандашом.

— Вот здесь окно. Это, похоже, оно. Смотри-ка, у них на полу шкура медведя! Интересно, настоящая?

— Думаю, да. Старший Баттлбери был охотником. По крайней мере, до войны. После ему это стало тяжело.

— Н-да, красиво жили. Хотя меня бы матушка за такое выставила за дверь. Так, а вот это что? Неужели подвал? А, нет, это спуск в кухню. Это тоже не то…

Они так увлеклись, что не услышали машину и очнулись, только когда кто-то позвонил в дверь. На этот раз это были Джо и Ричард. Мальчик гордо продемонстрировал матери снимки:

— Я сам напечатал! А вот этот еще и сам сфотографировал!

Сьюзан посмотрела оба. Ей улыбнулись незнакомая девушка с буйной копной волос, заснятая явно в восьмидесятые, и сам Ричард, с высунутым языком и скошенными глазами.

— Вот эту я, пожалуй, повешу у нас в редакции, — ухмыльнулся Сонни.

— Надеюсь, ты про девушку? — в тон ему ответил Ричард.

Мальчишка же увидел маффины и потянулся к ним с азартом голодающего. Сьюзан перехватила его у самого блюда:

— Сначала вымойте руки, сэр!

Джо ответил шутливым поклоном:

— Непременно, мадам!