Продавец крови - Александр Сергеевич Долгирев

его тело, Гусев все равно был здесь при чем, и его очень желательно найти. Тем более что, судя по всему, именно благодаря его усилиям, пусть и при посредничестве Прохорова и Стрельникова, Дмитрий оказался втянут в это дело.

– Ну я поспрашиваю, но обещать не могу, – наконец протянул Яремчук.

– Да, конечно, я понимаю. В любом случае благодарю вас.

– Как его зовут-то хоть? И звание?

– Зовут Ян Карлович – да, такой вот казус.

Белкин ухмыльнулся, но, судя по лицу Яремчука, тот не понял, что здесь забавного, поэтому он быстро стер ухмылку.

– А вот звание не знаю… Он из старых товарищей. Известен еще под псевдонимом «Андреев».

Белкин не был уверен, что Князева убил именно Гусев. Более того, скорее всего, это было не так, во всяком случае, никто из тех, кто видел «лейтенанта Андреева», не упоминал о шраме. Но это был намек или даже провокация для того, кто мог что-то знать об этом деле, если вдруг из Ярославля все же пошла утечка в госбезопасность. Кроме того, был ведь еще один Андреев, и вот этот Андреев в деле об обескровленных телах был, пусть и в старом.

Яремчук попросил Дмитрия зайти через пару дней, еще раз добавив, что ничего не обещает. Это был максимум, на который Белкин мог здесь рассчитывать, поэтому кабинет он покинул вполне удовлетворенным.

За дверью, опершись на стену и скрестив руки на груди, его ждал Виктор Раск. На его лице было дружелюбное выражение, однако Белкин, увидев молодого коллегу, почувствовал некоторое напряжение и даже смутное опасение, впрочем, скорее всего, дело было в том, где именно они столкнулись.

– Вы чего здесь?

Дмитрий тут же мысленно обругал себя за не самый приветливый тон, но слова уже были произнесены.

– Да я хотел вас окликнуть, но вы зашли в кабинет, поэтому решил подождать.

– Нужно найти одного человека из госбезопасности. Решил попытать счастья через наших соседей, – объяснил Белкин.

– Не в службу, а в дружбу?

Раска буквально распирало от веселья, а Дмитрий понял, что его слова звучат как попытка оправдаться. Захотелось стереть это веселье с наглой физиономии клоуна-филера, который по недоразумению считал себя следователем.

Он глубоко вздохнул, а в его голове мелькнул пугающий вопрос: «А что, если однажды я не сдержусь?» Этот вопрос появлялся уже не в первый раз, и он не находил на него ответа. Оставалось лишь держаться изо всех сил.

Белкин постарался вернуть себе уверенность и ответил под стать вопросу:

– Ну да, пускай хоть что-то полезное сделают. Так что у вас?

– Нашли убийцу Сугроба. Решил, что вам это будет интересно.

Пару секунд Дмитрий вспоминал, о ком идет речь – в последние дни в его голове почти не было места для посторонних дел.

– Да, пожалуй, будет.

– Не желаете перекусить?

– Пожалуй, желаю.

Оказалось, что все было банально – уголовники раскинули банчишку, что-то не поделили, дошло до поножовщины. Сугроб положил двоих, прежде чем положили его. Точнее, не положили – истекая кровью, без шансов на выживание, он прошел пять кварталов. Это удалось выяснить практически сразу, а вчера наконец поймали последнего из тех, кто сел тогда играть. Он, конечно, шел в отказ, но Раск был уверен, что в итоге расколется.

Все это Белкин слушал вполуха, для вида кивая и задавая вопросы время от времени.

* * *

День прошел в достаточно пустой рутине, и Дмитрий даже смог пораньше уйти с работы. Вечером, когда они с Зиной оба успокоились от прошедшего дня, она читала ему рассказ о замковых воротах Рюноске Акутагавы – это было еще одно наследие Георгия. Белкин слышал эту историю уже не в первый раз. Зине она нравилась, а ему казалась довольно безнадежной – без положительных героев. Но ему нравилось, когда она читала. Рассказ закончился – нищий слуга ограбил старуху, которая собирала волосы мертвецов на парики. Дмитрий почувствовал, что засыпает.

– Сегодня товарища Левина забрали. – Голос Зины был пустым и невыразительным. Белкин ничего не ответил. Он припомнил, кто такой товарищ Левин – он был начальником одного из отделов на предприятии, на котором служила Зина. Лично Дмитрий с ним знаком не был, а Зина время от времени упоминала об этом человеке как о неуемном организаторе разнообразной самодеятельности. Он ей не нравился.

– Ну точнее, забрали его вчера. Сегодня он на работу не пришел.

– Почему ты думаешь, что его забрали? Может быть, он просто приболел?

– Нет. Его кабинет опечатали.

– Думаешь, это только начало?

– Начало? Нет, это рабочие будни.

В каком-то смысле это действительно было не начало – два года назад на предприятии был арестован директор. О его судьбе никто ничего не знал. Кажется, у него была дочь – Белкин почему-то вспомнил об этом сейчас и понял почему, но было уже поздно. Он не знал ее в лицо, и только это уберегло его от того, чтобы представить бледный бескровный труп с ее лицом в кузове мусоровоза. Но не уберегло от всего остального.

К счастью, Зина перебила его мысли:

– Я хочу венчание.

– Ты имеешь в виду, настоящее церковное венчание?

– Да.

– А это возможно?

– Почему нет? Ты ведь крещен?

– Конечно. А то, что ты уже была замужем…

– Я – вдова, и времени прошло уже достаточно для того, чтобы это выглядело прилично.

Через паузу она фыркнула:

– Да и кто будет оценивать?

– Я давно не был в церкви.

– Не переживай – я все организую. Если ты, конечно, согласен.

– Думаешь, это благоразумно?

Зина погладила его по волосам и повторила:

– Я все организую.

* * *

Ответ от госбезопасности пришел быстрее, чем Дмитрий мог рассчитывать. Утром следующего дня, когда он направлялся на службу, рядом остановился черный автомобиль.

– Товарищ Белкин?

Глухой голос принадлежал человеку, лица которого Дмитрий не мог толком разглядеть из-за бликов на стекле задней двери. Скорее всего, это получилось случайно, но впечатление все равно производило. Белкин замер на месте. Он понимал, что жизнь его может очень круто измениться в следующие минуты, однако он сам искал встречи с чекистами, а отменить прыжок на середине еще никому не удавалось. Он выдохнул и ответил:

– Да, это я.

– Садитесь. Мы вас подбросим.

Задняя дверь приоткрылась, а человек за стеклом подвинулся на соседнее место. Белкин вдруг бросил неожиданно для самого себя:

– На Петровку?

– На Петровку, на Петровку. Садитесь.

И Дмитрий сел. В автомобиле были двое в форме. Тот, кто сидел рядом с Белкиным, имел петлицы капитана госбезопасности. Петлицы водителя Дмитрий рассмотреть не смог.

– Капитан государственной безопасности Маркевич.

– Младший лейтенант милиции Белкин.

– Поехали.

Шофер