Кровавая гора - Алиса Валдес-Родригес

ступора бизоны, учуяв неминуемую опасность, рысью, как один огромный мохнатый организм, устремились в лес. Пикап же начал разворачиваться прямо на дороге: он по-прежнему скользил вперед, но теперь уже под солидным углом.

– Мне начинает казаться, что затея не была удачной, – заметила Мила, успевшая вцепиться в ручку «Черт побери!» над стеклом пассажирской дверцы.

– Все будет хорошо, – заверила ее Джоди. Именно такие слова говорит мать испуганному ребенку, даже если сама в это не верит. А она и не верила. Точнее, вовсе не была убеждена, что все будет именно «хорошо», поскольку хижины траппера, которая, согласно GPS-навигатору пикапа и выданным Камило координатам, должна была находиться прямо тут, поблизости не обнаруживалось. Впрочем, порой GPS работал так, словно едва приплелся домой после ночной попойки, – особенно в отдаленных районах, к каким относилось и это ранчо. Вообще говоря, устройство не должно ошибаться. Оно должно гарантировать стопроцентную точность в любой точке планеты. Впрочем, сейчас эта точность здорово зависела от того, с какой погрешностью была нанесена на карту точка, означающая маленькую хижину, затерянную на просторах огромного ранчо.

Хорошая новость состояла в том, что дорога (если позволительно ее так называть), пребывающая в ужасном состоянии, все же существовала. Они ехали по ней – какой-никакой, но по дороге. Сейчас она выглядела не более чем впадиной в постоянно растущей пуховой перине, в которую заворачивался весь окружающий мир по мере накопления все новых слоев мокрого, тяжелого снега. Исходя из ухабов, которые раскачивали пикап, подобно паруснику, застигнутому ураганом в открытом море, Джоди сочла, что эта так называемая дорога даже в хорошую погоду оставляла желать лучшего. А сейчас и погода стояла не из приятных. Вернее, она просто удивляла Джоди тем, насколько плохой стала. Снега навалило уже никак не меньше десяти дюймов, и ни конца ни края этой снежной буре пока не предвиделось. Затянутые в цепи шины пикапа изо всех сил старались удержаться в колее предполагаемой дороги, но природа была сильнее.

Наконец пикап остановился, уткнувшись передним бампером в обочину, которая больше всего походила на стену летящего снега.

– Похоже, нам не отыскать эту хижину. Может, лучше вернуться? Пока не поздно, – предложила Мила.

– Вероятно, ты права, – согласилась Джоди. – Только одного нам еще не хватало: застрять в снегу…

Она дала задний ход и нажала на газ, но пикап не тронулся с места. Вместо этого он издал тот резкий, похожий на шум воздуходувки звук, который так любят издавать большегрузы в моменты, когда их шины без пользы прокручиваются на льду.

– Поздно, – выдохнула Мила.

– Неправда, – строго сказала дочери Джоди, хотя ее пульс участился от страха. Она переключила пикап на первую передачу, затем на задний ход, повторяла снова и снова, медленно раскачивая его, чтобы создать необходимый импульс для выезда из снежной каши. В конце концов машина тронулась с места.

– Вот видишь? – произнесла Джоди с излишней, возможно, радостью в голосе. – Всегда верь своей матери.

– То же самое ты говорила про Санта-Клауса, – отрешенно пробормотала Мила. – А потом?

Усмехнувшись, Джоди развернула пикап, чтобы направить его назад, в рыбацкий домик.

– Весомый довод, – признала она. – Даже не сомневаюсь: настанет тот день, когда и я разочарую тебя, подобно Санте.

– Думаешь, этот день еще не настал? – спросила Мила.

– Не в бровь, а в глаз! – усмехнулась Джоди.

– К тому же меня Санта не разочаровывал, – продолжала Мила. – В конце концов, его и вовсе не было. Все мои разочарования – только из-за тебя.

– И папы, справедливости ради, – добавила Джоди.

– Из-за него тоже. Почему родители думают, что это мило – бессовестно врать маленьким детям?

– Мы не считаем это ложью, – подумав, ответила Джоди. – Мы предпочитаем называть это созданием волшебных миров.

Джоди направила шины пикапа в прежнюю колею, по которой они прикатили сюда, и потихоньку двинулась обратно. Пикап буксовал пару раз, а потом – еще пару раз, но Джоди вновь заставляла его шевелиться, применяя испытанный метод лошадки-качалки. Правда, она не знала, как долго тот будет еще срабатывать, учитывая объемы снежного ада, извергавшегося на них с небес.

– По крайней мере, мы не настолько далеко забрались, чтобы не суметь вернуться пешком, – сказала Мила. – Если придется. А я думаю, что может…

– Верно. Хотя я предпочла бы обойтись без этого. До чего же бесит, что навигатор уверяет, что мы прибыли точно на место!

– А может, эту их хижину замело снегом по самую крышу?

– Знаешь что? Мне будет неловко, если я хотя бы не выйду осмотреться.

– Да ладно! – ахнула Мила. – Дудки. Забудь, что я что-то говорила.

– Я не стану вырубать мотор. Ты побудешь в машине, а я выскочу ненадолго, огляжусь по сторонам.

– Там огромное стадо бизонов. Что, если тебя затопчут?

– Не затопчут, – пообещала Джоди. – Они все сейчас спят.

– Не спят они!

– Считай, что спят.

– А что, если на бизонов охотятся волки и медведи? Они не решат, что ты – легкая добыча и отлично подойдешь в виде закуски?

– Не решат.

– Пожалуйста, ты только не заблудись, – взмолилась Мила.

– Твоя мама никогда не теряется.

– Никогда не говори никогда.

– Я тоже тебя люблю, – усмехнулась Джоди.

– Мама, не делай этого! – попросила Мила.

Борясь с сильным порывом ледяного ветра, Джоди отворила дверцу и нырнула в объятия метели, рассевая по сторонам яркий свет фонарика и мысленно сверяя свое местоположение с предполагаемым расположением хижины траппера. Снег походил на песок, летящий ей прямо в лицо из кошмарного сифона, и Джоди тут же пожалела, что не догадалась надеть вязаную балаклаву. Ноги с громким хрустом чуть не по колено проваливались в снег – навалило больше, чем она предполагала. Джоди побродила вокруг, последними словами поливая Брейди за это треклятое задание, но не обнаружила ничего – только еще больше снега, еще больше деревьев и еще больше ветра.

– Да пошло оно! – сказала себе Джоди, не выдержав и минуты таких поисков. Она не собиралась подыхать здесь, гоняясь за каким-то малым дитятей в мужском теле – сумасбродом-миллиардером, которому даже невдомек, как справиться с собственными эмоциями или наладить нормальные, человеческие отношения с насквозь испорченными родичами. Она развернулась, чтобы нащупать взглядом оставленный пикап, и в тот же самый миг в поле ее зрения попала пропавшая хижина. Она темнела точно позади, по другую сторону от заснеженного пикапа – с его пассажирской стороны, где осталась сидеть Мила. Каким-то образом Джоди удалось перепутать стороны света. Она порадовалась открытию и здорово разозлилась на себя за некомпетентность. Вероятно, Брейди все-таки прав. Скорее всего, женщине ее возраста (и тем более бывшему профессору поэзии) не стоило и мечтать о позиции