Обещание на крови - Лиз Мистри

Эти слова звенели у Джеззи и Куини в ушах, когда они оставили Джинни Белл с констеблем и понесли ее телефон техническим специалистам.

– Что думаешь о ней, ДжейЗи?

Джеззи была в смятении. Женщина была тяжело травмирована, и фото явно произвели на нее сильное впечатление, и все же…

– Странно, что после того, как она увидела первое фото с Бобом Кларком без головы, она открыла следующие. Ты так не думаешь?

– Думаю, дело в деньгах. Да, она травмирована. Черт, каким психом надо быть, чтобы этого не случилось, и все же она следит за событиями. Это ее журналистский инстинкт. Не удивлюсь, если она уже переслала фото себе на другой адрес.

– Я тоже так думаю. Для нее это сенсация, в конце-то концов, и за нее она получит большие деньги. Мы попросим наших ребят проверить, так ли это, а сами покопаемся в ее прошлом. Я хочу точно знать, о чем она писала, где жила, какие у нее друзья, любовники, бывшие работодатели и даже цвет ее дамских панталон. Всю информацию.

Глава 21

Оказалось, что старший инспектор Дик – грозный интервьюер, и как же было обидно использовать такую тактику на двадцатиоднолетнем пацане, который уже обзавелся адвокатом и который, судя по тому, как он дергал ногой под столом и бросал исполненные ужаса взгляды в сторону своего юриста, готов был вообще замолчать. Дик, едва ли знающий значение слова «уместность», выдал просто акробатический допрос – то он молча таращился на парня, то вдруг чуть ли не начинал ему угрожать, то переключался с вопроса на вопрос, молниеносно меняя тему, не позволяя Банику вставить ни слова в ответ. Пустая трата времени.

Даже Джеззи, которая смотрела допрос в записи, потеряла нить разговора и не смогла понять, что именно хотел вызнать Дик, испытав то же облегчение, что и Баник, когда адвокат наконец нашла у себя яйца и прервала допрос, указав, что ее подзащитный находится здесь по доброй воле и может уйти в любой момент. Слишком поздно, ты, некомпетентная тупица. Любой нормальный адвокат, который не даром ест свой хлеб с маслом, закончил бы этот цирк сорока пятью минутами раньше, особенно после того, как его клиент предоставил алиби на время смерти жертв. Конечно, Джеззи понимала – это был не первый раз, когда родители предоставляли ложное алиби для своих детей, но пока они ничего не могли бы ему противопоставить.

Сидя в наушниках, Джеззи вернулась к началу допроса, к той части, где Денни Баник рассказывал о своих отношениях с Имоджен Кларк.

– Опишите ваши отношения с Имоджен Кларк.

Нога Баника наконец замерла на месте, и нечто зажглось в его глазах.

– Мы просто тусовались, понимаете, о чем я? Она на меня запала, и мы были… – Он пожал плечами. – Знаете… Тусовались, веселились.

Джеззи перемотала назад и снова проиграла запись, присмотревшись к лицу Баника. О чем ты в этот момент подумал, Денни? Он широко открыл глаза и часто моргал. Не в первый раз за день Джеззи прокляла босса. Если бы она руководила делом, она позволила бы сотрудникам полиции взять у него неформальные показания и использовала бы время до второго допроса, чтобы проверить показания других свидетелей про отношения Баника и Имоджен. Тогда они смогли бы большего добиться от этого парня.

Джеззи уже видела таких, как Баник. Он воспользовался бы любым шансом и, согласно отчету, который загрузили на сервер в течение дня, был не из верных парней. То и дело по долгу службы Джеззи сталкивалась с такими субчиками, что играют на чувствах доверчивых девочек. Но может ли он быть убийцей? Есть ли в нем качества, что позволили бы ему убить родителей своей подружки? На эти вопросы у нее ответа не было, но она спрашивала себя, мог ли Баник подбросить открытку к ее дому по чьему-то заказу или по собственной инициативе. Она прогнала его имя по базам и не нашла ничего, что могло их связывать, так что она отмела эту идею. К тому же, когда она повнимательнее его рассмотрела, то поняла, что он едва ли мог совершить нечто подобное.

Ее сталкер был коварным. И имелась какая-то причина, по которой он столько времени медлил, и причина, по которой именно сейчас пошел на эскалацию. Джеззи наивностью не страдала и знала, что человек, виденный ею на записи, предпринял все меры, чтобы его не могли идентифицировать, что, конечно, с Денни Баником никак не вязалось.

Закусив губу, она размышляла, был ли Баник главной частью этого представления или лишь его второстепенным героем. В его моральных качествах можно сомневаться, но она подозревала, что убийца не он. Он не выглядел как человек, обладающий нужными качествами, а Джеззи считала, что ответственный за смерть Кларков крайне уверен в своих силах. И, более того, она была убеждена, что убийца достаточно интеллектуален, обладает стойкостью, чтобы вести игру вдолгую, и способен избежать разоблачения. Судя по тому, что она видела сейчас, только если Баник не талантливый актер, он не тот парень, что им нужен.

Джеззи снова прокляла Дика. Его выходки почти свели на нет шанс, что Баник заговорит в случае, если он видел нечто подозрительное у дома Имоджен или она рассказала ему о чем-то необычном. Жесткая тактика Дика, возможно, лишила их возможности достучаться и до девушки. Полное фиаско!

Джеззи буквально наткнулась на Баника, когда тот выходил из участка со своим адвокатом. Она спешила обратно в допросную к Джинни Белл после того, как сдала ее телефон технарям, и не смотрела, куда идет. Она налетела прямо на него, и ей понадобилась секунда, чтобы понять, кто вообще перед ней стоит.

Баник отошел на шаг и воззрился на нее так, словно она несла личную ответственность за его задержание, потом достал сигарету и заткнул ее себе за ухо.

– Я видел вас в соцсетях, я не ошибся? Это вы та телка, что лупанула того полицейского? Высокопоставленного мужика?

Джеззи нахмурилась и, обойдя Баника, зашла в пустой лифт и нажала на кнопку. Она ждала, когда двери наконец закроются; щеки у нее горели, а этот высокомерный мелкий говнюк таращился на нее и ухмылялся. Контраст между его настроением на допросе и поведением с ней был разительным. Был ли допрос частью его представления? Пересматривая запись, она пыталась не дать своему впечатлению и его оскорблению повлиять на восприятие. На допросе он казался встревоженным. Джеззи нахмурилась.