Обещание на крови - Лиз Мистри

поделиться с ней этой важной информацией? Она фыркнула, и Фентон внимательно посмотрел на нее. Конечно, так все и было. Она отвергала все попытки завязать с ней дружбу, как будто человек хотел этим лично ее оскорбить. И теперь, когда она об этом подумала, то поняла, что едва ли хоть раз общалась с половиной коллег, что собирались в переговорной. Если у нее имелась возможность с ними не разговаривать, она и не разговаривала. Джеззи активно избегала социальных контактов.

Сойдя с эскалатора, она увидела Куини, обложенную пакетами из «Макдоналдса», и напротив нее Джорди Макберни, который жадно поедал картофель. Значит, несмотря на все мои антисоциальные привычки, я все-таки оказалась в столь разношерстной компании?

– Мы взяли вам обоим рыбу с картошкой, – заявила Куини, подталкивая пакеты к усевшимся за стол Джеззи и Фентону. – Вы двое ешьте, а я введу вас в курс дела.

От запаха картошки у Джеззи заурчал живот; она поняла, что сегодня еще ничего не ела. Неудивительно, что она помирала с голоду. И пока Куини готовилась потчевать ее накопившейся за утро информацией, Джеззи плеснула на картошку уксуса, насыпала соли и выдавила два пакетика кетчупа.

– Умираю с голоду!

– Понятно. А я только что вернулась с допроса бедной девочки. – С жадностью глядя на картошку, Куини покачала головой. – Несчастный ребенок. Не знаю, сколько ей понадобится времени, чтобы со всем этим справиться – если это вообще возможно, – но ей придется нелегко. Знаешь, я ожидала, что она будет в истерике – вне себя от ужаса, – но все было наоборот. Сама собранность, отрешенность. Будто ничего не произошло. Вся бледная, на протяжении нашего разговора она дрожала не переставая, но отвечала на каждый вопрос. Прямо как робот. Глаза смотрят в одну точку; да она едва ли моргнула, а голос такой монотонный – вообще никаких эмоций. Словно ледышка. Что этот зверь сотворил с бедняжкой в ее день рождения! Как он мог так поступить?

Еда вдруг показалась Джеззи чересчур сухой и безвкусной. Она отодвинула ее в сторону. Как можно спокойно есть, когда бедная девочка снова и снова проживает худшее утро в своей жизни? И, что самое ужасное, у нее нет родителей, которые могут ей помочь.

– Тетя молодец, а брат Боба Кларка совсем расклеился. Вчера он официально опознал тела и теперь сильно переживает. – Куини ухватила картофелину Джеззи и сунула ее в рот, сморщилась, но проглотила. – Фу! Уксус? Ты серьезно? А теперь бери свою жрачку и ешь, Джеззи. Тебе нужно набраться сил. Голодовка не поможет Имоджен Кларк. Единственное, что поможет, – это если мы поймаем психа, который убил ее маму и папу.

Этих слов было достаточно, чтобы Джеззи снова принялась за картошку. Но тут Джорди открыл порцию фасоли, и желудок у нее свело, а мысли вернулись к оранжевому месиву, размазанному по столу Кларков. Сладковатый запах заполз в ноздри, и она, стараясь дышать ртом, во второй раз отодвинула от себя еду. Куини права. За утро у нее уже пару раз кружилась голова, и ей нужно было затолкать в желудок нечто весомое, чтобы абсорбировать литр кофе. Но эта фасоль…

– Она сказала тебе что-нибудь новое?

Куини пожала плечами.

– Она словно на автопилоте повторила, как обнаружила родителей. Будто это произошло не с ней, а в кино. – Куини замолчала, прикусила губу, несколько раз моргнула, словно пыталась избавиться от тяжкого образа травмированной девочки. – Я даже не знаю, хорошо это или плохо, потому что до нее все равно дойдет, что все случилось на самом деле, и… – Она так громко хлопнула в ладоши, имитируя взрыв, что на них начали оглядываться люди. – Пуф! – громко озвучила она.

Все четверо умолкли, ожидая, пока вокруг них все успокоятся. Глядя на сжатую челюсть и пульсирующую на виске вену, Джеззи спрашивала себя, не говорит ли ее напарница о своем опыте? Так ли чувствовала себя Куини, когда убили ее дочь? Впала ли она в транс, не позволяя эмоциям – и потере – растерзать ей сердце?

И, не подумав, Джеззи потянулась через стол и стиснула руку Куини. Та уставилась на ладонь Джеззи. Черт, кажется, я перегнула палку! Смущенная своей попыткой утешить коллегу и растерянная, она хотела было отдернуть руку, но напарница вскинула подбородок, встретилась с Джеззи взглядом и кивнула. Один-единственный кивок содержал в себе так много чувств, и без единого слова между двумя женщинами сформировалась невидимая связь. Джеззи ощутила, как эта связь трогает ее сердце и выжимает душу. Еще секунду она не могла сделать вдох, но потом напряжение спало, и она поняла, что не хмурится по обыкновению, а улыбается. Не лучистой улыбкой, конечно, но легкой, сулящей поддержку.

Куини вздохнула и снова кивнула. А потом продолжила:

– Она ждала наверху, когда придет мама и проводит ее вниз к праздничному столу – такова была традиция. – Голос Куини дрогнул, и она промокнула глаза рукавом. – Бедняжка, она говорит, что все ждала и ждала, а потом решила пойти в туалет, и тогда почувствовала тянущий снизу сквозняк. И поняла, что что-то не так. Они внимательно относились к открытым дверям, поскольку экономили электричество. Несчастная спустилась вниз и повернулась в сторону кухни. Дверь была открыта, и она сразу их увидела. Она ничего не трогала, выбежала к входной двери, схватила ключ, чтобы ее отпереть, и, не надев ботинок, бросилась к соседке. – Куини достала из лифчика платок и промокнула глаза. Фентон потянулся через стол и стиснул пальцы старшей коллеги.

– Ну же, Куини. Мы не можем потерять нашу Королеву Джаза.

Джорди застонал.

– О нет, только не ты, малыш Хаггис. Ни на секунду не соглашайся на прозвище «Королевы Джаза». Не надо!

Подшучивание парней оказало желаемый эффект, и Куини, громко высморкавшись и проверив содержимое платка, снова сунула его в ложбинку между грудей.

– Я в него еще посморкаюсь.

Джеззи содрогнулась и отставила недоеденный обед еще дальше.

– Какая мерзость.

Куини отмахнулась от слов Джеззи и вздохнула.

– Я спросила ее про отношения с Баником. Раньше она думала, что между ними нечто особенное, но теперь она сказала, что он просто кусок дерьма. Ничто так не вставляет мозги юным девочкам, как жестокое убийство родителей.

– Она считает, что он имеет к этому отношение? – спросил Фентон.

– Нет, она уверена, что нет. Сказала не тратить на него время зря.

Джорди вздохнул.

– У нее есть кто-нибудь на примете? Может, она видела кого-нибудь подозрительного или что-то необычное?

– Она говорит, что нет. Ни врагов, ни ссор с соседями, ничего! Если честно, в этот момент она выглядела так, словно сейчас вырубится. Я дала ей свой номер на случай, если она что-нибудь вспомнит.

– Значит, ничего, что продвинет