Обещание на крови - Лиз Мистри

прочистил горло и бросил на Джеззи полный осуждения взгляд. Ему не было нужды добавлять, что, заяви она о сталкере раньше, они сейчас не оказались бы в таком положении. Джеззи содрогнулась, но подняла подбородок и посмотрела боссу в глаза. Она никогда не уходила от конфронтации, и теперь, как бы Дик ее ни ненавидел, Джеззи была ему очень нужна.

Уголки его рта изогнулись в ухмылке, а усы стали похожи на волосатую гусеницу, извивающуюся над верхней губой. Джеззи лишь сжала губы. Дик прищурился и наконец отвернулся.

– Мы собрали записи с городских камер видеонаблюдения и системы распознавания номерных знаков от дома констебля Соланки до Белскуорри и Фолдхауса. Запись с ее домашней камеры наблюдения вкупе с показаниями Бенджи Хендри позволили нам определить временной отрезок, с которым можно работать. Мы не знаем, сколько времени убийца провел у Кларков; однако мы знаем, что Бенджи Хендри видел его в половине шестого утра, а значит, у него было два, а то и три часа, чтобы совершить задуманное. Перед тем, как Имоджен нашла их между 6:45 и 7 утра.

Шум в дверях заставил всех повернуть головы и заерзать на стульях.

– Простите, что перебиваю, старший детектив-инспектор Дик. – Дежурный сержант с нижнего этажа, не обращая внимания на любопытные взгляды, устремился прямо к Дику. – У нас внизу репортер – Джинни Белл, – и она в истерике. Кажется, кто-то прислал ей жуткие фото с сегодняшнего места преступления. Она просит встречи с детективом-констеблем Соланки, но я подумал, что, возможно, ей лучше поговорить с вами. Я попросил констебля отвести ее в одну из комнат отдыха.

По аудитории прокатилась волна напряжения. Взгляды устремились сначала на сержанта, а потом на Джеззи, словно она была в ответе за происходящее. И если это не утечка – что казалось маловероятным, – значит, убийца сам связался с Джинни Белл. Это был очередной знак эскалации с его стороны. Если он еще не был маньяком, то определенно собирался им стать и уже играл с полицией. Прекрасно осознавая, что все на нее смотрят, Джеззи вперилась взглядом в белый экран и попыталась совладать с мыслями. Конечно, многие – эксперты, криминалисты, полицейские, сотрудники технической лаборатории, штатские – имели доступ к фотографиям с места преступления, и, естественно, у убийцы была масса времени, чтобы сфотографировать свои деяния. При мысли о том, как он делает фотографии жертв так, словно в этом нет ничего особенного, ей захотелось кричать. В груди разгорелась ярость, грозящая вот-вот вырваться наружу. Из забытья ее вывел надменный голос Дика; он пялился прямо на нее: плечи напряжены, из глаз сыплются искры. Она не сомневалась, что он винит в нынешней неразберихе именно ее, но, более того, он хотел, чтобы каждый человек, сидящий в этой комнате, тоже в ней усомнился. Это был дешевый трюк. Хотя Джеззи мало с кем общалась, у нее были союзники – помимо Куини, Джорди и Фентона – в этой комнате.

– Если кто-то из вас ответственен за утечку конфиденциальных фото с места преступления, я найду вас, распну и четвертую. И пока мы не выясним, кто это сделал, или не докажем, что это сделал убийца, я буду подозревать всех, кто имел к ним доступ. Я не потерплю предательства в наших рядах. Ясно?

Все забубнили «да, сэр» и с подозрением посмотрели на Джеззи. Дик просто ублюдок. Он улыбнулся ей и продолжил:

– Констебли Соланки и Маккуин берут показания у репортера. А меня во второй комнате для допроса ждет Денни Баник.

Джеззи сглотнула и наморщила лоб. Он что, оставил мальчика в допросной на время совещания? О чем Дик только думал? Конечно, им надо было с ним поговорить, но это было уж слишком даже для Дика – притащить подозреваемого в участок на первый же допрос, не имея никаких улик против него, а потом заставить его ждать до второго пришествия. Он мог бы взять показания у Баника дома. Проверить его алиби. Больше узнать про его отношения с Имоджен и ее родителями, и если против парня появились бы новые улики, например из его соцсетей или переписок с девушкой, тащить его в участок. Какого черта Дику понадобилось так на него давить? Он что, собирался и Имоджен Кларк сдернуть с больничной койки, где ее до сих пор выхаживали после пережитого стресса?

Джеззи призадумалась и решила. Она подняла руку и, не дожидаясь, когда Дик разрешит ей заговорить, произнесла:

– Возможно, было бы лучше, если бы вы поговорили с Джинни Белл, сэр. – Джеззи заставила себя вложить в последнее слово куда больше почтения, чем она испытывала. – Информация, которой она располагает, может касаться серьезного нарушения протокола. Возможно, кто-то с вашим статусом сможет больше из нее вытянуть, а мы с Маккуин опросим мальчишку Баника?

На секунду повисла тишина, и Джеззи понадеялась, что Дик обеими руками ухватится за эту возможность. Но ей не повезло. Хотя он себя сдерживал, никто из сидящих в комнате не сомневался, что Дик в ярости. Его выдавали покрасневшее лицо и сжатые кулаки. Джеззи сохраняла безмятежное выражение лица, но у нее тряслись ноги. Когда Дик заговорил, его слова обрушивались на слушателей, как град размером со страусиное яйцо:

– Я озвучил свои распоряжения, детектив. Вам что-то не ясно?

Джеззи сжала кулаки, но заставила себя кивнуть.

– Конечно, сэр. Никаких проблем. Мы с Куини опросим журналистку.

Дик прищурился и несколько мучительных секунд смотрел ей в глаза, а потом отпустил собравшихся:

– Если у вас нет вопросов, то я предлагаю приступить к работе. Пошевеливайтесь.

Засобиравшиеся коллеги бросали сочувственные взгляды в сторону Джеззи, но взглядов осуждающих было ничуть не меньше.

Не обращая внимания ни на те ни на другие, Джеззи встала и пошла к выходу, но прежде чем они с Куини успели сбежать, к ним приблизилась штатский аналитик Джанин. Она протянула Джеззи худую руку. За большими очками сиял обращенный на Джеззи добродушный взгляд.

– Детектив-констебль Соланки, мы не представлены, но именно я буду искать дела, потенциально связанные с вашим делом, и могу вас заверить, что я отличный специалист по «Холмс 2». В первую очередь я бы хотела использовать открытки, которые вам присылали, для сужения географии поисков. Меня зовут Джанин Горман.

Джеззи раздумывала, не отшить ли ее, но нечто в том, как спокойно женщина говорила, как моргала за толстыми стеклами очков, как закусывала губу, заставило ее не горячиться. Не в силах выдавить из себя улыбку в ответ, Джеззи пожала ей руку.

– Уверена, вы сделаете все возможное, Джанин.

Ее голос прозвучал грубо, но, кажется, ее собеседница ничего не заметила. Она сделала шаг вперед и засмеялась.

– Старший детектив-инспектор Дик был сегодня