Даун Крик. Близнецы - Эжен Марсэль

она счастлива с ним, то смирилась и как могла радовалась за них. Они были гармоничной парой: Дон сильный, мужественный и порядочный молодой человек. А́ва кроткая и милая девушка, всем, кто её хорошо знал, хотелось сразу её защитить, и Дон не стал исключением. В день ограбления Дональд пригласил А́ву на романтический ужин. Не сомневаюсь, что он собирался сделать ей предложение».

На похороны А́ва не поехала, объяснив это тем, что не желает смотреть на мёртвое тело жениха и хочет помнить его таким, каким видела в последний раз – красивого влюблённого в неё парня, сделавшего ей предложение руки и сердца. На самом деле, ей бы и не пришлось лицезреть тело Дона – его похоронили в закрытом гробу, ссылаясь на глубокие раны, полученные от убийцы. Семейство Три́кстеров, как я и думал, не допустило, чтобы широкая общественность узнала, при каких именно обстоятельствах погиб их наследник, и что его тело превратили практически в фарш. Не сомневаюсь, что это они настояли на глупой версии с ограблением, ведь, по сути, я взял только деньги, кольцо и пару тряпок.

Единственное скупое заявление, которого дождались акулы пера от Три́кстеров, гласило:

«Мы сожалеем, что сын не познакомил нас со своей избранницей и до последнего скрывал намерение жениться. Возможно, если бы помолвка происходила в нашем доме, то подобного ужаса не произошло, и у нас появилась бы дочь».

Оставалось лишь невольно восхищаться их выдержке и способности беззастенчиво врать. Думаю, они знали о той, другой девушке, но предпочли не впутывать дочь помощника мэра в скандал и сделали вид, что не осведомлены об амурных делах сына.

Три́кстеры невольно сыграли мне на руку подобной реакцией. Вероятно, поэтому полицейские проявили невиданную тактичность и вызвали А́ву на допрос, лишь когда она вернулась в Сиэтл. Да и то, ограничились тем, что сняли отпечатки пальцев и взяли кровь на анализ.

Однако родителей полиция пригласила на предварительную беседу практически сразу, как началось расследование. В полицейском участке отец с матерью подтвердили, что их дочь в течение года встречалась с Дональдом Три́кстером. Совсем недавно, на Новый год, они приезжали в Даун Крик и выглядели влюблёнными друг в друга и очень счастливыми. В ту роковую ночь дочь действительно неожиданно приехала поделиться с ними радостью. На этом месте маман, как заправская актриса, всплеснула руками и произнесла:

«Какое счастье, что А́вочка не смогла дотерпеть до утра после того, как Дональд сделал ей предложение, и приехала в отчий дом! Страшно подумать, что и её могли тоже убить во время ограбления! Я бы не пережила, если б с моей единственной дочерью что-нибудь случилось!»

После она так натурально разрыдалась, что дальше допрашивали только отца. Он завершил показания рассказом о том, что утром А́ва отправилась на прогулку на мотоцикле, но не справилась с управлением и попала в небольшую аварию. Ничего страшного, в основном ушибы и ссадины. Если бы копы осмотрели байк, то нашли бы доказательства правдивости слов родителей, но пока имя А́вы не стояло в списке подозреваемых, экспертизу проводить не стали. Получилось, что зря же я волочил мотоцикл по берегу, а сестра впоследствии прекрасно сымитировала падение. С другой стороны, всегда лучше перестраховаться.

Уверен, родители догадались, кто отомстил за их дитя, но с их губ не сорвалось ни единого слова обо мне. Думаю, они решили: пока никто в лоб не спрашивает их о сыне, делать вид, что его не существует. Впрочем, им не привыкать.

Старый лейтенант из полиции Сиэтла, допрашивавший А́ву, сразу проникся к ней симпатией. Вопросами сильно не докучал и, в целом, выполнил свою работу до смешного формально. Правда, был один неприятный момент, связанный с тем, что эксперты всё-таки нашли множество отпечатков пальцев А́вы и её кровь на ковре в квартире потерпевшего. Но в итоге всё разрешилось благополучно: полицейские пришли к выводу, что такая хрупкая девушка никак не сумела бы убить парня, весившего в почти полтора раза больше, чем она. И уж, конечно, этот кроткий ангел не смог бы расчленить тело жениха, который только что стал её первым мужчиной.

План сработал практически идеально, и можно было переходить к следующему этапу: наблюдению за дружками Дональда Три́кстера, причастными к изнасилованию. Я собирался подробнейшим образом изучить их маршруты, знакомства и любимые места, дабы, когда уляжется шум от убийства их главаря, приступить к завершающей фазе. Я не хотел придавать жертвоприношению широкую огласку и не желал себе славы серийного убийцы. Всё, к чему я стремился – это выполнить условия сделки со Зверем и одновременно наказать обидчиков А́вы. После оказания сестре подобной «услуги» она не сможет мне отказать в маленькой просьбе, и мы станем свободными.

Однако вскоре я понял, о чём говорил дух. Случилось событие, вынудившее меня приблизить час возмездия. Остался неотвеченным только один вопрос: «Как Зверь об этом узнал?»

Джек

Я нёс обжигающий пальцы стаканчик с кофе, изо всех сил стараясь не пролить. Ещё немного и драгоценный эликсир бодрости окажется на полу или ещё хуже – на мне. Курить хотелось нещадно. При мысли о сигарете левое плечо с наклеенным никотиновым пластырем стало зудеть. От невыносимого желания там почесать вероятность разлива кофе возросла. Наконец я донёс свой бесценный трофей и издал победный клич. Марта, сидящая за соседним столом, подняла глаза от отчёта и посмотрела на меня с таким сожалением, с каким может только счастливая мать семейства:

– Жениться тебе надо, Джек. Вон уже седина начала пробиваться, тридцать шестой год пошёл, а ты всё в холостяках бегаешь.

– Что ж поделаешь, Марта, если ты уже замужем? Буду ждать, как верный пёс, твоего развода.

– Паяц, – улыбнулась Марта, и её щеки окрасились лёгким румянцем.

Подобный разговор неизменно возникал у нас где-то раз в месяц, и я неизменно отшучивался. Не мог же я рассказать ей правду.

«Мне шёл двенадцатый год. День Благодарения. Мама испекла тыквенный пирог и зажарила индейку. Я зашёл в кабинет отца, чтобы позвать его ужинать. Папа, как это часто бывало, заснул за столом прямо на разложенных бумагах. Пахло виски и дешёвыми сигаретами. Я застыл в дверях, не зная, как мне поступить: оставить всё как есть, и провести нормальный вечер без ругани родителей, или разбудить. После долгих колебаний, я решил посмотреть, что за документы на столе. Если это «дело Чистильщика», то лучше предоставить отцу проспаться до утра. Иначе он встанет дьявольски злым, и праздник будет безнадёжно испорчен. Если просто по работе, то велика вероятность,