Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

Мэн Жуху резко вывернул руль, свернул с шоссе и покатил по тропинке в самое сердце степи.

«Ивеко» сильно трясло, все пассажиры подпрыгивали на сиденьях, как на пружинах.

Ли Цзялян указывал вперед, твердя: «Сюда, сюда», – но Мэн Жуху ехал уже долго, а конца не было видно, и он зло рявкнул:

– Что за хреновая дорога, все кружим и кружим…

Не водитель успел договорить, как Ли Цзялян вскрикнул:

– Вот оно!

Микроавтобус остановился.

Черное двухэтажное здание мрачно торчало в ночи.

Похоже на…

Сымяо долго искала подходящее сравнение и не находила верного образа.

– Сначала зайдем в гостиницу, осмотримся, – сказал Мэн Жуху, заглушил двигатель и вместе с Ли Цзяляном вошел в здание.

Ветер немного стих. В салоне воцарилась странная тишина, и Цзяо Янь еще теснее прижалась к Мэн Цзяньи.

Здание вздрогнуло, и в вестибюле вспыхнул свет. Мэн Жуху выскочил наружу, уселся за руль и выругался, выдергивая ключи:

– Черт знает что, внутри ни души. Лао Ли нашел столовую – еда есть, правда, никакого разнообразия, придется сегодня обойтись лапшой быстрого приготовления… Ладно, пошлите, номера зато чистые.

Все пассажиры выбрались из машины и направились к зданию.

Лю Сымяо шла последней, на ходу разминая затекшие руки и ноги, в какой-то момент она невольно оглянулась на степь. Ветер чуть разогнал ночную тьму, и неподалеку сверкнуло овальное пятно, сияющее фосфорическим огнем…

Что это?

– Озеро слез, – вдруг раздался у самого уха старческий голос.

Сымяо вздрогнула.

Ли Цзялян.

Старик, который всю дорогу казался мягким, услужливым, даже робким, теперь смотрел на озеро, и в его глазах вспыхнул холодный, решительный, спокойный и в то же время немного обреченный свет.

Затем он шагнул внутрь.

Странные люди, странное здание, странное озеро, странная поездка…

Лю Сымяо машинально отступила на два шага, снова взглянула на мрачное двухэтажное здание и, наконец, нашла то самое сравнение, которое все время от нее ускользало. Да, оно подходило и к форме, и к цвету, и к самой атмосфере, исходящей от этой гостиницы…

Здание похоже на гроб.

В этом она не сомневалась.

Глава 4

Председатель «Лиги славных имен»

Когда хочешь докопаться до истины, разгадать какую-то тайну, нельзя упускать ничего из того, что видишь или слышишь вокруг. В каждой мелочи надо искать свой смысл[39].

Гастон Леру, «Тайна Желтой комнаты»

1

– Оружие.

Молодой сотрудник вооруженной полиции протянул руку, лицо его оставалось бесстрастным.

Чу Тяньин с досадой снял с пояса пистолет «Тип 92»[40] и передал ему. Сотрудник немедленно сунул оружие в узкую ячейку позади себя, раздался щелчок замка, и наружу выскользнул медный жетон с магнитным кодом. Сотрудник взял жетон и протянул его Чу Тяньину.

Лишь после этого Чу Тяньин прошел через рамку металлодетектора. Го Сяофэнь, Нин и Линь Фэнчун, руководитель второго подразделения отдела уголовного розыска городского управления общественной безопасности, уже ждали его в коридоре.

– Охрана что надо! – не удержался Чу Тяньин.

Они находились в Центре судебно-психиатрической экспертизы при городском управлении, расположенном в западном предместье. С виду это всего лишь обнесенный колючей проволокой забор и три серых корпуса, похожих на сельские гостиницы, но весь секрет скрывался во дворе: там стояло белое с синеватым отливом трехэтажное строение, специально предназначенное для содержания подозреваемых с психическими расстройствами. Третий этаж охранялся особенно тщательно, и туда не дозволялось проносить оружие – как говорил Линь Фэнчун: «Все по стандартам безопасности в аэропортах», – потому что именно там держали фигурантов по самым тяжким уголовным делам.

– Как-то мрачновато, – нахмурилась Го Сяофэнь. Вдалеке, в конце коридора, виднелось окно, заделанное железной решеткой.

Приближающийся стук каблуков дробил тишину.

Шаги были ровные, точные, как удары метронома. Перед ними остановилась женщина-врач в белом халате; она встала спиной к окну, поэтому лицо оставалось в полумраке, угадывались лишь высокие скулы.

Линь Фэнчун отдал честь и представил ее Чу Тяньину и остальным:

– Доктор Ша Ли, лечащий врач Сымяо…

Чу Тяньин только собрался протянуть руку, чтобы поздороваться, но женщина уже развернулась и направилась вперед.

Линь Фэнчун поспешил за ней, по пути он осторожно поинтересовался:

– Как она сейчас? Все так же ничего не помнит?

Ша Ли, не останавливаясь, ответила:

– Утром мы сделали ПЭТ-сканирование[41]: активность лобной и височной долей заметно снижена, но наличие травмы еще предстоит уточнить…

– Лобная? Височная? – Чу Тяньин слушал в полном недоумении.

Ша Ли нетерпеливо пояснила:

– Каждое полушарие мозга разделяется на четыре основных доли – лобную, височную, теменную и затылочную. Эти зоны коры головного мозга работают в тесной связке с рядом подкорковых структур и позволяют нам сохранять воспоминания о событиях, особенно лобные и височные доли, они наиболее тесно связаны с памятью; снижение их активности может быть следствием травмы и приводить к амнезии…

– А если поврежден гиппокамп?

Голос прозвучал негромко, незримый крохотный коготок царапнул воздух, и атмосфера в коридоре мгновенно переменилась.

Это заговорила Нин.

Когда все взгляды обратились к ней, она смущенно улыбнулась, слегка прикусив губу, и от этого стала выглядеть еще милее.

Ша Ли остановилась и обернулась к девушке, в холодных глазах промелькнула настороженность.

– Изучала когнитивную нейробиологию?

– Ну… немного читала, – Нин кивнула. – Насколько я помню, воспоминания о недавних событиях зависят главным образом от гиппокампа. Когда человек испытывает сильный страх или напряжение, сердечный ритм может нарушиться, что, в свою очередь, способно спровоцировать кратковременную гипоксию мозга, поражение корешковой артерии и локальную ишемию. В гиппокампе есть особый участок, называемый СА1, он особенно уязвим к ишемии. Это одна из самых частых причин амнестического синдрома.

– Учебник вызубрен неплохо, – холодно усмехнулась Ша Ли. – А ты не подумала о герпетическом энцефалите? А о синдроме Корсакова? А о диссоциативной амнезии?[42]

Поток вопросов заставил Нин вспыхнуть румянцем.

– Не стоит спешить с выводами до встречи с пациентом, – назидательно произнесла Ша Ли.

С этими словами она остановилась у серебристо-серой железной двери, рядом с которой дежурило двое вооруженных полицейских. Ша Ли откинула маленькое окошко в верхней части двери, заглянула внутрь сквозь оргстекло, затем достала карточку и провела по считывателю сбоку от ручки; Линь Фэнчун поспешил достать свою карточку и тоже провел по считывателю – раздался щелчок, и замок открылся. Они вошли в помещение, больше напоминавшее камеру.

Дверь за ними автоматически закрылась.

Серый бетонный пол, белые стены, высокий потолок. Низкая железная койка придвинута к стене, ножки ее наглухо приварены к полу, рядом облезлая тумбочка, на которой стояла эмалированная кружка.

Дуновение ветра шевельнуло уголок белой занавески.

Лю Сымяо в полосатой больничной пижаме сидела на койке, обняв