Король Гарлема - Саша Южный

Рядом замаячил силуэт Эдгара.

– А ты спец, однако!

– Да уж, насобачился, – произнес я и передернул затвор.

Пистолет был пуст. Я бросил его на труп.

– Что будем делать? В зале сидит еще один, а может, и больше.

Эдгар присел на парапет.

– Дай подумать. Может, ты в бар пойдешь? – предложил он чуть позже. – Тебя-то они не ищут, а этот, который тебя видел – вот он отдыхает, – Эдгар кивнул на труп.

– Но он мог сказать про меня своим сообщникам, – возразил я.

Наш спор кончился тем, что через пять минут я спустился по лестнице вниз и вошел в бар. Ко мне тут же подлетел Фред.

– Ты куда пропал? Тут у нас такое!.. Мужиков не хватает.

– Что, и такое бывает?

– Всякое бывает! – ответил Фред.

– Что ж, придется самим отдаваться, – мои глаза шарили по залу.

Где-то здесь был второй убийца. Первый, чей труп остывал сейчас на крыше, мог описать ему мои приметы.

Фред продолжал стоять рядом.

– Ну и что ты стоишь? – спросил я у него. – Снимай сюртучок, бери монгола с кухни и к дамам.

– Если монгол свою рожу из посудомойки высунет, то все бабы немедленно разбегутся, а я несколько староват, – заметил Фред.

Я сделал озабоченный вид и, подойдя к стойке, взял у Хосе запечатанную бутылку виски и аптечку, а затем направился к двери, ведущей на второй этаж. По нашим с Эдгаром расчетам, оставшийся убийца обязательно должен был увязаться следом за мной.

Взявшись за ручку двери, я воровато оглянулся и, посмотрев по сторонам, успел заметить, что Фред что-то объясняет сидящим за столиком дамам.

Когда я уже поднялся на второй этаж, внизу хлопнула дверь.

«Клюнули!» – понял я и не спеша пошел по коридору, надеясь на то, что в спину мне никто не выстрелит. Ведь этим черным типам нужен был не я, а Эдгар.

У самой двери, ведущей в кабинет Эдгара, меня догнал длинный худой негр. Я его вспомнил. Он сидел с двумя мулатками за столиком, рядом с выходом на террасу. Этот человек был одет так же респектабельно, как и первый, и явно не очень уютно чувствовал себя в дорогом костюме. Не привык, бедняга.

– Как найти мистера Иокубаускуса? – спросил он у меня на плохом английском.

– Он не может сейчас принять вас, – ответил я. – Ему плохо.

– Что с ним?

– Сердце!

– А это лекарство? – он насмешливо кивнул на бутылку виски в моих руках и, сделав шаг назад, достал пистолет.

Я изобразил на лице растерянность, а чернокожий взмахнул пистолетом и скомандовал:

– Пошли к мистеру Иокубаускасу.

Я пожал плечами и, распахнув дверь в гостиную, без остановки направился к спальне. Этот человек следовал за мной. Потом я услышал глухой удар и обернулся. Потенциальный убийца умудрился сделать еще один шаг в моем направлении, а потом его ноги подогнулись, и он опустился на пол. Я склонился над ним и, прижав два пальца к артерии на черной шее, попытался нащупать пульс. Его не было.

Я выпрямился и заявил, глядя на Эдгара:

– Похоже, ты перестарался. Надо было выяснить, кто его послал.

– Это я и так знаю, – заявил Эдгар, осторожно ставя на подоконник бронзовый бюст Руссо.

Я выжидающе смотрел на своего шефа, но он не торопился просвещать меня по этому поводу.

Вместо этого Эдгар спросил:

– Что будем делать с трупами?

Я посмотрел на покойничка. Изможденное лицо с впалыми щеками совсем не сочеталось с дорогим костюмом. Видимо, у бедняги была несладкая жизнь. Скорее всего, он надел такой костюм первый раз в жизни… и последний.

– Этого положим под пожарную лестницу. Бедолага упал с крыши, ударился затылком, вот и наступила смерть. Сунем ему в руки пистолет его напарника. А самого напарника оставим на крыше, только положим грудью на парапет. Они повздорили, понимаешь? Один столкнул другого с крыши, и тот, который падал, успел выстрелить и попал своему противнику в лоб. Ты только это выкини, – я кивнул на бюст Руссо.

– Быстро ты соображаешь! – оценил Эдгар.

Я усмехнулся.

– Опыт!

Едва я успел перетащить длинное тело из кабинета Эдгара к себе в комнату, как в дверь постучали.

Я выругался, погасил свет и распахнул ее.

На пороге стояла запыхавшаяся Роза.

– Скорей! – выпалила она и побежала по коридору к лестнице.

Я запер труп в комнате и бросился вслед за девчонкой. Было ясно, что в баре происходило нечто такое, что требовало моего срочного вмешательства.

То, что я увидел, когда вслед за Розой ворвался в зал, заставило меня забыть о трупах, оставленных наверху. Казалось бы, я видывал виды, но то, что предстало перед моими глазами сейчас, нагнало на меня легкую оторопь.

Два молодых голых негра задрали платьица на двух белых девушках, а потом на глазах всей публики стали насиловать их. Понятно, что все происходило по обоюдному согласию и заранее разработанному сценарию, но девчонки, упершись руками в столы, так натурально визжали и кривили свои хорошенькие личики, что я сразу подумал: «Эти черные балбесы – камикадзе». Потом девицы перестали визжать и перешли на нежные глубокие вздохи. Я не знал, что значила разыгрывающаяся передо мной сценка. Возможно, девчонки изображали белого дядю Сэма, а негры – восставшую черную нацию. Как бы там ни было, но публика вокруг меня, похоже, была заворожена этим зрелищем. В баре стояла тишина, натянутая, как струна, в которой, кажется, что-то зарождалось. Зрелище имело гипнотизирующее действие и явно заразный характер. Чего доброго, вот-вот начнется повальная оргия.

– Алекс! – очнулась первой Роза. – Не стой, Алекс!

Я сделал шаг вперед, но потом решил потянуть еще немного. Мне вдруг пришла в голову мысль, что все, сейчас происходящее, пойдет бару на пользу. Теперь заведение Эдгара прогремит на весь мегаполис, и его скандальная слава выйдет далеко за пределы Брайтона.

Я наблюдал за происходящим еще секунд тридцать, а затем, в два прыжка оказавшись рядом с одним из негров, выдернул его из девчонки.

– Слышишь, мой черный брат! – кричал я в ухо парню, буксируя его к выходу. – Все хорошо. Заходи как-нибудь, выпьем, а пока сматывайся отсюда к чертовой матери!

Вытолкав этого оригинала на улицу, я обернулся и увидел, что оставшаяся троица пытается изобразить шведскую семейку. Я выхватил из порочного круга второго парня и поволок его к двери, здраво рассудив, что его подружки, оставшись без партнера, ретируются сами.

Вернувшись в бар, я ощутил в нем такой накал, что сразу понял – это стадо, готовое вот-вот взбеситься, без присмотра оставлять нельзя. Сейчас может начаться такое!.. Я и сам,