Старые леди и убийство в приёмной доктора - Елена Шаркова

Я усилием воли остановила себя от участия в этой поистине интересной дискуссии и спросила:

– А как считал мистер Браун? Ну, насчёт поисков правды?

– Он считал, мэм, как вы. Сказал, человек имеет право знать о себе то, что от него скрывали. И ещё добавил: хотя всё это, мол, очень грустно. Не представляю, что он имел в виду. Да, мистер Браун действительно странно разговаривал в последнее время.

Нам с Ив уже не сиделось на месте, но надо было выяснить ещё кое-что.

– А как Эдвард объяснил вам свой отъезд в Сент-Энн-Уотерс?

– Никак не объяснил! – с досадой ответила миссис Коттер. – Я и не знала, куда он едет. Я ведь слыхом не слыхивала о вашей деревне, мэм, пока мой старик не прочитал в газете, что нашего молодого мистера Брауна там убили. Вот это было потрясение, скажу я вам! Я весь день плакала, уж больно мне было его жалко. И на похороны мы пошли, ну а как же, он мне не чужой человек был, верно? Кузине Клэр он был чужой, это точно, она ни слезинки не проронила, понимаете. Да она и не приезжала к Браунам никогда, я бы знала. И они туда, в Плимут, не ездили. И писем оттуда не было – ну, то есть миссис Браун писала своей сестре, пока та была жива. А когда и миссис Браун умерла, никто уже с Клэр не переписывался, понимаете. Клэр, кстати, просила меня хорошенько прибраться в доме перед продажей. Cилли Горди сообщила вам, что дом продадут? Мой старик говорит – так проходит мирская слава.

– Что же всё-таки Эдвард сказал вам перед отъездом?

– Да ничего особенного, мэм. Что едет в отпуск. И что надеется вернуться другим человеком. Я сначала подумала, уж не жениться ли он решил, но потом поняла – нет, просто он очень устал и надеялся вернуться отдохнувшим. Слишком тяжело ему было без родителей, понимаете. Смерть матери его подкосила, но после смерти отца бедный молодой мистер Браун совсем сдал. Такой мрачный ходил. Конечно, ему необходим был отпуск. Но почему он поехал в вашу деревню? И кто его убил? Загадка! Я вам вот что скажу – в наше время слишком много развелось душевнобольных, наверняка это один из них, верно?

– Миссис Коттер, вы нам так помогли, столько всего рассказали об Эдварде, – льстиво произнесла Ив, воспользовавшись тем, что наступила краткая пауза.

– Разве? Ну, возможно. Мой старик говорит…

– Не посоветуете ли теперь хороший отель где-нибудь поблизости?

– Отель? Вы, значит, хотите у нас тут пожить?

– Нет, только переночевать. Слишком утомительно за один день совершить обе поездки – и сюда, и обратно… понимаете, – машинально добавила Ив.

Вообще-то я удивилась этой инициативе Ив, но виду не подала и смотрела на миссис Коттер с таким же невинным ожиданием, как и сестра.

– Конечно, посоветую, мэм. На Бит-роуд – а это, между прочим, прямо соседняя улица – есть маленькая гостиница «Косуля под дождём». Скромная, но очень уютная. Убиралась у них когда-то, так что точно знаю, понимаете.

– А я бы хотела попросить у вас рецепт пирога, – пискнула я.

– Вкусный, правда, мэм? Все, кто первый раз его пробуют, просят рецепт, это уж обязательно. Сейчас напишу!

Мы получили рецепт (я искренне его хотела, не притворялась), сердечно распрощались с хозяйкой и побрели на Бит-роуд.

– Зачем мы туда идëм? – поинтересовалась я.

– Потому что нам нужен отдых! И не спорь, Вай, я вижу, ты устала. Я и сама устала. На работу к Эдварду пойдëм завтра с утра, а сегодня в гостинице в спокойной обстановке обсудим всё, что узнали. Тут есть что обсуждать, согласись!

Разумеется, я согласилась.

Гостиница оказалась милой, как миссис Робинс и обещала, – маленькая, старомодно обставленная, но прелестная. Нам повезло – был свободный номер с двумя кроватями. Мы с облегчением уселись там в кресла. Моя дорогая сестра была права: к этому времени усталость уже чувствовалась. Но только физическая, а мозг лихорадочно работал. Этому помогало вязание, которое мы, конечно, взяли с собой.

– Итак, мы обе понимаем, что произошло, зачем молодой Браун поехал в Сент-Энн-Уотерс, – сказала Ивлин.

– Мне кажется, тут никаких сомнений быть не может. Его приëмный отец, находясь в депрессии и чувствуя приближение смерти, рассказал Эдварду, что его усыновили. Вот почему Браун-старший размышлял о том, надо ли человеку знать правду.

– Причём не просто правду, а, как сказала миссис Коттер, которую от него скрывали! Мне почему-то кажется – Эдварда усыновили незаконно. И уже поэтому не могли ему признаться, что он неродной. Конечно, отец Эдварда думал именно об этом – говорить сыну или нет. И решил сказать, поскольку чувствовал, что умирает.

– По словам миссис Коттер, после смерти Брауна-старшего Эдвард был особенно мрачен, – рассуждала я. – Естественно, потеря отца в любом случае должна была на него повлиять. Ведь он лишился второго – и в тот момент единственного – близкого человека. Но я думаю, потрясение было гораздо глубже – Эдвард узнал, что не был родным сыном своим родителям.

– И он сказал миссис Коттер, что надеется вернуться из отпуска другим человеком! Она решила, речь шла об отдыхе, но, конечно же, он имел в виду совсем другое.

– Другим человеком – в том смысле, что узнает, кто он на самом деле. Эдвард надеялся встретиться со своими биологическими родителями. Или с одним из них.

– Брауны-старшие знали, что кто-то из настоящих родителей Эдварда живëт в Сент-Энн-Уотерс! И отец сказал ему об этом!

Мы смотрели друг на друга с торжеством победителей: нам удалось восстановить ход событий.

Но сейчас, Пру, я думаю вот о чëм. Если бы отец не рассказал Эдварду правду, он был бы жив! Страшная цена правды. Каковы последствия, спросила миссис Коттер. Неужели она права, неужели лучше ничего не знать?

Ив сейчас оторвалась от письма и утверждает: всё равно лучше знать. Мол, у младшего Брауна был выбор, что делать с открывшейся ему правдой: идти искать биологических родителей или забыть об этом и помнить только то добро и любовь, которые давали ему приëмные отец с матерью.

Возможно… наверное… и всё же так печально осознавать, что это именно любящий отец сдвинул камешек, вызвавший лавину.

Но вернëмся к нашему разговору в гостинице.

– Есть и другой вариант: в Сент-Энн-Уотерс живëт не родитель, а кто-то, кто просто знает о ситуации, – засомневалась Ив.

– Нет, вряд ли. Вернуться «другим человеком» можно только познакомившись с матерью