Переводчица. Украденная репутация - Вера Вильсорова

Официант принёс нам ароматный чёрный чай и десерты на красивых голубых блюдцах. Поблагодарив его, Вальтер продолжил.

– Стахнович позвонил мне сразу после вашего явления, – он улыбнулся. – Я всю голову сломал: что за журналистка, совпадение или кто-то её подослал? А вечером получил от вас письмо, и картина сложилась.

– Получается, вы знали, где и когда мы договорились с ним побеседовать. Зачем же вы устроили эту сцену сегодня в машине? Когда вы пытались вытрясти из меня все подробности.

– Простите мне эту слабость, – господин Брандт притянул чашечку ближе, – вы так отчаянно и гордо сражались за свою самостоятельность, я просто не мог разрушить ваши стремления, Рита.

– Мне показалось, или ещё раньше, вы не верили в то, что именно я украла документы? – мне хотелось знать всё и прямо сейчас. – Защищали меня от Фогеля… Я верно прочитала по губам ваши извинения в тот вечер.

– И тут в точку. В первый же день своего расследования я проверил журналы учёта: кто накануне покидал офис в рабочее время. Это был самый простой и наивный шаг, ведь документы могли просто переслать по почте – кто понесёт их через проходную? Даже если понесёт – это можно сделать после рабочего дня, безо всяких подозрений, охрана никого не досматривает. Но моё действие – просто по удачному стечению обстоятельств! – оказалось самым верным. Я увидел запись о вас. Вы отлучались на 15-20 минут. На смене в тот день был Вадим, пришлось подождать следующих суток, когда он вышел на работу и поговорил с ним. Он хорошо помнил эту историю.

– Отчего? Вроде бы обычное дело, – я нахмурилась, – или у него настолько хорошая память…

– Всё дело в Алине Ставровой. Вадим, по его признанию, отпустил вас без записи, якобы вы туда-обратно. Все перекуры Макса он ведь не фиксирует. Он долго не хотел говорить, но сдался: только вы вышли, к нему подскочила Алина и отчитала его за такие вольности. Так, он дождался вашего возвращения и попросил вас отметить время и поставить подпись.

– Да, всё так и было, – я снова мысленно оказалась в том дождливом дней, перед глазами возникло смущённое лицо Вадима, его бубнёж насчёт того, чтобы всё сделать по правилам.

– И это всё, что заставило вас усомниться в моей виновности?

– Нет, через пару дней случилось ещё нечто интересное. Думаю, что уже завтра этот человек сам расскажет. Теперь ваша очередь, – он подмигнул мне и принялся за сладкое.

– У меня тоже всё сошлось. Как я сказала, технически это я украла документы. Это я вынесла их из "Фогеля". В тот день Алина пришла ко мне после обеда, была вся на нервах, вручила папку, попросила передать мужу. Я же видела эти бумаги: там и правда были копии договоров, паспортов… Вышла из здания, на остановке их перехватил тот самый Андрей Золотарёв, который преследовал меня.

– Он вас узнал сегодня?

– Не думаю. Тогда мне повезло с непогодой – я вся обернулась в дождевик, в таком виде предстала перед "мужем" Алины. Сегодня же я, по вашим словам, шарм фаталь. Он хотел, должно быть, переманить меня на свою сторону и написать статейку, чтобы добить репутацию Стахновича. Не знаю… Может, как-то отвести от себя след. Но сейчас у меня все события сошлись. Даже тот самый случай, когда кто-то закрыл меня в вашем кабинете, и я попалась на глаза господину Фогелю – все же знают, как поздно он возвращается в офис. Теперь я понимаю, что это проделки той же Алины. Она просто написала записку, из-за которой я побежала на помощь Максу, но там никого уже не было.

– Но как она могла знать, что Зенф уедет именно в тот день?

– О, за это нужно благодарить моего первого заказчика, который устроил скандал: не хотел меня видеть на объекте. Но это сейчас неважно. После его ухода, я попросила Макса рассказать мне про других, подобных ему, клиентов. Мы спустились на обед, стояли в очереди, за нами – как раз была Алина. Там же Зенф предложил, что лучше всего поболтать на эту тему после работы, если он не уедет. И он уехал. Алина слышала наш разговор… Скорее всего, пока я около шести сдавала отчёт по работе у Лены, она подбросила записку. Кстати, про Лену. Сегодня она обронила казалось бы простую фразу, что у Алины "ни детей, ни мужа", тогда у меня начали появляться подозрения. Ну, а до встречи с Золотарёвым, её "мужем", оставалось пару часов. Сло-жи-лось.

– Да, одно к одному. Мне осталось только добавить, что я узнал из отдела кадров: несколько лет назад Золотарёв и Алина работали в одной небольшой компании. Там и познакомились.

– Вопрос, зачем нужна была вся эта инсценировка? Свою роль в их игре я понимаю – моими руками вынести документы. И даже невероятно сейчас думать, что было бы, не отправься я сама к Стахновичу. Я – как единственный свидетель настоящего преступника и я – как "воровка". Так бы никто не узнал, что перехватчик документов и Золотарёв – это один и тот же человек… Они всё продумали.

– Я уже говорил, вы большая молодец. А зачем они всё это провернули, мы скоро узнаем – завтра. Пора нам встретиться большой и душевной компанией.

– Господин Брандт, вы обещали раскрыть, почему же быстро поверили в мою невиновность. Может, расскажете сейчас? Я просто умру от нетерпения, что вам стоит?

– Прошу прощения, – он покачал головой, – я дал слово тому человеку: пока он сам не решится рассказать это публично, у меня нет права раскрывать его тайну.

– Хорошо, – я развела руками.

– Я скажу вам другое, не менее интересное. Можете мне не верить, но со вчерашнего вечера Борис тоже в курсе предательства "друга". У него оказались свои источники.

– Что? – я смотрела на Вальтера во все глаза. – Всю нашу беседу в галерее Стахнович знал, что Золотарёв украл документы?

– Полагаю, он узнал об этом после вашего вчерашнего визита. Вы были у него около двух часов дня, если я правильно помню. После он поспешил на ещё одну встречу, а затем позвонил мне. Говорил: "Я теперь всё знаю и буду идти до конца. Я нашёл вора". В общем, был на эмоциях, но не забыл рассказать про вас как про журналистку. Сегодня в галерее перед ним оставалась только одна загадка – вы. А для чего он устроил это рандеву с вами-как-Виолеттой, нам остаётся догадываться.

– Он вам говорил, что притащит Золотарёва в галерею?

– Нет. Скорее всего, он придумал это либо