Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

Вспышка эйфорического возбуждения пронеслась по телу Мэттью. Но он тут же безжалостно подавил ее. Ради себя. А главное, ради Шарлотты.

– Признаю, что, вопреки всякой логике, в последнее время я, похоже, пользуюсь расположением твоей сестры, – медленно выговорил Мэттью, ощущая, как каждое произнесенное слово бьет молотом по душе. – Но для нее это мимолетное увлечение, да и только. Как говорится, птица не способна влюбиться в рыбу. Твоей сестре уготовано парить среди певчих тропических птиц, а не рыскать по дну океана с бесцветной камбалой. Боюсь, что вместо того, чтобы вознести себя до ее высот, я утяну ее вниз за собой.

– Тогда подними глаза к стропилам, если нуждаешься в доказательствах невозможного, ставшего реальным. Не сидит ли там влюбившийся попугай, который ухаживает за обезьянкой? – спросил Александр.

Мэттью скривил левый уголок губ, но охватившее его веселье носило скорее сардонический, чем шутливый характер.

– В таком случае ты представляешь сестру в роли сварливой одноглазой птицы с манией превратиться в пирата или в капуцина, разбрасывающего экскременты?

Александр смерил Мэттью строгим взором.

– Ты уклоняешься от ответа.

Мэттью слегка толкнул кружку с кофе – ровно настолько, чтобы она сдвинулась на полдюйма, но недостаточно, чтобы расплескалось ее содержимое.

– Ты хочешь услышать чистую правду, Александр? Да, ты прав, уподобляя нас обезьяне и попугаю. Мы совершенно противоположны, и союз со мной лишит Шарлотту ее собственного мира – мира, в котором господствует она.

Сосредоточенный взгляд Александра сделался еще пронзительнее.

– Все дело в той чепухе о подменышах, которой изводила тебя родня?

– Ты же сам в курсе, что их заявления звучат нелепо. Не существует ни фей, ни фейри, – едва ли не прорычал Мэттью.

– Но тогда…

– Это не та дискуссия, которую мне хотелось бы продолжать, – Мэттью с трудом совладал с голосом, придав ему ровный тон.

Александр тут же откинулся в кресле и понимающе кивнул.

– Хорошо. Тогда вернемся к вопросу о твоих боевых навыках. И, пожалуйста, не скармливай мне байки о Новом Свете.

– Я заходил в порты по всей Америке. Естественно, что я поднабрался кое-каких приемов, – солгал Мэттью. Александру до сих пор не представилось удачного момента для расспросов о тайной жизни Мэттью, но сейчас любопытство друга могло сыграть с ними злую шутку, поскольку кузины Уик вот-вот передадут Мэттью инструкции с детальным описанием его следующей незаконной миссии.

Александр заговорил, но не успел Мэттью выслушать друга, как заметил поднятую руку Софии, подающей сигнал. Движение для остальных получилось незатейливым, но Мэттью дожидался именно такого знака. Голос Александра отошел на второй план, и внимание мужчины сосредоточилось на Софии, занимавшейся приготовлением кофе в другом конце комнаты.

Проклятье. Должно быть, пришло то сообщение, которого ждал Мэттью, и София намеревалась немедленно доставить его.

Мэттью попробовал тряхнуть головой, давая понять, что сейчас не подходящее время для тайной передачи письма в его руки, но София упустила этот жест из виду.

– Так значит, нет? – потребовал ответа Александр, пересевший уже на край кресла и говоря громче обычного.

– Что нет? – поинтересовался Мэттью, догадавшись, что на заданный важный вопрос Александром он дал отрицательный ответ, когда пытался безмолвно общаться с Софией.

– Ты всю мою тираду пропустил мимо ушей? – практически прорычал друг.

Учитывая, что на вопросы Александра Мэттью по-прежнему отвечал полуправдой, он вполне разделял недовольство друга. И без того непростую ситуацию усугубила Ханна, попытавшись привлечь его внимание. Проходя мимо с подносами, она коснулась плеча Мэттью, а затем украдкой указала в сторону кузины на другом конце кофейни. Мужчина попробовал сфокусироваться на Александре, но Ханна вновь задела его руку. Мэттью перевел взгляд на Софию и краем глаза заметил, как она просовывает между кружкой и блюдцем свернутый кусок пергамента.

– Тальбот! – воскликнул Александр, переходя уже практически на крик, заставив Мэттью повернуться в сторону друга так стремительно, что он чуть не опрокинул кофе.

– Да? – произнес Мэттью, молясь, чтобы в голосе послышались нотки участливости к собеседнику и искреннего сожаления.

– Ты пытаешься от меня скрыть нечто помимо колье или предельно честен со мной? – Александр скрестил мускулистые руки на груди и с чрезвычайно воинственным видом уставился на друга.

– Что? – встревоженно промолвил Мэттью. Его продолжавшаяся пару мгновений рассеянность не могла привести Александра к такому выводу. Неужели Александр сообразил, что София передавала Мэттью негласное послание? Друг всегда сидел спиной к девушке и в прошлом не замечал подобных обменов. Или, по крайней мере, Мэттью считал, что Александр не подозревал о них.

– Ты только что заявил, что утаиваешь от меня что-то, – пояснил Александр.

– Я? – Чушь собачья. Голос Мэттью невольно перешел на октаву выше. Со стороны могло показаться, что он превратился в зеленого юнца, не владевшего искусством ухищрений.

– Да, ты сам это подтвердил. Я задал тебе вопрос: «Между нами остались недомолвки?» И ты качнул головой. Так что это значит: «Нет, еще есть секреты» или «Нет, ты совершенно прав. И мы предельно честны друг с другом?»

– Я не качал тебе головой, – в панике выпалил Мэттью.

– Тогда кому ты качнул головой? – не отставал Александр.

Как раз в этот момент возникла Ханна с подносом, полным чашек с горячим кофе, от которых шел пар, в том числе и с той, что таила под собой спрятанное послание Софии. Ханна поставила перед ними чашки с блюдцами.

– София экспериментирует над еще одним рецептом, так что кофе за счет заведения.

Однако Александр, который постоянно отвлекался на всякие мелочи и никогда не отказывался от бесплатных напитков, даже не притронулся к кофе. Его вопрошающий взгляд был прикован к Мэттью.

– Спрашиваю последний раз: ты скрываешь от меня что-то или предельно честен со мной?

Мэттью мимолетно глянул на уголок пергамента, торчавший из-под его свежесваренного кофе. Стоит Александру ознакомиться с содержанием письма, как ему откроется тайная жизнь, которую Мэттью скрывал годами. Выступивший пот стекал по спине, пробегая между лопатками.

– Я… – Взяв себя в руки, мужчина прочистил горло. – Я…

– Александр! Мэттью! – внезапно раздался звонкий голос Шарлотты, и Мэттью чуть не откинулся на спинку кресла от нахлынувшего облегчения. Обернувшись, он разглядел Шарлотту, стоящую рядом с леди Каллиопой.

Схватив трость, Александр поднялся на ноги, чтобы тепло поприветствовать девушек. Следом за ним двинулся Мэттью, испытывая накатывающую на него волну неловкости. За прошедшие несколько недель Мэттью так и не удалось официально познакомиться с лучшей подругой Шарлотты, несмотря на постоянные визиты поэтессы в «Черную овцу».

– Моя дорогая леди Каллиопа, всегда рад встрече с