Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

– Откажись, – решительно произнесла Ханна. – Откажись так же, как и моя мать, когда ее родители договорились о браке.

Шарлотта потерла виски, мечтая, чтобы все оказалось так легко.

– Рядом нет бравого пирата, готового увезти меня в безопасное место. Пусть я и живу в мире позолоты, но под его золоченой сверкающей поверхностью скрываются все те же железные прутья, удерживающие меня в клетке.

– Не смей рассказывать нам, как твое рождение в высшем обществе лишает тебя свободы, – огрызнулась Ханна. – Особенно Софии. Нашим семьям пришлось пережить немало испытаний, чтобы обрести место в мире, а уж злоключения, выпавшие на долю родным Софии, – такого врагу не пожелаешь.

– Власть – вот, что отняли у моего народа, так и не вернув ее нам, – молвила София тихим, но пылким голосом. – Европейские страны истребили предков моей матери из племени таино и захватили их земли, для расчистки которых оккупанты пользуются подневольным трудом африканских предков матери. Именно труд моего народа, их жизнь, сама их сущность – вот, на чем зиждется роскошное существование британского высшего и среднего классов. С плантаций Нового Света и торговых судов, заполненных человеческим грузом и товарами, добытыми кровью и потом, доставляется в ваши дома незаконно нажитое богатство. А от моего народа остался лишь пепел. И тем не менее мы по-прежнему творим, работаем, живем, мечтаем. Если нам удалось выжить, то и ты сможешь, особенно с той дарованной тебе властью.

Шарлотту пронзили чувства вины и боли. Ей не следовало отметать пережитое кузинами Уик, тем более Софией. Сколько бы она ни зачитывалась философскими трактатами о человеческой природе, но девушке никогда не приходилось по-настоящему задумываться об ужасах работорговли и ее взаимосвязи с предметами роскоши: кофе, специями, табаком и многими другими аристократическими удовольствиями.

– Я ни в коем случае не сравниваю свое безбедное существование с тем, что постигло народы Нового Света и Африки. Мне повезло во многих отношениях, и я стыжусь, что задумываюсь о них только сейчас. Однако меня можно уподобить заветной кукле, которой указывают, какую одежду носить, какие позы принимать, какие слова произносить. А главное, все считают, что я не способна на самостоятельные решения. А теперь спроси себя, какой властью обладаю я? – обратилась Шарлотта к Софии в искреннем смятении.

– Огромной. – В карих глазах Софии вспыхнул властный золотистый свет. – Общество считает леди хрупким созданием, но здесь и кроется твоя сила.

– Что, прости? – поинтересовалась Шарлотта.

– Что случится, если ты упадешь в обморок? – нетерпеливо полюбопытствовала Ханна.

– Наверное, люди бросятся на помощь, – предположила Шарлотта. – Может быть, вызовут врача.

– А если София упадет в обморок? – вновь задала вопрос Ханна.

Подняв подбородок, Шарлотта глянула на сидевшую рядом кузину. Она не стала говорить, что Софию могли ошибочно обвинить в злоупотреблении джином или просто в лени. Во всем, что было неправильным и несправедливым. Шарлотте требовалось произнести эти слова не вслух, а про себя, дабы проникнуться их содержанием.

– Я вижу, к чему ты клонишь, – сказала Шарлотта, потирая пальцем скол на покрытой боевыми шрамами деревянной скамье. – Я могу воспользоваться женскими уловками, присущими леди светского общества, чтобы привлечь внимание, но боюсь, даже моя чрезмерно театральная игра, которая наверняка окажется на грани разоблачения, не переубедит родителей. Я вложила деньги в «Черную овцу», чтобы в конце концов обрести финансовую независимость и обеспечивать себя самостоятельно. Но, помимо этого, во мне теплилась надежда, что через кофейню я сумею раздобыть вещественные доказательства злодеяний лорда Хоули. Думаю, если я ослушаюсь родителей и отвергну виконта, он продолжит охотиться за мной. Мне важно уличить его в преступлениях таким образом, чтобы он не смог причинить вред ни мне, ни будущим жертвам.

София обеспокоенно нахмурилась.

– Проверять слухи о таком человеке, как Хоули, – все равно что ловить бестелесный фантом. Опытный вор-взломщик и то потерпит неудачу.

– Но я обязана попытаться! Мне меньше всего хочется подвергать себя опасности, но…

– Вести слежку за бандитами – не самый разумный план, – произнесла Ханна вновь мягким голосом. – Твои уловки против бывалых преступников никуда не годятся. Повезло, что мы с Софией как раз выезжали, и она заметила тебя, летящей за этими людьми, как бескрылая ворона. Если бы мы не приказали кучеру следовать за тобой, то… Полагаю, у тебя достаточно мозгов, чтобы понять, от чего мы тебя уберегли.

Посмотрев на кузину, Шарлотта различила в ее взоре, похожем на драгоценный камень, намек на понимание. Вероятно, Ханна убедилась, что желание Шарлотты ускользнуть от лорда Хоули, не было вызвано всего лишь истерикой избалованной аристократки.

– Так вот как вы спасли меня? – уточнила Шарлотта. Сперва ее сковал страх, потом начался разговор на повышенных тонах, так что она не успела толком осмыслить, насколько своевременных оказался приезд ее кузин.

– Да, – ответила София.

– Мы возвращаемся в «Черную овцу»? – поинтересовалась Шарлотта.

Кузины обменялись привычным для Шарлотты взглядом. Девушка выглянула в окно и обнаружила, что они едут рядом с причалами Лондонского Пула, где швартовались высокомачтовые морские суда.

– Времени нет, – пояснила София характерным для нее серьезным тоном. – Мы, к сожалению, потратили слишком много времени, присматривая за тобой, но теперь на нас полагаются другие.

– Шарлотта, тебе наверняка откроются такие вещи, о которых ты не должна никому рассказывать, в том числе Александру, – резко заметила Ханна.

Нечто, мелькнувшее в чертах кузины, вызвало у Шарлотты новую волну тревоги.

– Какие вещи?

– Ты поймешь, когда увидишь собственными глазами, – загадочно объяснила София.

Шарлотта поворачивала голову то к одной кузине Уик, то к другой, но по их невозмутимым лицам и сомкнутым челюстям, словно у непреклонных солдат, распознать ничего не удалось. И все же Шарлотта ждала, что кто-нибудь из них улыбнется, пусть самую малость, чтобы подтвердить затянувшуюся над ней шутку.

– Вы меня разыгрываете, – сказала Шарлотта и выдержала небольшую паузу. Ни единый мускул не дрогнул на лицах кузин. – Верно? – По-прежнему ноль реакции. – Я права? – задала вопрос Шарлотта, невольно повысив голос.

Обе кузины Уик медленно покачали головами. Первой нарушила тишину София.

– Мы бы не стали тащить тебя с собой, если бы в этом не было крайней необходимости. Но нам давно нужно было приехать к месту назначения и быть готовыми оказать помощь, если сегодня ночью что-то пойдет не по плану.

На этих зловещих словах карета остановилась. Экипаж еще покачивался, когда в дверь раздался неистовый стук. Ханна отворила ее, и перед девушками возник молодой бледнолицый юноша, во взгляде которого читался испуг. На нем была грубая, но не поношенная одежда, а широко распахнутые голубые глаза сначала остановились на Ханне, а затем скользнули к Софии.

– Меня послал Белль, –