Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

Мэттью застыл, в отличие от потревоженного козла, который продолжал неспешно жевать солому, будто выжидая, осмелится ли Мэттью двинуться с места. В лунном свете, проникающем в окна позади мужчины, сверкнули и без того нечестивые глаза животного. Оставалось только молиться, чтобы рогатое не принялось блеять.

Козел пристально таращился на незваного гостя, медленно жуя кривыми зубами сухую длинную травинку с пушистым концом, покачивающимся туда-сюда в почти завораживающем и пугающем ритме.

Мэттью переместился влево, рассчитывая прошмыгнуть мимо парнокопытного часового. Животное беззаботно потрусило в том же направлении. Мэттью метнулся вправо. Существо вновь перекрыло ему путь. Тогда Мэттью сделал финт влево, а затем нырнул вправо, но обвести вокруг пальца capra не получилось. Козел спешно отрезал выход на свободу, даже не нарушив темп пережевывания.

Конец соломинки скрылся между губами козла. Рогатое животное тут же опустило голову, словно намереваясь доесть принесенное лакомство, прежде чем ринуться в бой. По земле стукнуло одно копыто. За ним последовало второе. Животное надуло бока и испустило раздраженное блеяние.

Не дожидаясь, пока козел закончит подготовку к удару, Мэттью запрыгнул на трехфутовую деревянную перегородку, разделяющую хлев, и помчался по узкой конструкции, раскинув руки в попытке удержать равновесие.

Все вышло с точностью до наоборот.

Он плюхнулся лицом в ворох соломы весьма сомнительной свежести. Попытавшись выбраться из зловонной кучи, мужчина мысленно возблагодарил судьбу за то, что приземлился не на козлиную сторону полуразрушенного строения.

– Дьявол! – заорал Пэн.

Мэттью вскинул голову к деревянной перегородке и, к своему ужасу, разглядел кончики рогов. Они медленно и неуклонно появлялись в поле зрения, а затем перед Мэттью предстали жуткие, похожие на змеиные красновато-золотые глаза.

Должно быть, этот треклятый дьявол нашел ящик или другой предмет, позволивший ему вскарабкаться.

Заметив кончик розового носа существа, Мэттью пополз к дурно пахнувшей соломе и каким-то чудом ухватился за подоконник довольно узкого окна. Времени прикинуть, сумеет ли он пролезть, не оставалось.

Услышав угрожающий стук копыт по перегородке, Мэттью рывком подтянулся к окну. Пэн взмыл в воздух, порхая над стойлом. До слуха мужчины донеслись бешеное хлопанье крыльев и неистовый крик пернатого:

– Стой, дьявол! Стой, дьявол!

Широкие плечи Мэттью уперлись в раму. Он попятился назад и попробовал просунуть сначала одно плечо, потом другое.

И тут ощутил, как что-то схватило его за мягкое место. Проклятый козел вцепился зубами в штаны Мэттью!

– Стой, дьявол! Стой, дьявол! – не умолкал Пэн. Мэттью осознал, что попугай буквально прикрывал его фланг, хотя повторяющиеся вопли наверняка привлекут внимание драгунов.

Собравшись с духом, Мэттью начал протискиваться в отверстие, ощутив нестерпимое жжение в плечах, поскольку с них только что сошел изрядный слой кожи. Но Мэттью не медлил и бросился в лунную ночь с такой силой, что вырвал одежду из пасти чудовища.

Он повалился на землю, но вовремя успел сгруппироваться, чтобы не разбить голову о булыжники. Вскочив на ноги, Мэттью обернулся и увидел вылетевшего из стойла Пэна, а следом из окна показалась голова козла, глаза которого сверкали еще яростнее, чем прежде. Однако на этот раз чудовище вместо сухой длинной соломы демонстративно жевало оторванный кусок штанины, и дюйм за дюймом материал постепенно исчезал в пасти существа.

Наблюдать за неразумным потреблением ткани Мэттью было некогда. Едва он приступил к осмотру нового переулка, как на обоих его концах появились драгуны. Наверху козел продолжал есть, высунув, словно двойные клинки, рога в открытое окно. Даже если бы Мэттью и захотел сразиться с парнокопытным дьяволом, ему бы не удалось быстро проскользнуть в отверстие.

– Крыша! Крыша! Крыша! – воскликнул Пэн, паря над головой Мэттью.

– Неужели тебе постоянно нужно быть правым? – спросил Мэттью у попугая. Он ухватился за оконную раму под мохнатым подбородком козла и так резво вскочил на подоконник, что козел истошно заблеял, выронив остатки покрытой слюной ткани. Не успело существо отреагировать, как Мэттью вскарабкался на относительно низкую кровлю хлева, после чего перебрался на карниз соседней постройки, а затем пустился наутек, перепрыгивая с крыши на крышу в сопровождении Пэна, ставшего его верной тенью.

Он преодолел всего три квартала, как под ногами провалились гниющие бревна заброшенного дома. Приземлившись на большую балку, Мэттью ощутил, как по телу разлилась агония. Скрипя зубами от пылающей боли, он ухитрился вцепиться в балку, прежде чем сорваться с нее и пролететь двадцать футов.

Пэн, опустившись от него в нескольких футах, наклонил голову и с любопытством уставился на Мэттью.

– Уф?

– Я… ненавижу… крыши, – выдавил из себя Мэттью сквозь стиснутые зубы. Пэн от этого зрелища пришел в восторг, в отличие от пострадавшего Мэттью.

До его слуха долетали шаги драгунов, ходивших на улице возле здания. С каждой секундой стук каблуков звучал всё ближе. К пронзительной боли в теле добавились леденящие душу ужас и страх. Ему следовало немедленно собраться с силами, чтобы вновь пуститься в бегство… но не слишком ли поздно?

Глава 18

– Дело плохо, – произнесла София низким голосом, откинув занавеску на окне кареты Белля.

Ханна оглянулась в ее сторону и тихонько ругнулась.

– Действительно, нехорошо.

– Ты имеешь в виду количество драгунов? – спросила Шарлотта чуть громче, чем рассчитывала, поскольку не в силах была удержать тон в пределах шепота. Чувство тревоги накатывало на нее, как заунывная, нескончаемая погребальная песня, сулившая в конце еще больше кошмаров.

– Не только численность войск, но и их расположение. Они методично прочесывают улицы, дома и предприятия. Должно быть, пытаются загнать Мэттью в угол.

– Если уже не загнали, – мрачно добавила Ханна.

Слова кузины возродили новую боль в душе Шарлотты, но девушка беспощадно подавила ее. Требовалось сохранять бдительность и не терять самообладания. Ради спасения Мэттью.

– Мы, по крайней мере, недалеко от убежища, которым владеет Тэвиш. – София переглянулась с Шарлоттой.

Однако они знали, что Мэттью там не было и в помине. Втроем девушки уже осмотрели ветхое строение и несколько минут назад забрались обратно в карету. Шарлотте не удавалось разузнать все подробности, но оказалось, что Мэттью занимался освобождением детей, приговоренных к многолетнему принудительному труду в колониях, а Ханна и София время от времени помогали ему и мистеру Стюарту.

– Нужно отвлечь их внимание. – Ханна побарабанила пальцами по деревянному сиденью. – Это даст Мэттью шанс ускользнуть в безопасное место.

Шарлотта взглянула на мужчин, скачущих на лошадях, и почувствовала, как ее сердце превращалось в раздутый от ужаса пузырь. Лунный свет, отражавшийся от рядов пуговиц на их мундирах, придавал солдатам королевский вид. Они напоминали Шарлотте суетившихся перед балом лакеев, поскольку и те и другие обучены выполнять