Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

водой. Однако удача улыбнулась мужчине, и испуганному мальчику пришел на помощь один из подростков. Не желая рисковать, Мэттью присел на корточки и руками подал знак последнему забраться на спину. С беспризорником, крепко вцепившимся в его шею, мужчина спешно ретировался к берегу.

Стоило им всем опуститься на землю, как Мэттью почувствовал, что его мышцы немного расслабились. Дождавшись, когда дыхание выровняется, он повел ребят через беспорядочные верфи к месту встречи, где дожидались две кареты Джорджа Белля. Едва Пэн устроился на плече Мэттью, как раздался звук.

Ровный стук копыт.

Причем не одной лошади, а множества. Целое стадо лошадей.

Приближался отряд драгунов.

В жилах моментально застыла кровь, а из легких вышибло весь воздух. Мэттью будто вновь вернулся в детство, когда братья бросили его в холодное озеро и держали под водой.

Однако Мэттью подавил леденящий душу панический страх и велел себе спокойно обдумать план дальнейших действий. Ему нужно было отвлечь надвигающихся солдат от мальчиков, но как они доберутся без него?

– Доктор Тальбот! – прошипел знакомый голос с ирландским акцентом.

Обернувшись, Мэттью различил возникших из тени огромного склада Симуса и Джона. При виде лучших инженеров Тэвиша на Мэттью накатила волна раздражения вкупе с облегчением. Оба молодых человека настаивали на своем участии в сопровождении карет или лодок во время спасательных вылазок, но Мэттью и Тэвиш строго-настрого запрещали им покидать транспортные средства, поскольку ни одного из них пока не обучили необходимым навыкам.

Льющийся лунный свет подчеркнул россыпь веснушек Симуса, выделявшихся на фоне его белой кожи. Парень выглядел гораздо бледнее по сравнению со своим товарищем Джоном, умевшим отлично скрывать страх. Однако, когда двое мужчин поспешили к Мэттью, он уловил нервозность Джона, несмотря на предпринятые им уловки.

– Повсюду драгуны, – шепотом произнес Джон, в голосе которого слышался карибский акцент. Его семья спаслась с сахарной плантации благодаря помощи Храброй Мэри, когда тот был крохотным младенцем. И хотя он вырос на острове, куда Храбрая Мэри переселила беглых рабов, несколько лет назад парень принял решение эмигрировать в Лондон ради получения образования.

– Я заметил их появление, – мрачно промолвил Мэттью, осматривая окрестности на предмет приближающихся солдат.

– Мы подумали, что отвлечем драгунов, пока вы будете вывозить мальчиков. – Джон, обладавший, как и Мэттью, худощавым телосложением, расправил плечи. Стоявший рядом с ним Симус последовал его примеру.

– Нет, – мгновенно возразил Мэттью, не собиравшийся подвергать инженеров еще большему риску. – Я отвлеку их, а вы двое отведете ребят к каретам.

– Но… – начал было возражать Симус, но Мэттью оборвал его.

– Времени на пререкания у нас нет. – Словно в подтверждение слов Мэттью, пятеро мужчин верхом на конях обогнули угол склада, где всего несколько минут назад прятались Джон и Симус. В лунном свете поблескивали латунные пуговицы на мундирах драгунов, но даже без формы их строгая осанка выдавала в них военных.

Мэттью выскочил из укрытия среди ящиков, сложенных на причале рядом с улицей, не оставив Джону и Симусу шанса предпринять какие-либо действия. Он замер, давая солдатам возможность не только увидеть его, но и разглядеть его телосложение. Мэттью и раньше замечали драгуны и военные стражники, и он не сомневался, что эти люди ищут человека с похожей комплекцией.

Как и следовало ожидать, двое драгунов выкрикнули:

– Это он!

– Вот он!

Не срывая маски, Мэттью рванул в противоположном направлении от места, где ждали кареты Белля. Пэн, вцепившись когтями в плащ Мэттью, пронзительно закричал, обращаясь к их преследователям:

– Подвесить на цепях! Подвесить на цепях!

– Тебе обязательно глумиться над стражниками, чтобы дать им повод поиздеваться над моим трупом? – негромко проворчал Мэттью, сворачивая в узкий переулок, не позволявший проехать конникам.

Пэн, разумеется, не внял его речам и принялся с новой силой верещать:

– Подвесить на цепях! Подвесить на цепях!

– Ты же знаешь, что можешь просто улететь к остальным? – прорычал Мэттью чуть громче, чтобы услышал Пэн. Напрочь проигнорировав Мэттью, птица лишь настойчивее повторяла оскорбления. Несомненно, Пэн, сопровождая Мэттью в полуночных вылазках по лондонским улицам, испытывал от погони извращенное удовольствие.

Благодаря многолетним попыткам убежать от старших братьев, из Мэттью вышел отличный бегун, но ему ни за что не удалось бы обогнать лошадь, особенно обученную военными. Но его козырем в борьбе с массивными теплокровными всегда было умение ориентироваться в извилистых лондонских улочках. Увы, порой сунуться в кроличьи норы Лондона означало нарваться на тупик, но мчаться по переулкам все же было лучше, чем по крышам.

Мэттью всем сердцем не выносил спасаться бегством по крышам зданий. Приходилось совершать в воздухе невероятные прыжки – далеко не самое умиротворяющее занятие. Хуже того, нереально было предугадать состояние постройки, на которую предстояло приземлиться. Вдобавок упасть лицом в солому было чертовски неприятно, а засохшая растительность и вовсе не способствовала быстрому бегу.

Узкий проход внезапно вынес Мэттью на широкую улицу, и он помчался по мощеной дороге, выдав себя драгунам.

– Подвесить на цепях! Подвесить на цепях! – торжествующе вопил Пэн.

Разгорячившаяся кровь стучала быстрее, чем копыта за спиной, и Мэттью влетел в другой переулок рядом с шумной таверной. Своим бесцеремонным вторжением он оторвал обнимавшуюся парочку от любовных утех. Они поспешно прикрыли наготу, когда Мэттью пронесся мимо.

– Примите мои глубочайшие извинения! – воскликнул Мэттью, изо всех сил пытаясь отвести глаза. А вот Пэну стыдиться было нечего.

– Зверь о двух спинах! Зверь о двух спинах!

– Не стоило Софии учить тебя Шекспиру, – отчитал Мэттью Пэна.

Не сдержавшись, Пэн радостно заорал:

– Зверь о двух спинах! Подвесить на цепях! Подвесить в цепях! Зверь о двух спинах! Где моя прекрасная девица?

– Мне очень жаль, – обратился Мэттью к паре, когда в переулок ворвались драгуны. Быстро проскользнув в очередной узкий проход, Мэттью направился к следующему, но, пройдя около сотни ярдов, понял, что угодил в тупик.

И без того колотящееся от напряжения сердце ударилось о грудную клетку с такой силой, что, казалось, пробило ребра. Тем не менее Мэттью не поддался панике, поскольку неконтролируемый страх чреват смертью. Вместо этого он задействовал все обострившиеся чувства, принявшись судорожно искать выход.

– Крыша! Крыша! Крыша! – весело прокричал Пэн. Ему нравилось наблюдать за Мэттью, перепрыгивающим с одного здания на другое.

Пропустив вопли попугая мимо ушей, Мэттью приметил низкое строение, похожее на хлев, зажатое между высокими постройками. Мужчине пришло в голову, что, возможно, через него удастся выйти в другой переулок или, хотя бы найти временное убежище.

Мэттью отворил шаткую полуразвалившуюся дверь и ринулся внутрь… но лишь для того, чтобы с грохотом свалиться на землю. Повсюду разлетелась солома, а Мэттью оказался лицом к лицу с козлом.