Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

– Рана действительно глубокая, – подытожил Мэттью спокойным голосом, в котором Шарлотта уловила тщательно скрытую тревогу. – Однозначно нужно наложить швы.

Сказанное прозвучало весьма неприятно, но Шарлотта не стала протестовать, лишь плотно сжала рот и кивнула, молясь, что не выставит себя в дурацком свете и не завопит, как одна из сородичей Банши.

– Вот. – Ханна поднесла фляжку к губам Шарлотты, и сильный резкий запах ударил в нос.

– Что это? – поинтересовалась Шарлотта.

– Виски, – коротко ответила Ханна.

Изо всех сил Шарлотта пыталась не морщить нос от предложенного напитка.

– Боюсь, я не привыкла пить ничего крепче хереса. Тогда я быстро опьянею.

– В этом-то и дело. – Ханна нетерпеливо покачивала сосуд, отчего запах становился все более ощутимым.

В поле зрения Шарлотты появилась София.

– Просто Ханна так неумело пытается донести, что выпитый алкоголь поможет притупить боль, после того как Мэттью уколет тебя иглой.

– Укол – это не то слово, что вселяет утешение, – возразила Ханна.

София метнула на кузину раздраженный взгляд.

– Именно поэтому ты начала пичкать ее крепкими спиртными напитками, не обосновывая причин.

– Это чудесный торфяной эликсир, родом из высокогорья. – Ханна помахала фляжкой, акцентируя внимание на своем аргументе. – Кто же откажется от такого?

– Прошу, перестаньте препираться, – тихо вмешался Мэттью. – Шарлотта теряет больше крови, чем мне хотелось бы, и я должен провести операцию быстро.

– Я сделаю глоток, – поспешно согласилась Шарлотта, потянувшись за виски неповрежденной рукой. Если спиртное хоть немного облегчит боль, то она с готовностью выпьет его, независимо от едкого аромата.

Первый глоток спровоцировал приступ кашля, а попавшая жидкость обожгла горло, отчего тело непроизвольно дернулось, вызвав жжение в раненой руке. Второй глоток вышел чуть удачнее, как и третий.

– Ну, тебе понравилось? – весело полюбопытствовала Ханна, будто они находились в кофейне и пробовали одно из творений Софии, а не ютились в тайной комнате с капающей на грубо сколоченный пол кровью Шарлотты. – Виски необычайно вкусный.

– Хочешь услышать мое честное мнение? – задала вопрос Шарлотта, сделав еще один глоток горячительного.

– О, безусловно, – вклинилась в разговор София.

И все же Шарлотта попыталась ответить как можно дипломатичнее:

– Должна заметить, что я охотнее предпочту ему шампанское.

– Как и мы все, – усмехнулась София.

– Не обобщай, – покачала головой Ханна. – Я не нуждаюсь в изысканных винах. В алкоголе должна присутствовать нотка дерзости.

Сделав очередной один глоток, Шарлотта, запинаясь, ответила:

– Дерзкий – так вот, как ты его оцениваешь.

– С каждым разом ты начнешь любить его все больше и больше, – глубокомысленно изрекла Ханна.

В животе Шарлотты вспыхнуло приятное тепло, медленно распространившееся по телу, и ей представилось, как она окунается в горячую, только что набранную ванну. Разум девушки заволокла сладкая дымка, и, невзирая на сложившиеся обстоятельства, Шарлотта вдруг издала смешок.

– Думаю, ты права. Виски действительно восхитителен.

Глава 19

На протяжении всей поездки до поместья Тэвиша Шарлотта взирала на Мэттью глазами, которые он описал бы как мечтательные. Безусловно, причиной ее дурмана послужило виски, которым девушку угостила Ханна. И все же…

Ее внимательный взгляд томно скользнул по его лицу, задержавшись сначала на глазах, затем прошелся по линии челюсти, окинул то, что, как предположил мужчина, были уши, покосился на выбившиеся пряди из хвоста и наконец вернулся к глазам.

Пока Шарлотта досконально изучала его радужку, на ее губах заиграла мягкая, притягательная улыбка, вызвавшая в Мэттью бурю ярчайших эмоций. Зародившиеся переливчатые искры лишь усилились, когда ее внимание переключилось к его губам, поскольку она чуть надула свои, словно готовясь к поцелую.

Кровь в жилах Мэттью вскипела, повысив температуру тела до обжигающе горячей, и мужчина испугался, что оно начнет реагировать иным, более непозволительным образом. Сердце учащенно забилось в столь сладостном ритме, что от нахлынувшей медовой силы сделалось невыносимо. К тому же стоило ему представить, что поведение Шарлотты – не какой-то мимолетный, вызванный алкоголем каприз, а настоящая привязанность, как в душе забрезжила надежда, похожая на зыбкий мираж.

Эта девушка, рискнувшая жизнью ради его спасения, только обострила нестерпимое желание Мэттью и внесла еще большую сумятицу в его и без того запутанные чувства. И хотя поначалу он возмущался ее беспечным поступком во имя его освобождения от виселицы, повлекшим за собой ранение, в то же время мужчина испытывал безмерную благодарность. Храбрость Шарлотты и ее решимость протянуть ему руку помощи повергли его в благоговейный трепет. Ее неистовая сила, сокрытая под множеством слоев утонченности, всегда была одной из тех вещей, что влекли молодого человека к ней.

А теперь это страстное влечение переросло в необузданную потребность.

К сожалению, а может, и, к счастью, они ехали не одни. Изрядно захмелевшая Шарлотта устроилась между кузинами Уик, а Мэттью с восседавшем на его плече Пэном уселись на противоположной скамье. Рядом с ними, откинувшись на спинку, сидел Тэвиш, который примчался в Лондон после получения сообщения о возникшей неприятности с драгунами. Тэвиш рассудил, что безопаснее всего отправиться в его имение, а не везти посреди ночи пьяную и раненую Шарлотту в дом ее родителей. Ханна отправила Александру весточку с просьбой устроить все так, будто Шарлотта осталась у леди Каллиопы.

Судя по веселым ухмылкам Ханны и любопытству, проскользнувшему в чертах Софии, кузины Уик наверняка успели подметить возросший интерес Шарлотты. Мэттью уже давно не рисковал мельком глянуть на Тэвиша, который держался довольно скованно… словно отчаянно пытаясь не разразиться смехом.

Внезапно, не предупредив ни словом, Шарлотта подалась вперед… или, скорее, неопределенно качнулась в сторону Мэттью, а затем начала валиться на пол, но благо Ханна и София успели ее подхватить. Создавалось впечатление, что Шарлотта даже не заметила, как едва не оказалась на полу хорошо подрессоренного экипажа Тэвиша, вместо этого уставившись на Мэттью с блаженным выражением на лице.

– Мэттью, ваши глаза восхитительны, – произнесла Шарлотта слегка невнятно, а после неуверенно ткнула пальцем в его направлении. Несмотря на неразборчивость некоторых слогов и чрезмерную растянутость других, в целом речь звучала удивительно четко.

Мэттью одновременно пронзили жар, смущение и беспокойство. И хотя какая-то его часть почувствовала себя польщенной, мужчина переживал, что Шарлотта устыдилась бы, будь она в здравом уме и осознавая, что именно говорит на глазах у других.

– Весьма лестно с вашей стороны, леди Шарлотта, – ответил Мэттью, постаравшись придать голосу вежливый и исключительно нейтральный тон. – Ваши глаза также прекрасны, но вы, возможно, предпочтете закрыть их. Вам следует отдохнуть после ранения и наложения швов.

Шарлотта, видимо,