1991 - Франк Тилье

своему напарнику. В странном свечении его зрачки казались двумя бездонными колодцами. Он указал на лягушку. Небольшая, с черными и желтыми пятнами, она была убийственно красива и смотрела на них выпученными глазами. На этикетке было написано: - Dendrobates leucomelas.

— Не верь внешнему виду, — объяснил Амандье. — Это резервуар с ТТХ. Прикоснешься — и тебе конец.

Серж подошел к последнему террариуму.

— Это не он, — сказал молодой инспектор, как будто вслух размышляя.

— Да ладно тебе! Тебе этого мало?

— Что-то здесь не сходится. Слишком много беспорядка. Это граничит с антисанитарией, с патологическим накопительством. Это не вяжется с точностью загадок, которые нам подкидывает наш человек. Да и мы находимся в пригороде, а не в Париже. Зачем ему отправлять посылки из парижских округов?

— Не знаю. Есть много возможных причин. Потому что он там работает. Или потому что не хотел привлекать внимание слишком близко к своему дому. Подойди-ка на минутку, парень.

Шарко подошел к нему перед виварием длиной более двух метров, похожим на джунгли.

— А черный мамба большой? — спросил Серж.

— Понятия не имею, но это, наверное, самая опасная змея в мире. Ничего общего с TTX, но я слышал, что ее яд парализует и убивает за несколько минут.

— Сделай мне одолжение, скажи, что ты ее где-нибудь видел...

Впервые Франк услышал в голосе Сержа дрожь от страха. Очевидно, этот крутой парень испытывал глубокий страх перед рептилиями. Молодой инспектор наклонился к стеклянному параллелепипеду, внимательно осмотрел каждый его уголок и начал обходить вокруг. Вдруг он остановился, застыв от ужаса. Он поднял пластину, лежавшую у подножия подставки.

— Виварий открыт.

Его широко раскрытые глаза встретились с глазами коллеги. В ту же секунду он вспомнил сапоги и щипцы снаружи... Мертвых кошек, посыпанных негашеной известью... Того испуганного человека, которого они встретили...

Странная тишина внезапно окутала их. Шарко отступил назад, пока не оказался спиной к стене, держа оружие обеими руками. Он дрожал всем телом.

— Мамба здесь, в доме.

37

Флоренс всегда любила ночь, когда черные тени вытягивались на мостовой, когда паркет длинных коридоров дома № 36 скрипел тревожным шепотом, а офисы превращались в мертвые места, где тишина свистела в ушах.

Эта любовь к ночи разрушила ее брак. Сколько раз она предпочитала спать в этом кресле, укрывшись пледом, вместо того чтобы вернуться к мужу? Сколько часов она провела, переделывая мир с друзьями, прямо здесь, в моменты депрессии Тити или Сержа, вместо того чтобы заботиться о своем муже?

Эта жизнь была ее жизнью, и она ни за что не променяла бы ее. Даже если бы она была одна, 23 декабря, перед остатками холодной запеканки, сидя по-турецки на диванчике в их гостиной, с распущенными волосами, свитер скатанный в комок рядом с ней, а на коленях книга, рассказывающая о жизни Гарри Гудини.

Эйнштейн, наверное, был с семьей у своих тестя и тещи. Глайв, скорее всего, отдыхал после насыщенного дня. Сантуччи, вероятно, бродил по окрестностям здания суда, пытаясь объяснить заместителю прокурора все подробности расследования. Она не питала к корсиканцу особой симпатии, но не могла отрицать его усердие в работе и то, что он будет изо всех сил стараться раскрыть это дело. Иногда эго бывает полезно.

Она отложила книгу. Подняла глаза на доску. Элен Лемар... Теперь ее личность заполняла пустые ячейки. Ее фотография оказалась рядом с фотографией Дельфи Эскремье, там, на стене за местом под номером 6, рядом со всеми этими силуэтами детей. Две замученные женщины... Две проклятые женщины...

В носках она пошла налить себе стакан воды. Проходя мимо стола Сержа, где все осталось на своих местах, а его коллега, уходя, убирал бумаги в ящик, ее беспокойство вновь дало о себе знать. Где они, Шарко и он? В любом случае, не дома, поскольку не отвечали на телефонные звонки. По словам парней из офиса 305, которые управляли автопарком, они не брали служебную машину.

Может, Амандье забрал их молодого новобранца, чтобы увезти его Бог знает куда? Или эти двое пьют пиво в каком-нибудь баре? Не исключено, что старый козел наконец-то поладил с младшим. Франк Шарко показал, что у него есть яйца, и он действует по старинке. Это поможет ему быстро заработать себе имя и место в группе.

Возможно, он напоминал Сержу о том, каким он был в начале своей карьеры.Включив отопление, Флоранс улеглась на диван и снова погрузилась в биографию, которую им дал Бернар Маркиль. Это была редкая книга, написанная десять лет назад историком, увлеченным Гудини и его невероятными трюками.

Как и все книги о магии, ее можно было найти только в некоторых магазинах для искушенных любителей. Ведь хотя иллюзионисты не могли запретить публикацию таких книг, которые часто раскрывали секреты их искусства, они все же пытались как можно лучше защитить свою территорию, убеждая книготорговцев не распространять эти произведения, выдающие их секреты.

Инспектор уже слышала об этом фокуснике и его трюках, но не более того. Ей нужно было копать глубже, чтобы понять смысл загадки «Пагода/Гудини.

История венгра — она всегда считала его американцем — была увлекательной.

В шесть лет он начал возиться с замками и защелками шкафов, где его мать хранила варенье. Вскоре он увлекся магией, но, несмотря на очевидные способности, не смог заработать этим на жизнь.

Обладая мощным телосложением и идеальными пропорциями, Гудини зарабатывал на жизнь, играя пещерного человека в цирке. В гриме, запертый в клетке, он выставлял себя на обозрение и проводил дни, пугая посетителей. Параллельно он продолжал оттачивать свои фокусы. Но из-за нужды и голода в конце концов он продал свои секреты специализированным журналам за 20 долларов.

А затем, в 1898 году, когда ему было двадцать четыре года, он совершил подвиг, который создал его легенду «короля побега. - В ходе тщательно спланированной рекламной акции он бросил вызов чикагской полиции, объявив, что может сбежать из любой камеры за несколько минут.

После того как его раздели, обыскали и заперли в камере штатной тюрьмы с наручниками на запястьях, его оставили одного. Три минуты спустя он появился перед толпой репортеров, которые ждали его в кабинете директора. Его карьера была начата.

В ходе своих исследований автор биографии узнал, что для побега в тот день Гудини спрятал в пищеводе мастер-ключ, привязанный к нитке. Он извлек его с помощью техники, которую научился у глотателя мечей.

При поддержке все более