Два тревожных дня майора Ковалева - Василий Васильевич Моисеев

лежит и движется по обе стороны от нее. Весь пейзаж, словом, написан в мрачных тонах. И эта написанная природой картина давит на душу, не давая ей не то что вырваться наружу, а хотя бы немного развернуться. И если к этому добавить вчерашние криминальные происшествия, то вся жизнь покажется такой же безрадостной и безысходной.

– Удочки нам пригодятся, – возразил детектив и, заметив ухмылку на круглом лице Сингапура, пояснил: – Не для рыбалки, а вместо атрибута. Для отвода глаз. Мало ли кто встретится на лесной тропинке…

После таких слов Сингапур окончательно утратил надежду понять замысел майора, и чем больше тот говорил, тем неопределенность не уменьшалась, а наоборот, возрастала. Единственное, в чем Сингапур сейчас не сомневался, это в том, что вчерашняя вылазка в лес впутала его в крутую историю. По самое дальше некуда. Теперь дай бог подобру-поздорову унести ноги из этой заварушки и остаться целым и невредимым. Во, блин, судьба… На ровном месте, из ничего возникла большая проблема. Ему это надо, на старости-то лет?

Вслух о своих безрадостных размышлениях Сингапур ничего не сказал, молча наблюдая за дорогой и ожидая услышать от майора более конкретных пояснений. Не все же время оперативник будет изъясняться недомолвками да загадками, вспомнит же, наконец, что рядом с ним находится не коллега-сыщик, а сварщик. А это совсем разные категории. И майор, кажется, вспомнил про это.

– Считай, Никандрыч, что мы едем на экскурсию, – улыбнулся он, – интересная ожидается экскурсия. Уверен, тебе понравится.

Сингапур недоверчиво хмыкнул:

– Мне и в нашем лесу нравится. Какого дьявола переться за сто верст в эти самые Клепики? Не пойму я что-то, майор.

Ковалев глянул на часы, будто от расположения стрелок зависела возможность поведать следопыту смысл поездки. Стрелки показывали половину десятого, до конечного пункта маршрута оставалось еще несколько минут езды. Ковалев промолчал. И лишь через минуту, когда «Нива», сбавив скорость, свернула на проселочную дорогу и покатила в сторону леса, сказал:

– Леса везде одинаковые, Никандрыч, да не в каждом имеются водоемы. Есть в этом лесу интересный пруд, вот он нам и нужен.

Сингапур снова хмыкнул:

– И на кой хрен? Чтобы за сто верст на рыбалку ездить? Тебе можно, майор, у тебя бензин дармовой, а мне не с руки. Золотая выйдет рыбка. Лучше уж в магазине купить. И на кой хрен я тут нужен? За компанию?

Сингапур хитрил. Прекрасно понимал, что майор везет его вовсе не на рыбалку, и по-прежнему терялся в догадках. Вариантов и предположений в его голове прокрутилось немало, но все они выглядели поверхностными и необоснованными. Если не смешными. Он даже начал беспокоиться. Шут его знает, кого представляет этот майор. В милиции сейчас разных личностей полно, разных оборотней, недаром на всех углах трубят про ментовскую коррупцию.

– Скажу честно, Никандрыч, – детектив, кажется, решил раскрыть карты, – ты мне нужен как большой знаток леса. Как следопыт. И надо будет нам прогуляться по бережкам этого пруда, все прощупать, пронюхать, потрогать… Обследовать, как свою собственную квартиру. А без тебя мне с таким делом не справиться. В лесу я плохо ориентируюсь.

Сингапур облегченно вздохнул. Похвала детектива, что и говорить, льстила. Хотя всех вопросов не снимала.

– Я вместо Дерсу Узала, выходит, – усмехнулся он и переспросил: – А что искать-то? И не лучше ли кого-нибудь из местных на это дело подписать? Лесника, к примеру. Он-то уж точно поможет.

– В том то и дело, что нельзя, – возразил Ковалев, – про нашу задумку никто не должен знать, особенно местные. Вчера в деревне Раздельная, она по ту сторону леса находится, трое бандитов захватили заложников. Не знаю, каким образом они будут выбираться из деревни, но вполне возможно, что через лес к шоссе, по которому мы приехали.

– Нашим маршрутом, выходит, – уточнил Сингапур и предположил: – Если так, то они пойдут через плотину. Есть же у пруда плотина?

Детектив усмехнулся. Слишком просто, чтобы бандиты пошли через плотину. Не дураки, понимают, что этот вариант милиция наверняка учтет и без внимания не оставит.

– Нет, Никандрыч, через плотину они не пойдут, – уверенно заметил Вадим, – слишком прямолинейно. Они пойдут через пруд.

Про засаду десантников детектив умолчал.

– Через пруд? – засомневался Сингапур. – В такую стужу? После такой ванны они дуба дадут, пока до шоссе доберутся. Или там есть переправа?

Разговор наконец-то приблизился к самому важному моменту. Теперь Сингапур догадался о своей истинной задаче, чем не преминул поделиться. Пусть майор лишний раз убедится в его способностях.

– Значит, искать будем переправу. Переправа, переправа, берег левый, берег правый, – продекламировал Сингапур и без улыбки добавил: – В кустах искать непросто. А, Михалыч?

Он заметно успокоился, если вспомнил стихотворение Твардовского. Повеселел, осознав свою значимость в ожидаемом мероприятии.

– Непросто, – согласился детектив, – о маскировке бандиты наверняка позаботились, насчет этого можно не сомневаться. Но в этом и кроется интерес, чтобы их перехитрить. И пусть они думают, что их загадка для нас неразрешима. Мы думаем иначе. Верно? Иначе бандиты уйдут, а этого нельзя допустить.

Сингапур со вздохом подтвердил:

– Ясное дело. Только раз на раз не приходится. Вон сколько преступлений не раскрывается…

– Для этого мы сюда и приехали, – жестко заметил детектив, – чтобы все раскрывалось.

Кажется, они действительно приехали. До леса, правда, оставалось еще метров сто, но «Нива» пробиралась уже сквозь молодой березняк, выросший возле старого леса. В нескольких местах аккуратными рядами виднелись полусгнившие соломенные кучки, напоминая, что совсем недавно тут простирались поля, колосились зерновые, кипела уборочная страда. А несколько лет назад новоявленная плеяда ученых агрономов прикинула, что сельское хозяйство в этих краях нерентабельно, и одним росчерком пера остановила все полевые работы. Раз и навсегда, потому что лет через пять молодой березняк заматереет и уже не даст себя выкорчевать. Он и сейчас, резво заполоняя недавние поля, будто норовит напомнить людям, вчерашним хлеборобам, что природа не терпит пустоты.

– В таком молодняке обычно грибов полно, – поделился Сингапур, нетерпеливо озираясь из машины, – косой коси. И не опята какие-нибудь, а «красноголовые» да подберезовики. Не червивые, молодые, один к одному. Красота… Вот за грибами я бы сюда приехал. А, Михалыч?

– Можно и за грибами, – кивнул Ковалев и остановил «Ниву» в густом кустарнике. – Все, Никандрыч, приехали. Дальше пойдем пешком. Доставай свои удочки…

Пока Сингапур доставал удочки, Вадим по его примеру тоже переобулся в резиновые сапоги и, не выходя из машины, облачился в непромокаемый плащ. Теперь совсем другое дело, теперь можно углубиться в любую чащу. Детектив хоть и плохо ориентировался в лесных дебрях, но представление о пребывании в осеннем лесу имел. Тем более в