Мертвое озеро. Возвращение - Керри Райан

Она перестает отбиваться и широко распахивает глаза:

– В каком смысле? Они не в доме?

В моей голове гремит эхо выстрелов. Паника не дает мыслить здраво, но я подавляю ее. У нас есть план на подобные ситуации. Мы проговаривали его тысячу раз. Если в доме возникает угроза, дети должны запереть двери спален, проверить, что снаружи все чисто, и бежать сломя голову. Очень надеюсь, что Коннор поступил именно так и что сейчас он на полпути к дому Изи Клермонта. Отец Кец – ветеран Корейской войны, он не даст Коннора в обиду.

И тут из-за угла доносятся звуки борьбы. Появляется троица вооруженных мужчин – они тащат четвертого. Это Сэм. Его футболка – еще недавно белая – порвана и залита кровью, клетчатые пижамные брюки в грязи. Руки за спиной скованы наручниками.

– Сэм! – кричу я.

Он бросает на меня взгляд, и я втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы. У него из носа течет кровь, на щеке кровавый след. Один глаз распух и заплыл. Все внутри меня так и рвется к нему: огладить, ощупать, проверить, нет ли переломов.

Словно почувствовав это, Сэм качает головой. Велит держать себя в руках. «Коннор?» – одними губами произношу я, не желая, чтобы остальные вокруг слышали.

Сэм отвечает, тоже одними губами: «В порядке».

От облегчения у меня подкашиваются ноги. Выстрелы, которые мы слышали раньше, видимо, не достигли цели.

Тут к общему шуму присоединяется еще один голос, на этот раз женский, властный и гневный:

– Какого дьявола тут творится?

Это Кеция. Она запыхалась от подъема по подъездной дорожке на девятом месяце беременности, но старается этого не показать.

Мне остается лишь возблагодарить Господа.

Она врывается в царящий вокруг нас хаос, упирая руки в бока, с таким суровым лицом, что невольно обращает на себя внимание. Оценивает ситуацию, быстро пробегая взглядом по мне и Ланни, – убеждается, что с нами все в порядке, – после чего щурится на Сэма. Чертыхается себе под нос и кидается к нему:

– Иисусе, Сэм! Ты как?

Он с трудом держится на ногах, но в ответ говорит:

– Лучше не бывает.

– Он продолжал бежать, когда ему приказали остановиться, – объясняет один из копов, удерживающих Сэма.

– Да, оказывал сопротивление при аресте, – встревает второй в оправдание применения силы.

Ноздри Кец угрожающе раздуваются, губы кривятся в презрительной усмешке. Она трясет головой, потом разворачивается и видит мужчину-танка, стоящего поблизости. Кец явно его узнает.

– Дженкинс! Не потрудишься объяснить, что это такое? – Она обводит рукой наш двор – полдесятка полицейских машин, скорую и вертолет над головами.

– К нам поступил звонок. Несовершеннолетняя девочка в опасности, – отвечает тот.

– Что именно сказал звонивший?

– Мужчина и женщина, проживающие по этому адресу, торгуют своей дочерью. Тот, кто это сообщил, утверждал, что давно присматривал за домом, собирал доказательства, но сегодня услышал крики и призывы о помощи, а потом выстрел.

Кец высоко задирает бровь:

– И вы ему сразу поверили?

Дженкинс переступает с ноги на ногу:

– Он надежный источник.

– Кто? – требовательно спрашивает Кец.

Он не отвечает, говоря вместо этого:

– У нас были причины считать, что в доме применяют насилие, и обстоятельства требовали немедленного реагирования.

– Угу… А тебе не кажется, что это как-то слишком?

Теперь бровь задирает уже Дженкинс.

– Ты когда-нибудь бывала в тире с этими двумя? – спрашивает он, кивая на нас с Сэмом. – Все знают, что они вечно вооружены до зубов. И оба склонны к насилию.

Кец раздраженно фыркает:

– Ты ведь в курсе, что надо сразу предупреждать меня, если по этому адресу что-то происходит?

Он пожимает плечами:

– Ты разве не в декрете?

Кец проводит ладонью по лицу:

– Да брось ты, Дженкинс? Ты разве не слышал про подставы? Если б ты мне позвонил, я объяснила бы, в чем дело, и ты сэкономил бы кучу времени и денег налогоплательщиков.

Он сердито зыркает на нее:

– Я не полагаюсь на удачу. Тем более когда речь заходит о детях, а Сэма Кейда и так подозревают в убийстве.

– Ну, на девочку ты посмотрел, с ней всё в порядке. Правда же, Ланни? – Ее последние слова обращены к моей дочери.

– Если не считать, что эти уроды меня дико перепугали, а одна обезьяна вытащила из собственного гребаного дома посреди гребаной ночи, то да.

Я замечаю, как один из копов кривится от ее слов, и подавляю желание улыбнуться. Ланни всегда была бесстрашной – особенно с представителями власти.

Кец кивает:

– Значит, дело сделано. Очистите территорию. Вы закончили.

– Нет, мэм, – возражает Дженкинс, качая головой. – Сэм Кейд задержан за сопротивление при аресте. Мы этого так не спустим.

– Он еще и на офицера напал, – добавляет коп, держащий Сэма, и поднимает руку. Костяшки пальцев у него ссажены – очевидно, в процессе избиения моего партнера.

– Это плохая идея, Дженкинс, – предупреждает Кец.

Он натянуто улыбается:

– Здесь командуешь не ты. – Потом поворачивается к своим людям: – В машину его!

– А с ней что? – спрашивает коп рядом со мной.

Дженкинс мерит меня взглядом. Задираю подбородок и гляжу на него в ответ. Если он надеялся, что я спасую перед его напором, то напрасно. Я не уступлю. Тем более такому ублюдку.

Он машет рукой:

– Отпустите ее.

Коп рядом со мной удивленно переспрашивает:

– Ты уверен?

– Неохота возиться с лишними бумагами, – фыркает Дженкинс.

На мне расстегивают наручники, и в тот же миг Ланни хватает меня в объятия. Следующая – Кец; она обвивает меня руками, и я обессиленно приникаю к ним обеим.

– Изи прислал сообщение, – шепчет Кец мне на ухо. – Коннор у него, в безопасности.

У меня царапает в горле от слез облегчения. С признательностью киваю ей. Она прижимает меня крепче:

– Ты в норме?

Я не доверяю своему голосу и снова киваю, хотя не уверена, что это правда. Я уже ощущаю последствия адреналинового шока: конечности тяжелеют, к глазам подступают слезы. Несколько раз сглатываю, пытаясь вновь обрести контроль, прежде чем отпустить ее.

– Поверить не могу, что какой-то урод позвонил копам со своими погаными выдумками, а нам взломали дверь и вытащили из постелей посреди ночи! – выпаливает Ланни. Она страшно зла. Злость выносить куда проще, чем страх.

– Кажется, я знаю, кто им позвонил, – замечает Кец. – Видела один из пикапов Бельденов на вашей дороге у подножия холма. Я слишком торопилась к вам, чтобы притормозить и заглянуть, кто там внутри. Но не думаю, что Бельдены выбрались бы из дома в такое время без серьезной причины.

– Хочешь сказать, если б не знали, что намечается