Мертвое озеро. Возвращение - Керри Райан

дом несколько часов простоял открытым. Я достаю пистолет из сейфа в багажнике универсала, а Сэм берет в пикапе свой. К двери он идет первым, низко пригнувшись и напружинившись, я – за ним.

Сэм оглядывается на меня и поднимает три пальца. Жду, пока он по очереди загибает их, после чего ступает внутрь. Мы быстро, но методично проверяем дом: заглядываем под каждую кровать, в каждый шкаф, даже на чердак. Убедившись, что никто не прокрался к нам и не устроил засаду, Сэм заходит в убежище и берет оттуда сканер устройств слежения. Проходит с ним по дому, медленно сканируя полы, стены, потолки и мебель. Закончив, показывает мне большой палец. Никаких скрытых камер и микрофонов, слава богу. Только после этого я позволяю себе опуститься на стул в кухне. Ставлю локти на стол и запускаю пальцы в волосы.

– Почему все должно быть так сложно? – вопрошаю вслух, измотанная донельзя.

– Будь все легко, разве оно того стоило бы?

– О да!

Сэм улыбается, и только тогда я понимаю, что он шутил. Я рада минутной передышке – моему сердцу нужен отдых после такого напряжения.

– Нам надо перепрограммировать сигнализацию, – говорю Сэму. – Полицейские знают старый код – еще поделятся им с кем-нибудь…

Поморщившись, Сэм присаживается на стул напротив меня.

– Думаю первым делом съездить в хозяйственный магазин и купить новую дверь, прежде чем тот, кто нас подставил, решит проявить больше креатива или жестокости.

– Это были Бельдены, – говорю я ему. – Кец практически уверена. Она видела один из их пикапов, припаркованный на дороге к нашему дому.

Лицо Сэма мрачнеет.

– Они слишком далеко зашли. Подбросить в почтовый ящик змею или выбить мне в машине стекла – одно дело. Но этой ночью копы открыли стрельбу. Коннор мог пострадать.

От этой мысли меня начинает тошнить.

– Кец сказала, что еще раз поговорит с Джаспером. Мы можем заявить на них за клевету, но вряд ли это их остановит.

– Не остановит. Если бы Бельдены тревожились насчет закона, то не нарушали бы его с таким упорством. – Сэм качает головой. – Нам придется подойти к вопросу творчески. Иначе никак.

– Что ты предлагаешь? – Хотя я сама горю желанием развязать с Бельденами войну и отстоять свое право жить здесь, в последнее время мы и без того достаточно воевали. И перемирие было бы очень кстати.

Прежде чем Сэм успевает ответить, у меня жужжит телефон – пришло сообщение.

ТЕЙЛОР

Ты, похоже, была занята

Дальше следует ссылка на новостной сайт. Щелкаю на нее, внутренне подбираясь, – могу представить себе, что там найду. Конечно же, это фотография Сэма, сделанная сегодня ночью: руки в наручниках за спиной, голова наклонена, коп усаживает его в патрульную машину. Выше, крупными буквами, заголовок: «Подозреваемый в убийстве обвиняется в торговле детьми».

У меня ноет в желудке.

– Что такое? – спрашивает Сэм.

Не хочется показывать ему статью, но будет только хуже, если он наткнется на нее сам. Ощущая подкатывающую тошноту, поворачиваю телефон к нему экраном. Сэм берет его у меня и начинает читать. Я соскальзываю со стула и иду к кофеварке. Мне срочно нужен кофеин. Заварив свежую колбу, я пододвигаю кружку по столу к Сэму. Он все еще смотрит в экран телефона, и на его щеках гуляют желваки. Спина напряжена, будто Сэм готов взорваться, но не может позволить себе выплеснуть гнев, кипящий внутри.

– Мы попросим Кец или кого-нибудь из участка сделать заявление, – говорю ему. – Отправить его в новости и потребовать опровержения. Пригрозим иском, если они будут упираться.

Он толкает телефон по столу ко мне:

– Вот только технически в заголовке все верно. Меня правда подозревают в убийстве. И меня хотели обвинить в секс-трафике. Пусть даже все это чушь собачья. Правда никого не интересует. Люди верят в то, во что хотят верить.

– Если не заставить их поверить во что-то другое, – возражаю я.

Он пожимает плечами. Я вижу, как боевой дух постепенно покидает его. Нельзя этого допустить! Надо, чтобы Сэм оставался сильным.

Я вспоминаю слова Мэдисон возле полицейского участка Ноксвилла – пока мы храним молчание, нашу историю пишут другие. Пускай мне не хочется это признавать, но в чем-то она права.

– Может, нам нужно пересмотреть отношения с прессой, – осторожно говорю я.

Сэм фыркает:

– Нет уж, спасибо.

Я не удивлена, что он так быстро отказался от предложения. В прошлом я поступила бы так же. Однако, возможно, кое-что придется изменить. Мой терапевт часто повторяет цитату из Генри Форда: «Если всегда делать то, что всегда делал, будешь всегда получать то, что всегда получал». Но то, что мы всегда делали, не работало. Хейт в интернете в наш адрес стал еще сильнее. Он не спадает. Наоборот, только растет.

– Я серьезно. Нам нужно нечто большее, чем заявление. Что-то, что привлечет внимание людей.

– Если ты не заметила, никто не торопится защищать предполагаемых преступников. Все думают, что дыма без огня не бывает. От нас дым идет во все стороны. И потом, ты что, забыла Хауи Хэмлина?

При упоминании этого имени я вздрагиваю. Конечно, я его не забыла. Больше десятка новостных программ обращались ко мне за интервью после того, как я убила Мэлвина, и я согласилась пойти на шоу Хауи Хэмлина только после многократных заверений, что он не будет отклоняться от тем, которые мы заранее обговорили. Но меньше чем через минуту после начала интервью он загнал меня в ловушку. Вызвал Миранду Тайдуэлл, которая, по сути, обвинила меня в пособничестве Мэлвину. Я сбежала со съемок. Это была моя последняя попытка пообщаться с прессой. Я поклялась, что никогда больше на это не соглашусь.

И вот теперь, спустя почти три года, меняю свое решение…

– Люди не захотят меня слушать, Гвен, – добавляет Сэм. – Им нравится видеть в себе подобных самое худшее. Тут ничего не поделаешь.

Но я не хочу с этим мириться. Не теперь, когда надо думать не только о нас двоих.

Я медленно вращаю на столе кружку с кофе, наблюдая за тем, как в воздух поднимается пар. Кружка горячая, и ее трудно держать. Мне вспоминаются аргументы Мэдисон возле полицейского участка в Ноксвилле.

– Это нечестно по отношению к детям.

Сэм кривится, но я продолжаю:

– Я нашла у Ланни целую коробку писем о приеме в колледж. Стэнфорд, Беркли, Смит, Принстон. Лучшие университеты по всей стране. Она подавала туда документы втайне от нас. Завела отдельный абонентский ящик, чтобы мы не узнали.

Сэм поражен не меньше, чем я, когда наткнулась на письма. Боже, да я до сих