Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

сказала Филлида и заметила, как мистер Слоуп буквально дернулся в ее сторону. Стерев с лица удовлетворенную улыбку, она продолжала: – Пока все беседуют за рюмочкой шерри и я знаю, что в моих услугах нет нужды, ведь напитки разливает мистер Доббл, я гуляю одна среди гардений и флоксов, их аромат пьянит и будоражит.

После этих слов Слоуп перестал досаждать Филлиде, дав ей возможность изучить руки всех находившихся в комнате мужчин, кроме рук мистера Баджли-Родса, которого Филлида исключила из списка подозреваемых по причине толстых пальцев, и мистера Макса (он и так не попал в список). К своему великому сожалению, Филлиде пришлось исключить из черного списка и самого Слоупа, поскольку теперь она по личному опыту знала, что его пальцы слишком короткие, чтобы принадлежать изысканной кисти, ласкавшей волосы мистера Мустарда…

– Миссис Брайт, у вас еще остались взбитые сливки? – спросила миссис Хартфорд. – Мы с Полом просто наесться не можем ваших булочек! Пожалуйста, передайте поварихе искреннюю благодарность от нас обоих, – Амелия Хартфорд пыталась держаться как ни в чем не бывало, но после яростного дневного скандала это было нелегко. Глаза ее еще слегка опухли от слез, и разговор не соответствовал обычной холодно-элегантной манере.

Они с мужем сидели рядом на кушетке, наверняка желая дать остальным понять, что мимолетная ссора миновала и в семье снова воцарился мир. Их отливающие золотом головы – ее темно-русая и его, подобная полированному золоту, – склонились друг к другу, будто они и сейчас обменивались сердечными тайнами. Филлида заметила, что мистер Хартфорд нежно взял жену за руку, будто хотел поддержать ее.

Филлида не обнаружила на его руке с тонкими, длинными, изящными пальцами, ни одного кольца. Вот черт! Так похоже на руку на фото, но без перстня сказать точно невозможно.

Руки мистера Гримсона все время ходили ходуном: он то вертел носовой платок, то подносил его к губам, то смахивал несуществующие пылинки с пиджака… Филлида специально принесла ему кофе сама, но из-за этих бесконечных суетливых движений рассмотреть его руки хорошенько не смогла.

Мистер и миссис Девайн сидели вместе на другой кушетке, что было весьма нетипично. Хотя эти красавцы никогда на людях не ссорились, наоборот, общались друг с дружкой тепло и нежно, она никогда раньше не замечала, чтобы они сидели или даже стояли рядом. Интересно, какое отношение такое изменение в поведении имеет к утренней сцене, когда Тана Девайн отправилась утешать любовницу мужа?

Руки Джеффри Девайна были столь же красивы, как и остальные части его тела, и Филлида не могла вычеркнуть его из списка – он вполне мог быть изображен на фото. Вот только по снимку не очень понятно, насколько смугла на руках кожа – ведь на них могла упасть тень… Как жаль, что не существует цветных фотографий!

Она вздохнула. Ни одного перстня (впрочем, к этому разочарованию Филлида была готова: во-первых, все в жизни дается непросто, а во-вторых, она достаточно внимательна, чтобы запомнить кольцо на руке, если оно попалось ей на глаза раньше) и три кандидатуры.

Жаль, что у нее нет с собой фотографий – можно было бы сверить с оригиналами. Черт! Надо было попросить оставить фото себе. И почему бы констеблю и инспектору самим не заявиться к ним и не провести опознание? Возможно, они и хотели это сделать, но почему ни словом не обмолвились и так и не приехали в Маллоуэн-холл?

Ей-богу, этих полицейских вообще не понять – как они умудряются раскрывать убийства при такой странной манере расследования? Хорошо еще, она сама этим занялась, а то и фотографий они бы не нашли. И где они сейчас, интересно знать? Понятно теперь, с чем сталкивались и Пуаро, и Шерлок, когда дело доходило до правоохранительных органов.

Вздохнув, она принялась убирать чайную посуду. Скоро, очень скоро она все поймет… и все же, несмотря на ее уверения Брэдфорду, до полной разгадки еще далеко!

А через несколько часов ей предстоит сражение с Тадди Слоупом в наполненном цветочными ароматами саду.

Глава 25

– Гнусное дело, я вам скажу, – проговорил Доббл, поднимая глаза от лежавших перед ним записей и подавляя желание пригладить на макушке своей лысой головы давно несуществующий вихор. – Два убийства, знаете ли, и оба за одни сутки.

– Не этого я ожидал, когда переехал в деревню, – сухо подтвердил Брэдфорд.

– Конечно, это, скорее, исключение из правил, обычно тут тихо, – дворецкий выдавил натянутую улыбку.

– Надеюсь, что это так.

– Пожалуйста, садитесь, – этот очень высокий и крупный человек, возвышавшийся над Добблом на две головы, начинал действовать ему на нервы. Неплохо было бы ему постричься, хотя характеру этого невежи вполне соответствует его буйная шевелюра.

Они сидели в кабинете мистера Доббла, просматривая список запчастей для хозяйских автомобилей, которые заказал для покупки Брэдфорд. Через открытое окно в комнату проникал приятный свежий ветерок, приносивший с разбитых под окнами клумб ароматы душистого горошка и гардений.

За расставленными в горшках гардениями и зарослями душистого горошка, на другой стороне зеленого газона, засаженного декоративными мхами и ползучим миртом, блестел под солнцем усыпанный белыми лилиями пруд, в котором плескались золотые рыбки. Этот прелестный пейзаж всегда радовал глаза Доббла и заставлял забыть о несправедливости того факта, что его кабинет находится в полуподвале, а гостиная миссис Брайт – на первом этаже.

Когда Брэдфорд попросил о встрече спустя всего лишь два дня после приезда, мистер Доббл не знал, чего ждать. Он совершенно не разбирался в новомодных механизмах, поэтому втайне был страшно рад, когда мистер Макс предложил кандидатуру приятеля своего брата Джошуа Брэдфорда в качестве шофера и автослесаря. «Конечно, он грубоват, людей не любит, – сказал тогда мистер Макс, – но работник отменный и в двигателях разбирается, как сам Господь Бог». Так и вышло.

Конечно, Доббл не мог отказать своему подчиненному в аудиенции и теперь разглядывал список покупок и их цены, на первый взгляд казавшиеся вполне разумными, не понимая их назначения. Впервые за все время работы Харви Доббл почувствовал себя неандертальцем. Неприятное чувство, надо сказать, а от ироничного взгляда сидевшего на стуле напротив широкоплечего, смуглого мужчины ему хотелось поежиться и втянуть голову в плечи. Тут Доббл строго напомнил себе, что это он – начальник Брэдфорда, а не наоборот, и поэтому у него нет никаких оснований смущаться.

– Мне нужно свериться с бюджетом, хотя на первый взгляд я не вижу оснований для отказа в ваших покупках, – произнес, наконец, Доббл, вволю наглядевшись на каракули шофера. – До тех пор, пока вы будете держаться в пределах выделенных средств и чинить автомобили к