Книга мертвых - Валерий Георгиевич Шарапов

Все же я просчитался. Думал, меня возьмут живым, чтобы выяснить, что мне известно, а только потом закопают. Но тут взыграли амбиции, обиды и месть. Адский коктейль.

— Ну если ума нет, то давай! Давай! — Я энергично кивнул два раза.

«Утиный нос» расплылся в гаденькой улыбке, продлив миг торжества. И нажал на спусковой крючок…

И рухнул с дыркой в тупой башке, так и не дожав палец до выстрела…

Без остановки прозвучали еще два громких выстрела. Оставшиеся два налетчика рухнули, как подкошенные, получив пробоины от пули калибра 7,62 миллиметра.

Я резко вздохнул — только что был на миллиметр от смерти. И выжил. Повезло, как всегда. Дуракам вообще везет. А запасы дурости во мне неистощимы — иначе не полез бы головой в этот капкан.

Между тем баюкающий руку Букинист перевернулся и довольно резко потянулся к оброненному бесшумному пистолету.

Я ринулся вперед и отшвырнул игрушку ногой.

— Не дергайся, книголюб! Если еще одну пулю не хочешь, — произнес я, нагибаясь над телом «утиного носа» и подбирая его оружие.

— Не хочу. — Букинист присел, прислонившись спиной к ножке столика, и лицо его мучительно скривилось. — Пуля — это больно. И излишне мучительно.

Он дернулся, потянувшись зубами к воротнику своей рубашки.

Я не успел. Хотел броситься вперед, но понял, что опоздал.

— Яд спокойнее. Тишина, — прошептал Букинист, аккуратно укладываясь спиной на доски пола, будто собирался задремать, и уставившись в потолок. — Нега…

Яд был не моментального действия, как цианид, но сомневаться в его эффективности и необратимости не приходилось.

— Ну ты дурак! — воскликнул я. — Ты же проиграл, книга у меня!

— Это вы все проиграли. А я успел передать главное.

— Кому, когда?

— Успел… Живи долго. И пусть тебя до глубокой старости это гнетет… Механизм запущен. Карты у нас на руках… И ты… Ты… Ты ничего не смог предотвратить, чекист…

Глаза его закрылись. Дыхание участилось. Судорога.

Все, готов.

Я отвернулся от него, взял книгу и провел пальцами по серой шершавой дешевой обложке, на которой красный рабочий перековывал голубые мечи на орала.

И все же непонятно — Букинист блефовал? Или действительно успел скинуть информацию? А черт его знает!

Но его последние слова засели во мне артиллеристским осколком, который никогда не извлечь. А если им правда все удастся? Тогда к чему все — я, моя война, моя якобы могущественная и всевидящая организация, да и все государство рабочих и крестьян? Куда нас поведут «пастухи»? И сможем ли мы этому противостоять?..

Глава 53

В общем, шло все вроде бы и по плану, а окончилось совсем не по плану. Я рассчитывал хоть кого-то взять живым. Но не получилось. Это самый тонкий момент в операции — взять живым, и чаще всего тут ниточка и рвется.

Удивительно вообще, как у нас все вышло. Слишком много строилось на легких, как воздух, предположениях, а также на допусках с лапоть размером.

В сложившейся неопределенной ситуации у меня возникла грандиозная мысль — решить разом все. Получить книгу, пленить Букиниста и ликвидаторов с бесшумным оружием. Как? И вот тут появился изящный план.

Понятно было, что из нашей организации информация не просто утекает, а утекает в считаные мгновения. Но при изящной игре подобная уязвимость может стать инструментом.

Нечто подобное мы обговаривали с Добрыниным. Поэтому капитан не удивился, когда ему позвонили и незнакомый голос, на самом деле принадлежащий Бурлаку, сообщил:

— Букинист сейчас в Еловом.

И в двух словах изложил, где это, как добраться, а потом произнес требовательно:

— Доложите руководству…

Руководству доложили. После этого внештатной группе зачистки незамедлительно прилетел приказ — фигурант на месте, привести его и представить пред очами заказчика. Не на Лубянку, конечно, а в какой-нибудь законспирированный подвал, где кровь легко смывается.

Бурлак вернулся со станции. Сказал, что сообщение передал, на той стороне все поняли, уяснили и будут работать. Теперь оставалось ждать — нагрянут ликвидаторы или нет.

В поселок вела единственная дорога, через вечно забитый железнодорожный переезд, где можно простоять полчаса. Туда я и направил железнодорожника с простой инструкцией: видит забитую людьми «Победу» желтого цвета — тут же сообщает нам.

Выдали ему для связи две ракеты. Зеленая означала, что появились те, кто нужно. Красная — что к нам пожаловала настоящая группа захвата МГБ на нескольких машинах. Я знал, как она будет выглядеть, на каком транспорте, о чем уведомил моего соратника.

Гости могли, конечно, обратить внимание на ракету, которая зачем-то украсила небо при их появлении. Но вряд ли их это остановило бы. Мало ли кто пуляет сигнальными ракетами. После войны их столько на руках осталось, что до сих пор не расстреляли…

Ракета взмыла вверх зеленая. Это означало, что приближаются ликвидаторы. И мне пора действовать.

Я перевел дыхание и отправился к Букинисту. Зачем? Да так. Переговорить. Перекинуться парой слов. И проконтролировать ситуацию изнутри.

Расчет строился на том, что, наткнувшись на меня, ликвидаторы с радостью возьмут в плен. У их куратора наверняка накопилась ко мне масса вопросов. И кто мог подумать, что здесь вмешается личное, притом так вмешается, что они нарушат приказ?

Когда я понял, что сейчас меня пристрелят, пришлось идти на крайние меры. Два моих кивка означали для того, кто смотрит на нас в снайперский прицел, сигнал — ликвидировать цели.

Бурлак засел на заранее присмотренной точке на водокачке, откуда дом Букиниста был как на ладони, а застекленная веранда просматривалась и простреливалась насквозь. Веранда была идеальным тиром. Вот только мне нельзя было уходить в глубь дома ни при каких обстоятельствах, чтобы всегда оставаться в поле зрения.

Тайные каратели. Их сила в том, что они в тени. На свету они становятся мишенями. И Бурлак из самозарядной снайперской винтовки Токарева за три секунды снял троих. А потом выцелил и четвертого, стерегущего периметр.

Снайпера лучше Бурлака я не видел. И он продемонстрировал, что не растерял былых навыков. А я опять по тонкой веревке, почти ниточке, прошел — между жизнью и смертью.

В итоге у нас в наличии гора трупов. Книга «Союз Спасения 16». И вечный вопрос — как жить дальше?

Можно, конечно, было оставить на месте все как есть. Но массовое убийство, стрельба. Сюда слетятся все, кто только можно — МГБ, МВД, прокуратура. Начнется масштабное расследование… А может, и замажут все втихаря — мол, не было ничего. Но проверять не хотелось. Поэтому с телами надо было что-то делать.

Не грех воспользоваться нашим фургоном