Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

физически, и все чувства, которые она когда‑либо испытывала к Люку, снова оживают. Конечно, на лице у него прибавилось морщин, и волосы уже не такие темные. Но он выглядит почти прежним. Это все еще Люк.

– Боже, Микки, – говорит он, – я и не думал, что ты так сильно разбилась. Прости… за все это.

– Ничего страшного, – отмахивается она. – Выглядит хуже, чем есть на самом деле.

Она врет. Ей пришлось принять две таблетки обезболивающего на улице. Болит так же ужасно, как выглядит.

– Я очень рад, что ты здесь, – говорит он.

– Я тоже рада, – отзывается Микки. – Боже, как такое вообще могло случиться?

Он пожимает плечами:

– Не знаю. Честно, не знаю.

Микки делает глубокий вдох.

– Люк, я здесь просто для поддержки. Первым делом…

– …Мне нужно нанять адвокатов. Я знаю. Ты виделась с Роуз?

– Собираюсь туда после тебя. Ее как раз приведут в сознание.

– Приведут в сознание? Что это значит?

– Ей дали сильное успокоительное. Очевидно, она впала в душевное расстройство, когда мертвое тело забирали с виллы.

Люк обхватывает голову руками.

– Мы должны позаботиться о ней, Микки. Роуз пережила травмирующий опыт, и она в ужасе. Я знаю, что его родственников не назовешь образцовыми гражданами. Думаю, Роуз боится, что теперь они на нее ополчатся.

Микки отрицательно качает головой.

– Я помню, что ты говорила по телефону, – продолжает он, прежде чем Микки успевает перебить, – будто бы Кевин не появлялся дома годами. Но вдруг его родственников это устраивало, потому что они сами приняли такое решение? Однако никому другому не позволят причинить ему вред.

– Люк. Остановись.

Он смотрит на Микки. Люк на грани нервного срыва, понимает она. И ей страшно, что следующие ее слова станут последней каплей.

– Извини, – говорит Люк. – Здесь больше нечем заняться, кроме как думать. С тех пор, как я попал сюда, я уже мысленно проиграл все наихудшие сценарии. Знаешь, что я понял сегодня утром? – Он фыркает. – Почему я так хорош в своем деле. У меня талант предугадывать наихудшие из возможных инвестиций и выбирать безопасный маршрут.

Микки кивает.

По ее мнению, он выбрал худшую из возможных инвестиций.

– Ты выполнила то, о чем я тебя просил? – спрашивает он.

Микки хватается за предложенную возможность сменить тему.

– Я глаз не спускаю с этой штуки, – говорит она, думая о чипе, который в эту самую минуту приклеен скотчем к резинке ее трусов. – Полагаю, там куча денег. Сколько?

– Двадцать миллионов фунтов, – отвечает Люк.

Рот у Микки округляется в изумлении.

– Ну, хотя бы не придется беспокоиться о том, как мне расплатиться с адвокатами, – усмехается она. – С ума сойти, Люк! И давно ты владеешь такими деньжищами? Ты ведь не был богат, когда мы с тобой познакомились.

Люк поджимает губы, и Микки не может разгадать выражение его лица. Охренеть, осеняет ее. У него были двадцать миллионов, когда они познакомились! И при этом он водил «форд-эскорт».

Они пили в захудалых пабах. В основном потому, что не хотели светиться, но все же.

– Люк, может, ты расскажешь, каким образом скромный консультант по пенсионным инвестициям заработал такую кучу денег? – спрашивает она.

Люк краснеет, и лицо у него снова становится почти нормальным.

– Расскажу, – говорит он, – когда‑нибудь. Но сначала надо рассказать Роуз. Я скрывал это от нее.

– Твоя жена не знает, что у тебя на счету двадцать миллионов?

– Она знает, что я богат. Но не знает, что настолько.

– Значит, она вышла за тебя не из-за денег.

Люк раздраженно взглядывает на Микки.

– А что? – парирует она. – Сколько времени вы знакомы – девять, десять месяцев? Такое бывает сплошь и рядом.

– Знаю, – говорит Люк. – Но это я не давал ей проходу, Микки. Она не хотела иметь со мной ничего общего.

– Она позволяла тебе так думать.

Люк качает головой.

– Ты ошибаешься, – уверяет он. – Я и так живу в достатке. Просто на то, что зарабатываю. Роуз знала об этом. Она работает учительницей за жалкие гроши. И с самого начала знала, что я обеспечу ей роскошный образ жизни. Знала с первого вечера, когда побывала у меня дома, но по-прежнему не хотела со мной связываться. Мне пришлось долго ее уговаривать.

Микки все еще сомневается. И появление Роуз в жизни Люка из ниоткуда, и их скоропалительная свадьба спустя полгода при таком раскладе внезапно обретают смысл.

Но затем мысли возвращаются к предыдущему факту. Она понятия не имела, что Люк владеет такими деньгами, а ведь считала, будто знает о нем все.

И если даже Микки не догадалась, то Роуз и подавно.

– И каковы мои шансы? – спрашивает Люк. – Я знаю, что говорят полицейские, но это была самооборона, Микки. Дэвидсон явился с намерением причинить нам вред. Он был в нашей спальне…

– Люк, послушай меня.

Он замолкает. Вероятно, по тону понял, что Микки собирается сообщить ему нечто очень серьезное.

– Я влип? – спрашивает он.

Она смотрит на Люка. Голос как у напуганного маленького мальчика, и это он еще понятия не имеет, с чем ему предстоит столкнуться.

Нужно срывать пластырь одним рывком.

– Люк, человек, которого ты убил, – не Кевин Дэвидсон.

Лондон

Апрель 2022

Внезапные ливни, так называют дожди в апреле. Подразумевая, что они начинаются и заканчиваются неожиданно.

Роуз напоминает себе об этом, идя домой с работы; она уже промокла до нитки, но с каждой минутой становится хуже, потому что ливень не прекращается в течение часа.

Когда она закончила работу и размышляла вслух, стоит ли подождать автобус или пойти домой пешком, Энн-Мэри сказала, что это всего лишь внезапный дождичек и позже Роуз скажет себе спасибо, что прогулялась, вместо того чтобы потеть в спортзале.

Отличный выбор, саркастически думает про себя Роуз. Теперь она не только прогулялась, но и искупалась перед вечерним чаем.

Телефон лежит в сумочке, но сумка плотно прижата к боку, поэтому Роуз чувствует вибрацию от полученного сообщения.

Четвертого со вчерашнего дня.

До этого Люк звонил все выходные. И оставлял голосовые сообщения. В последнем сказал: «Не хочу показаться сталкером, просто мне надо знать, что я сделал не так».

Ты не сделал ничего плохого, Люк, думает она. Просто ты – это ты, а я – это я.

Она вздыхает. Внешне можно притвориться, что во всем виновато предостережение кузины Люка Рейны. Или посещение могилы в Хайгейте в выходные – ощущение, которое всегда возникает при виде знакомого имени на надгробном камне.

Но она знает, что настоящей причиной разрыва стал тот вечер, когда они впервые переспали. Все произошло именно тогда. Она поняла, что влюбилась, и