Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

И сам Кевин Дэвидсон. Она чувствует, что он следит за ними, за Микки, Роуз, Люком и Нейтаном. Он повсюду, и вдруг Микки разговаривает с ним, совершенно спокойно, спрашивая, почему он гоняется за Роуз.

Он очень любезно объясняет, что просто хочет забрать Роуз домой.

«Пообещай, что больше никогда не ударишь ее», – требует Микки из сна.

Кевин кивает. Он не будет бить Роуз. Он будет хорошим.

Но тут Микки слышит крик.

Во сне она пытается понять, где кричат. Она знает, что спит, и приказывает себе проснуться, но тело не подчиняется. Она продолжает думать, что бодрствует, но затем понимает: нет, это все еще сон.

И он наполнен ударами, грохотом и криками «прекрати».

Кошмар заканчивается так же быстро, как и начался, погружая Микки в еще более глубокий, тревожный сон.

Наступает утро, и Микки просыпается, глядя на стену рядом с кроватью. Мочевой пузырь готов лопнуть, а ноздри наполняют запахи Карибского острова: цветы, благоухающие во дворе на утреннем солнце, аромат свежей выпечки и кофе.

Она хмурится из-за непривычных ощущений в теле. Микки всегда встает под утро, чтобы сходить в туалет. В ней есть встроенные биологические часы, которые иногда сводят с ума. Пять утра, и она встает, а потом снова ложится на два часа, надеясь опять заснуть.

Микки тянется к телефону на полу и видит время на экране.

Девять часов утра.

Не может быть, думает она.

Обернувшись, она видит пустую кровать Роуз.

Микки садится. Тело необычно вялое, чего с утра с ней не бывает.

Встав с кровати, она идет в ванную.

Роуз там тоже нет.

Только не говори мне, что пошла завтракать одна, думает Микки. Мозги как в тумане, но одна мысль ясна: нужно срочно пописать.

Она садится на унитаз.

И пока сидит на нем, терзаясь от смутной тревоги и беспокойства, ее вдруг как током ударяет.

Она вспоминает ночной кошмар.

И туман в голове рассеивается.

Микки опорожняет мочевой пузырь со скоростью света, споласкивает руки под краном и выбегает из туалета.

Цепочка, на которую она закрыла дверь номера вчера вечером, по-прежнему на месте.

Замок все еще заперт.

Изнутри.

Роуз не выходила через дверь.

Микки крутится на месте и осматривает пустую комнату.

Затем смотрит на окно, и до нее долетают свежие запахи с улицы.

Открыто.

Не разбито. Не взломано. Открыто!

Его открыли изнутри.

Это Роуз открыла окно.

– Твою мать, – шепчет Микки вслух.

Она думает о вчерашнем вине. Об официанте, которого видела у своего стола, и как его лицо показалось знакомым. О том, как Роуз собралась в туалет прямо перед тем, как появился этот официант, и какой нервной она выглядела, когда вернулась.

Кто из них это сделал, официант или Роуз?

В вино Микки подмешали наркотик.

Ей следовало с самого начала довериться чутью.

Роуз замешана в этой мошеннической схеме.

Роуз обманывает Люка Миллера.

Донегол

Конец сентября. Эллиот напоминает себе об этом факте, когда едет за рулем по дороге, огибающей парк Гленвей. Он направляется к Эрриголу, в сторону отдаленной рыбацкой деревни, где вся власть сосредоточена в руках семьи Дэвидсон.

Но с учетом потоков дождя, заливающих лобовое стекло, в сочетании с унылой серостью неба, погода больше напоминает середину декабря.

Он внимательно следит за овцами на пустынной дороге.

Мужчина, у которого он арендовал машину, предупредил, что ехать надо осторожно. По-видимому, длинная дорога, отсутствие других машин и ровная болотистая местность вокруг имеют тенденцию убаюкивать водителей ложным чувством безопасности.

Несколько автомобилей в год съезжают с дороги из-за бродячих овец, и Эллиоту не хочется валяться в кювете и ждать помощи в этой несусветной глуши.

Он пытается как-то проанализировать информацию, которую узнал о семье Дэвидсон, и сопоставить ее с тем, что видит во время этой поездки.

У Эллиота не так уж много связей в криминальном мире, но он знает, как войти в даркнет, и просто невероятно, сколько можно там узнать, если задать нужным людям правильные вопросы.

Дэвидсоны – рыбаки, богатые и влиятельные, – как выяснилось, поставляют в Европу значительную часть всех оборачивающихся там наркотиков через Северное море, используя свою маленькую родную деревню в качестве базы.

Теперь, реально находясь здесь, Эллиот понимает, как работает географическое положение на пользу этой закрытой, анонимной семье.

А если говорить точнее, думает он, то кому, черт возьми, придет в голову искать в такой глуши настоящую преступность?

Он только вчера приехал в Ирландию, но уже добрался до контактов Микки и сам завел несколько полезных знакомств через собственных осведомителей. Его пункт назначения – паб в рыбацкой деревне, где он встречается с женщиной, которая раньше работала в челночном бизнесе Дэвидсонов. Она, по-видимому, сильно встревожена, но Эллиот угадал ее цену правильно. Женщина, как и многие до нее, хочет эмигрировать в Соединенные Штаты. Ей не просто нужны деньги: ей нужна помощь с визой, которую почти невозможно получить.

К тому времени, как Эллиот добирается до деревни, он уже подсчитывает, сколько времени займет обратная поездка в Леттеркенни, главный город Донегола и место нахождения его отеля. Не хочется возвращаться в темноте. Эллиот привык ездить по улицам, залитым электрическим светом. У него уже болит голова от сосредоточенности на пустынных, совершенно неосвещенных дорогах – из-за этого и оттого, что Нана звонит каждый час, потому что ей не нравится идея, что брат путешествует через, как она ее называет, землю ковбоев.

Честно говоря, для Наны любое место за пределами Лондона соответствует этому описанию.

Быстрый обед в пабе и разговор с нужной женщиной, а затем Эллиот уберется отсюда.

Дождь все еще льет как из ведра, и главная улица деревни безлюдна. Поселение расположено на вершине холма, который спускается к Атлантическому океану, и Эллиот видит гавань у его подножия. Никаких лодок сейчас там нет, но, как он полагает, они скоро вернутся.

Рядом с гаванью стоит большой склад. На нем крупными буквами написано: «Дэвидсоны. Рыбный промысел».

Теперь Эллиот рад ненастью. Меньше народу вокруг, меньше людей смогут его увидеть. Остаться незамеченным вряд ли удастся – с момента приземления в Ирландии он видел от силы пяток людей черной расы, – поэтому только к лучшему, что у него не слишком большая аудитория.

Едва открыв дверь паба, он понимает, что именно здесь и собрались буквально все жители.

Как по команде, они поворачиваются, чтобы посмотреть на чужака, и сердце у него замирает.

Блин компот! Немного