Кровный омут - Наталия Лирон

– Хорошо.

– Я серьезно. Если соберешься уйти из своей богадельни, – она не стесняется говорить при монахине, – позвони.

Сестра Макрина с удивлением встает из-за прилавка.

– Тебе пора, – мне становится неловко.

– Да уж точно, – кривится Тоня и берется за ручку тяжелой двери. – Ты хоть не болей тут, – толкает ее всем весом и делает шаг за ворота. – Пока.

Слезы подступают к глазам – увидимся ли мы вообще когда-нибудь?

– И ты не болей, – едва успеваю сказать я ей вдогонку. И крещу в закрытые двери: – Пока, сестра.

Часть 3

Глава 15

Пять лет назад

Звезды через пустые глазницы вываливаются из темного черепа ночи – минуты медленные, как мерзлая недвижная смола. Я хочу домой. Просто – домой, к маме. У меня давно нет ни дома, ни матери, и я так скучаю. Мысль перескакивает – хоть бы все остались живы после пожара в монастыре. Как там матушка Агафия?

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную… Господи Иисусе Христе…» Губы шепчут мантрой вечную молитву… «Господи…»

Телик немного помогает отвлечься, «забить эфир», но через час бесконечного мелькания картинок меня физически начинает тошнить, в глазах рябит, и голова наливается тяжелой болью. Нажимаю на кнопку пульта, и экран милосердно гаснет, снова оставляя меня в пустоте боли и надежды. «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий…»

Измученное сознание выключается в восьмом часу утра, когда весь мир бодро чистит зубы, собираясь на работу. Смутно, будто через пелену в коротком сне, я вижу своего длинного Федьку на кухне с чашкой кофе в руках и наушниками на голове – он смотрит новости стоя, опираясь на угол стола, и слегка улыбается, когда я вхожу в дверь.

И тут я просыпаюсь с ошпаренными глазами и больным комом в груди.

За шторами бледнеет утро.

Первым делом я схватила телефон – сообщение от Варвары:

«Здравствуйте, Софья Максимовна, в любой момент могу к вам подъехать, если нужно».

Надо бы сказать, чтобы перестала называть меня по имени-отчеству, а то звучит как-то нелепо.

От Сергея ничего. Я чуть с ума не сошла, но писать ему не стала – он знает, что я волнуюсь, а значит, без толку его торопить.

День ворочал медленными лопастями, пока я то снова засыпала, то пялилась в телик, бесцельно переключаясь с канала на канал, пробовала изучать присланные помощницей квартиры, то ходила за продуктами – хлебом, сыром и водой.

Телефон зазвонил почти в восемь вечера.

– Привет, – я очень ждала его звонка.

– Привет. – По голосу я поняла, что он не один. – Сегодня не смогу надолго, но нужно увидеться. Сможешь ко мне подъехать?

– Да. Куда?

– Петроградка.

– Скинешь адрес? – Я уже надевала ботинки.

– Такси не вызывай – встанешь, весь город стоит. Езжай на метро, – отрывисто говорил Сергей, – тебя встретит Варвара и проведет ко мне.

– Хорошо. Выхожу.

Только садясь в метро, я поняла, что на мне нет верхней одежды, и вспомнила, что выбросила грязный разодранный пуховик в мусорку.

Какая сейчас погода? Мозг будто отключился – конечно, я помнила, что сейчас зима, но насколько холодно – понятия не имела. Оттепель или тридцатиградусный мороз? Наверное, что-то среднее?

Выйдя на Петроградской, я пыталась понять это, но так и не смогла – все чувства притупились и спрятались, и я просто осознала, что не чувствую температуры на улице. Совсем.

Нужный адрес я нашла быстро. Не новое, но хорошо отреставрированное здание, на фасаде красовалась строгая табличка: «Финансово-консалтинговая группа».

Варя меня встретила на крыльце:

– Здравствуйте, Сергей Григорьевич вас ожидает.

– Здравствуйте, – я кивнула девушке, – спасибо.

За большой деревянной дверью в кабинете внушительного размера Сергей Григорьевич сидел за столом в сером строгом костюме, голубой рубашке и темно-бордовом галстуке. Я даже слегка растерялась, с трудом узнав в этом солидном бизнесмене моего фехтовального дружочка Серегу Рамаря, с которым мы тискались сумасшедшим влюбленным летом под грибком.

– Э-э… привет.

Он невольно окинул меня взглядом – темно-синие джинсы и черный, уже в затяжках свитер – очень унитарная одежка.

– Привет, – он тут же радушно улыбнулся, – проходи, садись.

Я подошла ближе, но осталась стоять:

– Даже не знаю, как к тебе обращаться теперь.

– Ой, да ну тебя, – Сергей рассмеялся, – завязывай. Обычно я так тоже не хожу, но сегодня с утра была важная встреча, так что пришлось.

– Сереж… – Мне хотелось услышать все, что он узнал.

– Погоди. – Он снял трубку стационарного телефона и нажал пару кнопок. – Вань, зайди ко мне. Да, по нашему вопросу. Ага, сейчас, – трубка клацнула, и Сергей уставился мимо меня в стену, устало моргая, – че-т замаялся я сегодня, – перевел взгляд на меня. – А ты как?

– Гм… – Я не знала, что ответить, чувствуя, как плечи сковывает странная стеснительность. Не привыкла я видеть его таким. – Спала плохо. Точнее, почти вообще не спала.

– Охотно верю, – он вздохнул, – сейчас придет Ванька и все нам расскажет.

– Ванька? – не очень поняла я.

– Ага…

Короткий глухой стук в дверь.

– Заходи! – громко крикнул Сергей.

В кабинет вошел совершенно лысый приземистый человек с папкой в руках. Лет пятидесяти или чуть моложе, одетый в костюм, но без галстука. Пара верхних пуговок белой рубашки были расстегнуты. Круглые щеки, небольшие глазки и нос картошкой – типичный деревенский босяк в безупречно сидящем на коренастой фигуре пиджаке. Сергей привстал и пожал человеку руку:

– Рад тебя видеть.

Мужчина покосился на меня вопросительно.

– Это Софья, мой старинный друг, и дело это – ее дело. Так что можно, а точнее нужно, говорить полностью открыто. Степень доверия относительно этого дела – сто процентов. – Сергей посмотрел на меня: – А это Иван Васильевич Вереняк – руководитель службы безопасности и наш надежный друг.

– Ну уж и Васильевич сразу, – широко улыбнулся лысый мужчина, тут же обнажив симпатичные ямочки на щеках.

– Ладно, просто Иван, – кивнул Сергей.

Иван аккуратно протянул мне руку:

– Очень приятно.

– Взаимно. Можно просто по имени?

– Да-да, конечно.

Я непрерывно смотрела на папку.

– Разговор будет долгим? – уточнил Сергей.

– Гм… – задумался Иван, – зависит от обстоятельств, может, за час управимся.

– Тогда пошли в глухую переговорку, а Катюша нам чай или кофе организует, – Сергей встал.

– С конфетами, – неожиданно совершенно по-детски улыбнулся Иван, – и печеньем.

– А как же!

– Если честно, дело странное и мутное. – Иван открыл папку.

В комнате без окон стояли несколько столов с настоящей травой, будто растущей из центра стола. Мы сели за один из них – небольшой, на четверых.

Я чуть пододвинулась,