Большой плохой город - Эван Хантер

«Скажешь такое публично — получишь кучу гневных писем от музыкантов и их поклонников.»

«Надеюсь, что нет», — сказал Браун и обернулся, чтобы посмотреть через плечо. «Мне кажется, — спросил он, — или эта «Хонда» едет за нами уже полчаса?»

«О чём ты говоришь?»

«За нами. Маленькая зелёная «Аккорд» (с 1976 по 1989 годы выпускался как компактный автомобиль, затем как средне размерный — примечание переводчика)».

Карелла посмотрел в зеркало заднего вида.

«Я не заметил», — сказал он.

«За рулём чернокожий мужчина.»

«Значит, он разыскиваемый преступник, да?» — сказал Карелла.

«Следующий поворот налево», — сказал Браун.

«Я знаю.»

Он повернул на следующем повороте. Дом Брауна был третьим по счёту. Он остановился перед ним. Маленький зелёный «Аккорд» проехал мимо. Браун пристально посмотрел на него, а затем вышел из машины.

«Увидимся завтра», — сказал Карелла.

«Хочешь зайти выпить?»

«Мне нужно забрать деньги за наркотики из Риверхеда.»

«Скажи им, чтобы мои прислали по почте».

«За ту защиту, которую мы им предоставляем, они должны отправить их курьером.»

«Уже нет никакого уважения», — сказал Браун, улыбнулся и закрыл дверь со своей стороны. Карелла ответил улыбкой и уехал.

Фрэнк Джирарди потерял обе ноги в телевизионной войне Джорджа Буша, которая, по словам генералов и политиков, характеризовалась точечными ударами и практически отсутствием жертв с обеих сторон. Джирарди был ранен в ходе манёвра Первой кавалерийской дивизии в Вади-аль-Батин, и теперь он работал за компьютером в своей маленькой квартире в Калмс-Пойнт, адресуя конверты для любой фирмы, которая была готова платить ему за эту утомительную работу.

«Причина, по которой вы получаете так много писем с рукописными адресами, заключается в том, что многие люди не знают, как оформлять конверты на своих компьютерах. Я создаю файлы с адресами для различных компаний, а затем распечатываю конверты на своем принтере и отправляю их обратно курьером. Я получаю десять центов за конверт. Неплохая работа.»

Джирарди выглядел лет на двадцать с небольшим. Каждый из детективов был старше его лет на десять. Они внезапно осознали, что у них есть ноги, а у Джирарди их нет. Они пришли сюда, чтобы выведать у него адрес Лесли Блайдена, но было немного сложно применять силу к человеку, сидящему в инвалидном кресле.

«Я спросил, есть ли вознаграждение», — сказал Джирарди, — «потому что я считаю, что оно мне положено, не так ли? Я получил пулевые ранения в том, что было, по сути, нефтяной войной, и я считаю, что моя страна мне что-то должна, не так ли?»

Мейер не счёл уместным сообщать Джирарди, что городской полицейский департамент — это не его страна. Они пришли сюда, готовые предложить то, что они дали бы любому полицейскому осведомителю, — сумму от ста до тысячи долларов, в зависимости от ценности информации. Они взяли эти деньги из секретного фонда полицейского участка, происхождение которого было неясным, но в полицейской работе мелкие детали часто упускались из виду, и главное было выполнить работу. Перед тем как он и Клинг покинули полицейский участок, Мейер выписал тысячу долларов стодолларовыми купюрами. Если эти деньги изначально принадлежали наркоторговцу, а теперь использовались для покупки информации, которая приведёт к убийце, это было достаточным оправданием, чтобы не задавать вопросов.

Проблема, однако, заключалась в том, что Джирарди не был грязным мелким информатором, который продал бы своего брата-убийцу за чашку кофе и пончик. Джирарди был героем войны. Человеком, удостоенным Пурпурного сердца и Медали Почёта (высшая военная награда США — примечание переводчика). Герою войны нельзя было предлагать грязные деньги наркоторговца в обмен на информацию. Нельзя было и давить на него. Нельзя было сказать: «Ладно, Фрэнк, ты хочешь, чтобы мы ещё раз взглянули на открытое дело об ограблении продуктового магазина?» Нельзя было торговаться. Нельзя было сказать: «Пока, Фрэнк, эта хрень не стоит больше ста баксов.» Этот человек был героем войны.

«Послушайте», — сказал Мейер, — «мы не хотим вас оскорблять...»

«Меня оскорбляли профессионалы этого дела», — сказал Гирарди.

«Как я уже сказал вам по телефону, за это дело вознаграждение не предусмотрено. Но мы готовы дать вам деньги из своего кармана...»

«Чушь», — сказал Джирарди.

«Как бы то ни было. Поверьте, мне стыдно. Человеку, который так много сделал для своей страны, я бы хотел предложить больше. Но всё, что мы можем, — это тысяча.»

«Я приму столько», — сказал Джирарди.

Глава XIII

Проблема заключалась во всём этом фоне.

Арендодатель Блайдена рассказала им, что видела, как он выходил из здания около шести тридцати вечера. По её словам, он обычно шёл в «Макдональдс» (крупнейшая в мире сеть ресторанов быстрого питания — примечание переводчика) на соседнем квартале, чтобы перекусить. Насколько она знала, он делал это каждый вечер. Мистер Лесли Блайден был человеком привычек.

На вывеске над входом было написано, что здесь продано миллиарды гамбургеров, но Мейер считал, что это заниженная оценка. В четверть седьмого вечера в тот понедельник заведение было переполнено посетителями, а снаружи стояли машины. Они не имели чёткого представления о том, как выглядел Блайден, потому что ФБР ещё не прислало его фотографию из военного удостоверения. Всё, что у них было, — это его описание, сделанное девять лет назад, когда он поступил на службу. Они также знали, что с тех пор он лишился мизинца на правой руке.

Эта информация не очень помогла им, когда они убили Лесли Блайдена, который, как оказалось, был человеком по имени Лестер Блиер, разыскиваемым в штате Аризона за почтовое мошенничество и проживавшим в этом городе под близким к настоящему псевдонимом почти два года, что, возможно, объясняло его паническую реакцию в субботу. Новые данные несколько смягчили общественный резонанс по поводу того, что четверо вооружённых и бронированных полицейских детективов застрелили невиновного человека в его собственной кухне. Но только несколько. Почтовое мошенничество воспринималось общественностью как своего рода джентльменское преступление, далёкое от вооружённого ограбления или изнасилования. Нельзя было просто так застрелить человека, который был объявлен в розыск за почтовое мошенничество в Меса, штат Аризона. Это был утончённый город, где не ожидалось, что полицейские будут вести себя как варвары.

Была большая вероятность, что в этот душный вечер понедельника общественное недопонимание может усилиться. Автомобили, выстроившиеся в очередь у окна автозаказа, толпа внутри, ожидающая своей очереди, чтобы сделать заказ, или сидящая за столиками и с удовольствием поедающая еду, составляли то, что