1991 - Франк Тилье

— Большинство этих предметов я купил у Теодора Хардина, брата Гарри Гудини. Я встретил его в Массачусетсе в 1935 году на съезде; я был еще молод и тоже занимался эскапологией, на своем скромном уровне. Мы стали хорошими друзьями. Однажды, оказавшись в затруднительном положении, он решил продать коллекцию своего брата. Я был там и, без сомнения, совершил сделку своей жизни. Сегодня это оборудование не имеет цены. Меня постоянно просят выставить его в музее, но оно не покинет этого места.

Рядом с серией катушек с фильмом, в котором снимался венгерский фокусник, стояли всевозможные ящики с надписями: - Поддельный ящик, - Стальной ящик, - Прибитый ящик»... Они прошли мимо гигантского колеса пыток, на котором еще были видны веревки, и Флоранс вспомнила, как Элен Лемар была привязана к стойкам кровати. Ее беспокойство усилилось. Она чувствовала себя запертой, пленницей этого нереального места.

Рафнер остановился перед «Чудодейственным молочным кувшином, - который был выше его роста, и указал на большую рекламу, приклеенную к перегородке справа.

- По всей логике, ваша пара ведет сюда, — утверждал старик, стоя перед местом, где еще несколько лет назад находилась китайская пагода пыток. - У меня остался только этот плакат.

И та, кто может открыть вам дверь в тайну, — это, безусловно, Цирцея.

— Цирцея?

— Женщина-иллюзионистка, с которой я впервые познакомился около пяти лет назад в пригородном зале. Она была чрезвычайно талантлива. Впечатляющие знания в области магии, плавные и точные жесты. Ее техника быстрой смены костюмов была потрясающей.

Быстрая смена костюмов... Как Артуро Брачетти, подумала полицейская. Она видела этого парня с торчащей вверх прядью волос по телевизору во время последнего конкурса Евровидения, который переодевался из смокинга в гала-платье быстрее, чем можно чихнуть.

— Цирцея тоже была очарована Гудини, она знала о нем все, — объяснил Рафнер. — Когда я подошел к ней после представления и представился, она бросила мне вызов: если я оставлю ее на неделю в этой комнате с едой и спальным местом, то по возвращении она откроет мне секрет пагоды. Единственное условие: я ни в коем случае не должен был входить в комнату до истечения срока. Она мне сразу понравилась, поэтому я принял ее на слово. Я даже дал ей глупое обещание, что если она разгадает механизм пагоды, я подарю ее ей. Я думал, что не рискую ничем, конечно. Никто еще не смог этого сделать.

— Но она смогла...

— Да. Как ни невероятно это может показаться, эта юная волшебница, появившаяся из ниоткуда, победила машину. Она превзошла всех, кто пытался до нее, и преодолела все опасности, которые это влекло за собой. Естественно, я был в отчаянии от того, что должен был выполнить свое обещание, но счастлив, что эта великая иллюзия оказалась в руках тех, кто обеспечит ей продолжение. Гудини будет жить вечно.

Он вздохнул.

— Этот гроб из металла и стекла — адская ловушка, которая может убить, если не уметь с ней обращаться. Мы с Цирцеей — единственные люди в мире, которые знают, как он устроен...

Его голос дрожал от ностальгии. Флоренс задалась вопросом, какие странные отношения могли сложиться между стариком и этой Цирцеей среди всех этих дьявольских устройств. Наверное, нужно будет выяснить это в 36-м, когда Рафнер придет давать показания.

— Я не очень понимаю вашу историю, — добавил он, — но Цирцея тесно связана с пагодой. Возможно, она та, кого вы ищете.

Инспектор кивнула. По всей вероятности, убийца знал волшебницу. Было ли это взаимно?

— Кто сегодня знает, что Цирцея владеет пагодой?

— Все наше сообщество, конечно. Многие специалисты по Гудини тоже. Коллекционеры... Одним словом, куча людей!

— А как настоящее имя Цирцеи?

— Не знаю, к сожалению. Для меня она всегда была волшебницей из греческой мифологии.

— Есть хотя бы идея, где я могу ее найти?

— Я встретил ее в последний раз в Блэкпуле. Насколько я понял, она живет в Париже и выступает два-три раза в неделю в Millionnaire, бывшем Strip... Она показывает номера, которые не требуют много оборудования, сцена слишком мала для шоу...

Это место было хорошо известно полиции, особенно отдела по борьбе с проституцией. Кабаре в 8-м округе, где сменяли друг друга стриптизерши, неизвестные фокусники и цирковые артисты, держали бывшие работники Пигаля. Несмотря на довольно высокий уровень заведения, здесь нередко можно было встретить сутенеров, сводниц и барышниц.

— Цирцея очень талантлива, но так и не пробилась, — с грустью продолжил он. — В конце концов, ее перестали брать. Надо сказать, что ее номера особенно мрачны.

— Например?

— Например, она возродила номер с женщиной, разрезанной пополам, в настолько кровавой версии, что зрители верят в настоящий несчастный случай. Некоторые не выдерживают и уходят из зала. Цирцея не умела заставлять зрителей мечтать, как это должен делать иллюзионист. Жаль, она могла бы стать великой, но ее мрачность взяла верх. Сегодня, чтобы заработать на жизнь, ей не остается ничего другого, как ограничиваться классическими трюками, которые не вызывают особого восторга. Так уж получилось...

Флоренс в последний раз посмотрела на фотографию пагоды, которую так хотела увидеть вживую. Эта машина ее очаровывала.

— Она не может использовать пагоду, чтобы добиться успеха?

— Пагода непригодна для использования. Она слишком тяжелая, весит почти тонну из-за стекол. К тому же она очень опасна. Она старше меня, ее механизмы уже не надежны.

— Как она работает?

— А, это... Ни за что на свете я не раскрою вам этот секрет. Разве что под принуждением.

— Возможно, вас к этому вынудят. Кто знает?

Глаза собеседника пронзили ее. Ей было трудно выдержать его взгляд. Чтобы сохранить самообладание, она вручила ему повестку с просьбой как можно скорее явиться в управление. Затем они поднялись наверх. Она глубоко вздохнула, когда наконец вышла на свет. Это было тяжелое испытание...

Возвращаясь в поезд, инспектор размышляла над всем, что рассказал ей Рафнер. Она вспомнила мрачные картины Дельфи Эскремье, кошмарный характер ее работ. Была ли и она, как и другие, жертвой Андре Эскремье? Была ли она на фотографиях обнаженных детей? Стала ли она новой жертвой Метикулезного?

Тайна сгущалась, но Флоранс знала, что вскоре она получит ответы на все эти вопросы. Нужно было только встретиться с Цирцеей.

47