Воды возле Африки - Влада Ольховская

Но на границе жара и свежего воздуха он вдруг услышал испуганные крики девчонок:

— Кто-нибудь видел Эдика? Где Эдик?!

— А Фил где?

— Они оба не выбрались! Помогите, кто-нибудь!

Где Фил — Фил как раз знал. А вот Эдик… Вышел он или нет? Если бы вышел, его бы увидели, сейчас никто убежать не смог бы, все дымом надышались. Фил старался вспомнить, разбудил он хозяина вечеринки или нет… Да, разбудил и на ноги поставил, но не проследил, куда Эдик направился дальше. Варианты были, он мог пойти в другую сторону, а там выхода нет!

Филу не хотелось идти и проверять. Огонь охватил псарню до самой крыши, маленький домик превратился в печь. Кто вообще добровольно заходит в печь? Только полный идиот, который совершенно не ценит свою жизнь!

Он подумал об этом — и все равно вернулся. Не потому, что не ценил себя, жить Филу хотелось отчаянно, так, как никогда раньше. Но при этом он не мог пустить в память новых чудовищ… Там уже жили изуродованная смертью Оля и укоризненно наблюдающий за ним окровавленный сосед. Фил не хотел, чтобы к ним добавился еще и изъеденный огнем Эдик.

При этом он не поддался эмоциям, он сделал для себя и Эдика все, что мог. Фил набрал полную грудь воздуха там, снаружи, смочил лицо и одежду в ведре с водой, предназначенной для собак. Да, наспех, но — хоть так! Стало чуть легче, и все же он знал, что у него в запасе пара минут, не больше.

Так ведь этого достаточно! Псарня совсем маленькая, он догадывался, где искать, поэтому Фил даже не сомневался: у него все получится. Дым застилал мир вокруг него непроницаемой стеной, но вблизи, на расстоянии шага, многое можно было разглядеть. Например, Эдика, который уже упал на четвереньки и никак не мог откашляться.

Фил не стал ничего объяснять ему, не было ни смысла, ни времени. Он с силой, которой сам от себя не ожидал, заставил Эдика подняться на ноги, толкнул вперед, к выходу. Вид у хозяина вечеринки был совсем ошалелый — то ли принял больше, то ли окончательно потерял связь с реальностью из-за жара. Плевать! Всего пять шагов, должно получиться… Ладно, отсюда — семь, но это тоже выполнимо.

Он вел Эдика перед собой, чтобы этот придурок обкуренный никуда больше не свернул. Когда впереди появился заветный прямоугольник двери, Фил с силой толкнул своего спутника в спину, чуть ли не швырнул в безопасность, освободил путь себе…

Но ему это уже не помогло. Он ни в чем не ошибся, ни разу не замедлился, ему просто не повезло. Казалось бы: высшие силы должны вознаградить Фила за его подвиг, за готовность жертвовать собой ради других!

Однако даже если некие представители высших сил наблюдали за ним в этот момент, впечатлены они не были. Полыхающая крыша обрушилась вниз, погребая Фила под собой до того, как мальчик добрался до спасения.

Глава 16

Время выбора

Время выбора уже прошло. Пётр не был уверен, что принял исключительно правильные решения, но сомнения сейчас казались бесполезными, все равно ничего не переиграешь. Врачу только и оставалось, что делать свое дело.

Он помог всем, кто к нему обратился — в основном с мелкими травмами. Некоторые приходили жаловаться, и на них у Петра попросту не было сил, но таких с яростью атакующего бурундука отгоняла Катя. С ней пытались спорить, напоминая, что она, вообще-то, обслуживающий персонал, а они, вообще-то, уважаемые клиенты! Катя парировала это заявлением, что она уволилась под влиянием обстоятельств, обслуживать никого не будет и на правах частного лица кое-кому еще и под зад даст. На этом скандалы обычно заканчивались.

Усталость последних дней не просто догнала Петра — свалилась на него лавиной. Он пытался вспомнить, когда спал последний раз, и не мог. В таких обстоятельствах сон казался чем-то непозволительным, чуть ли не блажью. Казалось: вот все закончится, тогда и можно отдохнуть! Хотя врачу следовало бы помнить о том, что с собственным телом можно договориться лишь до определенного предела, не получив то, что нужно, оно попросту отключается.

Сейчас он как раз был близок к этому. Ханс снова забылся тяжелым, беспокойным сном. Посидеть с ним неожиданно вызвалась та азиатка, Джессика. Она даже схватила его за руку, хотя Пётр терпеливо объяснил ей, что это по большей части бесполезно.

— Ему от этого не легче, — признал он.

— Я знаю, — слабо улыбнулась Джессика. — А мне легче.

Когда скандалы завершились, пассажирам пришлось принять тревожное ожидание. Они затаились, укутались в тишину. Многие позволили себе сон, и Пётр решил последовать их примеру, больше он ничего сделать не мог.

На преимуществах, положенных лидеру, он особо не настаивал, но одним из них решил сделать личную спальню — или нечто подобное. О подсобке, в которой хранился ноутбук, он остальным не рассказывал, опасался в ответ услышать, что ноутбуки необходимы в первую очередь детишкам, которым в стрессе крайне полезны игры. Подсобное помещение оставалось его маленькой тайной, ему хотелось хоть немного побыть одному…

Но неожиданно не получилось. До двери-то он добрался незаметно, да и в подсобку скользнул быстро, беззвучно. Просто выяснилось, что там уже кто-то есть.

Катя дожидалась его, мерно раскручиваясь на стуле, как ребенок, который готовится к возвращению взрослых. Увидев его, она широко улыбнулась, спрыгнула на пол. Пётр улыбку не вернул, он как раз нахмурился:

— Как ты здесь оказалась?

— Я наблюдательная! А ты неосторожный: дверь заметила не только я, пришлось поубивать парочку любопытных граждан, чтобы не лезли!

— Что-то я не заметил трупов у двери.

— Убрала же, чтобы не привлекли других стервятников!

— За массовое убийство спасибо… наверно, — хмыкнул Пётр. — Но теперь ты не могла бы покинуть помещение? Живой. Или тебе именно здесь отдохнуть хочется? В принципе, я могу поискать другое место для сна…

— Не надо ничего искать, — отмахнулась Катя. — Что ты, людей не знаешь? Они сейчас успокоились, их разум жаждет пищи. Только ты заснешь, а тебя тут же разбудят, чтобы узнать у доктора, не является ли прыщ на попе симптомом проказы!

— Так ты уходишь?

— Я сюда пришла не для того, чтобы дрыхнуть. Я искала тебя, так что уход любого из нас становится бессмысленным.

— А чего ты хотела? — устало спросил Пётр. — Тоже какой-нибудь симптом проказы показать?

— Показать — да. Но не симптом.

Он ожидал, что это шутка —