Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь

– В детективах мотивов у преступника может быть сколько угодно, – сказал Хуянь Юнь. – Только в реальности цель всегда одна: заставить полицию думать, что произошло самоубийство. Но тут шесть трупов, и о самоубийстве не может быть и речи. Значит, цель у убийцы следующая…

Го Сяофэнь насторожилась, глаза округлились, она ловила каждое слово – ждала, что сейчас Хуянь Юнь скажет нечто такое, что сдвинет расследование с мертвой точки.

Но вместо этого Хуянь Юнь произнес:

– Убийца хотел, чтобы полиция поверила, будто это закрытая комната.

Го Сяофэнь со злости отключила вызов. Вот дурень, и правда напился! Она ждала ценную подсказку, а он поиздеваться решил!

Тут мобильник завибрировал. Девушка подумала, что это Хуянь Юнь, уже собралась высказать ему все, но, взглянув на экран, увидела сообщение от Ма Сяочжуна:

«Срочно в госпиталь полиции: Хао Вэньчжан спасен!»

3

Спасение Хао Вэньчжана, если разобраться, стало возможным благодаря Го Сяофэнь.

В тот самый миг, когда Лэй Канмэй рухнул на землю, Го Сяофэнь разглядела лицо нападавшего в окне микроавтобуса. Внутри, сжимая бейсбольную биту, сидел высокий мужик со шрамом у глаза. Она вспомнила: после похищения Хао Вэньчжана администратор гостиницы говорил, что счет в тот день оплачивал как раз похожий мужчина.

Когда подоспел Ма Сяочжун, Го Сяофэнь сказала, что сама позаботиться о профессоре Лэе, а ему велела догнать нападавших. Ма Сяочжун всегда любил погонять – коллеги шутили, что ему впору представлять городской отдел полиции на чемпионате «Формулы–1». Он рванул вперед, пролетев по улицам, практически настиг микроавтобус – и наверняка бы их поймал, если бы не переезд, где полицейский запоздал всего на секунду, и добыча успела проскочить прямо перед носом у мчащегося состава.

Несмотря на это, из-за яростного преследования водитель микроавтобуса потерял управление и, петляя по улицам, врезался в дерево в районе Сихуанчжуан; водитель с нападавшим бросили машину и сбежали. Ма Сяочжун тут же поднял весь личный состав и приказал прочесать местность. Выследить сбежавших не удалось, зато в запертом на железный замок заброшенном складе нашли Хао Вэньчжана – едва живого…

Когда Го Сяофэнь добралась до госпиталя, Хао Вэньчжан все еще был в реанимации.

– Как он? – спросила она.

Лицо Ма Сяочжуна помрачнело, глядя на него Го Сяофэнь почувствовала, как в груди нарастает дурное предчувствие.

Полицейский тяжело вздохнул.

– Все плохо: сухожилия на ногах перерезаны, ребра перебиты, рот, нос, уши забиты засохшей кровью. Тело – сплошная рана… Врачи говорят, может не выжить.

Сяофэнь стояла оглушенная и долго-долго молчала. Наконец, она еле выдавила:

– Он… он ничего не сказал?

– По дороге в больницу, еле ворочая языком, пробормотал, что те, кто его похитил, снова и снова спрашивали, кто первым сообщил ему о происшествии. Кто велел ему написать, что шестеро умерли из-за зеркала пяти элементов. Вэньчжан молчал – его избивали. Представляешь, все равно не сдался. Еще и улыбался, когда рассказывал. Ты бы видела: весь в крови, вместо лица сплошное месиво, а он смеется и говорит, что не выдал источник… Сердце разрывается. – Ма Сяочжун замолчал, потом добавил: – Я уже послал людей за его женой, но путь туда-обратно из провинции займет часов шесть-семь… Не знаю, успеет ли он увидеть ее в последний раз.

– Это дело рук компании «Цзяньи»! – закричала Го Сяофэнь. – Почему полиция до сих пор не арестовала этих подонков?!

Ма Сяочжун понимал, что девушка на грани срыва, поэтому взял ее за руку и попытался успокоить.

– Сяо Го, послушай меня. Послушай! У нас нет ни единого доказательства, что за похищением и пытками Хао Вэньчжана стоят люди из компании «Цзяньи». Полиция продолжает искать нападавших. Как только возьмем их, вытащим на свет и того, кто за всем стоит!

– Лао Ма, – пробормотала Сяофэнь, – знаешь, я ведь до этого подозревала, что настоящий убийца в деле «Хупаньлоу» – Хао Вэньчжан…

– Что? – Ма Сяочжун вытаращил глаза. – С чего ты взяла?

– Ты ведь не работал в редакции, – ответила она. – Не представляешь, как печатаются газеты. Возьмем, к примеру, «Северную городскую газету» – вечернее издание. Крайний срок сдачи материалов – полдень в день выхода номера. По моим сведениям, пресс-конференция Чу Тяньина в Хулинцзы началась ровно в полдень двадцать пятого октября. Значит, даже если бы редакция захотела напечатать сообщение в тот же день, это физически невозможно. Любая статья вышла бы только утром двадцать шестого. Тогда как получилось, что статья Хао Вэньчжана – причем немаленькая – оказалась на второй полосе «Северной городской газеты» двадцать пятого октября?

– Э-э, ну… – замялся Ма Сяочжун. – Он же вроде говорил, что старый знакомый, участвовавший в осмотре места преступления, слил ему сведения.

– Все равно не сходится по времени, – покачала головой Го Сяофэнь. – В статье Хао Вэньчжана слишком много выводов и заключений. А на осмотре следователи, криминалисты, судмедэксперты – каждый занят своим делом, ни у кого нет времени подводить итоги. Значит, такая информация могла появиться только во время совещания по делу или после него. Я спрашивала Чу Тяньина: совещание закончилось в 11:40, затем сразу началась пресс-конференция. Между ними всего двадцать минут. Даже при самой бешеной скорости работы за двадцать минут выспросить подробности и написать статью – невозможно.

– Понял! – воскликнул Ма Сяочжун. – Этот старый знакомый наверняка заранее набрал Хао Вэньчжана, и тот слушал на протяжении всего совещания, вот и успел записать!

– Это же не пресс-конференция, а внутреннее совещание, – покачала головой Го Сяофэнь. – Если речь идет о пресс-конференции, то достаточно взять за основу готовый пресс-релиз и написать по нему материал. А на совещании – сплошные споры, версии, догадки. Если бы ты был журналистом и получил возможность подслушивать, писал бы по ходу или дождался конца, чтобы понять суть?

Ма Сяочжун растерялся.

– Тогда… тогда как же это объяснить?

– Я обратилась к редактору Лао Чэню из «Северного утреннего вестника», – сказала Го Сяофэнь. – Утреннее и вечернее издание выпускает одна редакция. Попросила проверить. И выяснилось нечто странное: оказалось, что уже в десять утра двадцать пятого октября Хао Вэньчжан отправил статью заведующему редакцией. Редактор, увидев сенсацию, решил сразу вынести большой анонс на первую полосу, а саму статью поставить на вторую. Однако Хао Вэньчжан сказал, что новость еще требует подтверждения. Он отправил сообщение своему старому знакомому, который работал на месте происшествия, спросил, правда ли это, а тот запросил деньги за информацию. Хао Вэньчжан сорвался в Хулинцзы, пообещав до полудня, когда газета уйдет в печать, дать окончательный ответ. Если правда – статья выходит, если нет – редакция закроет дыру на полосе другим материалом. Так вот, буквально за минуту до отправки номера в печать