Люди и звери - Александр Трусов

Она молчала.

– Понятно?! – я сжал пальцами ей лицо.

Она поспешно кивнула.

– Не будет денег – сегодня же ночью всех убью! И начну с девчонки. Понятно?!

В этот раз сил кивнуть у нее не было, но по ее расширившимся от ужаса зрачкам было ясно, что она меня поняла. Я вытер мокрую от соплей и слез ладонь о розовый плащ.

– Сейчас я уйду, а вы вернетесь в квартиру не раньше чем через пятнадцать минут. Вызовите охрану – убью. Сообщите в милицию – убью. Не будет денег – убью. Скажешь кому хоть слово – порежу всю семью на кусочки.

Я очень надеялся, что напугал их до смерти. Что респектабельный Зароков, так озабоченный безопасностью собственной персоны и совершенно забывающий о безопасности семьи, наконец-то додумается если и не увезти своего ребенка из города, так хоть обеспечить ему надежную охрану.

Я опустил пистолет. На белой, невероятно тонкой девичьей коже тяжелое дуло оставило круглый отпечаток. Из серо-зеленых, таких же как и у меня глаз покатились первые слезинки. Что-то дрогнуло внутри меня, и я уже готов был опуститься на колени, прижать к себе перепуганного ребенка и заплакать вместе с ним, каясь и проклиная себя. Но ничего этого я не сделал. Развернулся и пошел прочь.

Я опять прошел мимо ничего не подозревавшего водителя джипа, представляя, что именно в эту минуту моя бывшая жена смотрит на улицу из окна и ждет, когда из подъезда появится ее дочь. Я питал слабую надежду, что даже если это действительно так, она не обратит внимания на выходящего из дома незнакомого мужчину и не узнает в нем своего бывшего мужа. Эти семь лет одиночества постепенно превратили меня в заметно лысеющего и слишком быстро набирающего лишний вес человека. Не таким она должна была меня помнить.

Дождь и не думал прекращаться, и лить стал, по-моему, даже еще сильнее. Но номера на машине Клопотова по-прежнему были в грязи. На нашу машину наверняка обратили внимание охранники Зарокова, водитель джипа мог видеть, как я садился в нее, но по номерам, которые я предварительно замазал, они нас найти не смогут.

Я нарочно сильно ударил дверцей, и почти проснувшийся Клопотов, зевая, пробормотал мне с упреком:

– Своим холодильником так будешь хлопать.

– Поехали! И побыстрее.

– Закончил свои грязные делишки? Запомни, я помогаю тебе в последний раз.

– Ты можешь не скулить? – накинулся я на него. – И так тошно. Давай на Свердловскую набережную.

Но Клопотов не спешил. Обидевшись, или сделав вид, что обиделся, он достал бумажник, долго рылся в нем и, наконец, протянул мне пару сторублевок.

– Я тебе не нанимался. Возьми такси, а я поеду домой.

– Я тебе сам заплачу, только поезжай, ради Бога! – взмолился я, наблюдая, как секундная стрелка часов описывает очередной круг. Пятнадцати минут не прошло, но я был уверен, что и девочка, и ее нервная гувернантка давно уже убежали в квартиру и сидят сейчас, перепуганные, на каком-нибудь супердорогом диване и сквозь слезы, глотая слова, пытаются рассказать о том, что с ними случилось, моей бывшей жене.

– Тебе не кажется, – произнес Клопотов задумчиво, включая зажигание, – что я не совсем тот человек, который должен тебе сейчас помогать? Совсем недавно ты меня обвинял во всех смертных грехах, перемазал дерьмом так, что я теперь дома не могу появиться, предварительно не отмывшись, а теперь просишь о помощи. Наверно это и есть настоящая дружба, когда тебя беззастенчиво используют твои так называемые друзья.

В конце концов, он тронулся с места, и мы, резко набрав скорость, промчались мимо стоявшего у дома джипа, водитель которого уже с кем-то разговаривал по мобильному телефону.

Выехав на проспект, мы поняли, что ни на этой машине, ни на любой другой добраться до Свердловской набережной в ближайшее время у нас не получится.

Невский проспект был забит скоплением яростно сигналящих автомобилей, сбившихся в одну сплошную, растянувшуюся метров на двести «пробку». Кое-где над проезжей частью и тротуаром свисали гирлянды оборванных ураганом проводов, и возле них уже суетились работники аварийных служб и сотрудники ГАИ. На книжный киоск возле Елисеевского магазина рухнуло дерево, проломив пластиковую облицовку и накрыв кроной стеклянную витрину. Пожилая женщина – продавец книг – сидела на асфальте, и кто-то из прохожих перевязывал ей травмированную голову. Повсюду валялись сломанные ветки, несколько крупных сучьев прямо на моих глазах обломились и рухнули на асфальт, чудом никого не задев. Сотни людей прятались от ветра и дождя в магазинах и подъездах домов. Сорванную с чьих-то плеч косынку порывом ветра швырнуло на лобовое стекло нашей машины, какое-то время она трепыхалась, зацепившись за дворник, после чего взмыла в воздух и унеслась прочь. Казалось, что еще чуть-чуть, и наш автомобиль тоже взлетит, словно несчастный домик маленькой Элли из «Волшебника Изумрудного города».

Клопотов включил радио, пощелкал кнопкой поиска программ, и на одной из радиостанций мы услышали заключительную часть официального заявления руководителя областного МЧС: «…не рекомендуется выходить из дома. По прогнозам синоптиков отдельные порывы ветра к вечеру могут достигать 20-25 метров в секунду. Резко возросла опасность возникновения локальных шквалов и кратковременных смерчей. Обстановка в Финском заливе по-прежнему остается сложной. Навигация маломерных судов временно приостановлена, для находящихся на подходе к порту или на рейде грузовых и пассажирских судов утвержден строгий график очередности постановки к причалу. О прекращении движения судов по основным внутренним водным путям (канал Грибоедова, Кронверкский канал, Фонтанка и Мойка) будет сообщено дополнительно. Поиски пропавшего накануне вертолета продолжаются. Напоминаем, что вчера в районе девятнадцати часов вечера арендованный туристической компанией легкий американский вертолет, принадлежащий Балтийским авиалиниям, исчез с экранов радаров во время пролета над Желтой бухтой Финского залива. На борту кроме пилота находилось четыре пассажира, в том числе одна женщина и ребенок. Всем, кто располагает какой-нибудь информацией о случившемся, просьба сообщить в областное управление Министерства чрезвычайных ситуаций или ближайшее отделение милиции. В аэропорту Пулково…».

Клопотов выключил радио и позвонил кому-то по мобильному телефону. Судя по некоторым фразам, разговаривал он со Смольным.

– Нет, к заседанию не успею. Я застрял в «пробке» на Невском. Митинг «Обороны» на площади Восстания отменен? Почему?