Если вы меня слышите. Книга 1 - Елена Ивановна Михалкова

– Любовь россиян к загородным домам объясняется именно тем, что они более пригодны для совершения и сокрытия преступлений, чем квартиры, – нравоучительно сказал за спиной Макар.

Сергей молча сварил кофе себе и ему, отыскал в дверце холодильника плавленый сырок и прихлебывал свой капучино вприкуску с сырком, щурясь в окно, пока сон не выветрился из него окончательно. Некоторые сны пропитывают тебя, точно вода пористую губку, и требуется время, чтобы выжать их из себя до последней капли. Он понимал, чем навеян кошмар про неживую темноту. Но легче от этого не становилось.

– Что-то новое появилось? – Сергей кивнул на исчерканные листы бумаги.

– Ничего. Я пытался найти бывшую жену Малявина, чтобы поговорить с ней. Вдруг она что-то знает. Но она уехала за границу еще в пятнадцатом, и в Испании следы ее затерялись. По крайней мере, с налета отыскать ее не удалось.

– И с налета, с поворота, – пропел Бабкин, – по цепи врагов густой… Все нормальные люди через исполнителей выходят на заказчиков, и только мы – наоборот. Может, Скрипач и тела для него утилизирует?

Макар подумал и покачал головой:

– Исключено. Он другого полета птица, виртуоз. Ему не с руки подчищать грязь за клиентами. Не говоря о том, что это очень опасно, а Скрипач крайне осторожен.

– Тогда где трупы?

– Вывозит в лес и закапывает? – предположил Макар. – Хотя всегда есть риск наткнуться на свидетелей. К тому же с ноября по март лопатой в лесу не помашешь. Земля или твердая, или под снегом. Нет, у него должен быть другой способ. Допустим, он прячет их на участке или под домом… Нам это по-прежнему ничего не дает. Для обыска Давыдову недостаточно доказательств, хотя сейчас самое удачное время. Вот ты тоже как-то с сомнением смотришь, а напрасно. Говорю тебе, Малявин должен был подготовиться к тому, что ему привезут Серафима.

– Это зависит от того, что он собирался с ним делать, – буркнул Сергей. – Может, ему для подготовки хватило кухонного ножа и двух мотков изоленты.

Илюшин взял чистый лист и изобразил на нем домик с треугольной крышей. Вокруг нарисовал ограду, поверх ограды – спираль колючей проволоки. Поднял на Бабкина задумчивый взгляд:

– Серега, мы в двух шагах от Скрипача. Расколем Малявина – выйдем на эту сволочь. Ребенок должен быть у Скрипача, и он живой. Передачу они никак не успели осуществить. А раз Серафим исчез, значит, Малявин не успел предупредить своего поставщика, что он временно вылетел из сделки.

– Почему ты считаешь, что Скрипач не грохнул пацана сразу же, как только сделка сорвалась?

– Серафим – слишком дорогой товар. Штучный. За Чаянова Скрипач должен получить очень много, и нелепо отказываться от этих денег, когда вся работа уже выполнена и осталось только отправить мальчика заказчику. Нет, он будет держать его на препаратах у себя или в каком-то логове, где может его навещать, не вызывая подозрений. Скрипач ждет только отмашки Малявина.

– Предлагаешь в отсутствие хозяина обыскать его дачку? – хмуро спросил Сергей.

Решение вполне в духе Макара. Бабкин прекрасно знал, что и подходящих для этой задачи людей отыскать для Илюшина не составит труда.

– Смысла нет, – с сожалением отозвался Макар. – К тому же обыскивать пришлось бы очень тщательно, можно полдома разворотить, а такой возможности нам не представится. Вокруг люди, поселок под охраной… Надо придумать что-то другое. Добраться в больнице до Малявина, допустим?

Сергей скорчил физиономию:

– И чего, электроды ему к яйцам прицепить? Это все фантазии. Не говоря о том, что Давыдов нас сожрет заживо за такие выкрутасы. Ладно, а если с другой стороны подойти? – Он взял карандаш и начертил волнистую линию, бегущую от нарисованного домика к краю листа. – Если мы правы, Чаянова должны каким-то образом привезти к Малявину, так? Не на вертолете же его спустят. Какие тачки юзает Скрипач? Фургончик доставки, например, питьевой воды…

– Запросто. Но скорее всего, машина будет самая неприметная – из тех, на которых разъезжают строители. Может быть, каршеринг?

– Каршеринг, доставка плова – неважно. Эту машину можно перехватить.

Макар запустил пальцы в волосы и посвистел.

– Черт, идея неплоха! Но как ты себе представляешь ее осуществление? Поставим засаду возле малявинского коттеджа? Допустим, остановили мы фургон доставки. Перегородили ему дорогу. И что дальше? Он заблокировал изнутри двери и в панике звонит в полицию с криком, что на него напали бандиты. А если у него в фургоне пицца, а не связанный ребенок? А если Малявин решит перенести доставку на две недели? Нет, это все какой-то Дикий Запад.

Бабкин посопел, но спорить не стал. Макар был прав: идея не стоила выеденного яйца.

Абсурдность происходящего не давала ему покоя. Они вычислили заказчика. Знают его адрес. Они практически уверены, что Серафим Чаянов еще не у него. И не могут ничего с этим сделать!

– Давыдов, собака! Перестраховщик… Чего он ждет, я не понимаю? Когда ему на блюдечке принесут извращенца? Или когда труп Чаянова всплывет по весне?

– Хладнокровнее, мой необузданный друг. У Давыдова могут быть свои соображения, в которые он не обязан нас посвящать. Ну хорошо, машина доставки отпадает. Какие еще могут быть доказательства причастности Малявина к убийствам детей? Теоретически?

Бабкин стал смотреть на рисунок, такой славный рисунок с домиком, вьющейся дорожкой и высоким заборчиком… Обустрой подвал, не пожалей средств на звукоизоляцию – и можешь предаваться порокам под собственной крышей. Слабость этого плана в том, что если тебя возьмут, уже не отвертишься. Но ведь никто из этих извергов не собирается попадаться. И отчасти их самоуверенность оправданна. Вот, пожалуйста: они ткнули пальцем в Малявина, вытащили поганое рыло на божий свет – и что?

Сколько за окном воздуха и старого золота. И эти золото и воздух в равной мере выданы и ему, частному сыщику, и человеку, который в эту минуту смотрит в окно больничной палаты. Или спит. Или лежит, зажмурившись, и под храп с соседних коек вызывает перед глазами образ мальчика, который вот-вот окажется у него в руках.

«Это у тебя был бы храп с соседних коек, – поправил себя Сергей. – А Малявин лежит в отдельной палате, светлой, чистой и просторной».

Он вспомнил себя несколько дней назад – как решил, что поиски Чаянова станут хорошей возможностью переключиться с предыдущего дела, – и невольно засмеялся. Поразительно: каждый раз, когда нам показывают себя прежних, видишь каких-то дураков.

И в это мгновение его осенило.

– Макар!