Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

Шарлотту захлестнуло чувство уверенности, подсказавшее ей путь к освобождению. Оставалось только набраться смелости и воплотить план в жизнь.

– Мы поймаем его на месте преступления, и для начала я стану приманкой. Таким образом, у нас получится контролировать и время, и расположение следующей вылазки Хоули. Мне пришла в голову идея, как расставить последние ловушки, но для этого понадобится ваша помощь.

* * *

– Желаю вам, Мэттью, приятного времяпрепровождения за осмотром пострадавшей Шарлотты! – Ханна хитро подмигнула им, прежде чем закрыть дверь в их с Софией личную комнату над кофейней. Идея проверить заживающую рану принадлежала исключительно Ханне.

– По крайней мере, мы не испытываем недостатка в крестных феях-свахах, – заметила Шарлотта, едва шаги Ханны на лестнице стихли.

– Пожалуй, я слегка ощущаю себя Золушкой из сказки Шарля Перро, хотя должен заметить, что ходить в хрустальных туфельках – чертовски неудобно, – фыркнул Мэттью.

– Получается, что я принц? – спросила Шарлотта. – Потому что у меня тоже возникло чувство родства с Золушкой. Пусть я не выметаю золу и не работаю служанкой, но ты избавляешь меня от жуткой участи.

– Ты сама освобождаешь себя, – поправил Мэттью, подавшись вперед в кресле и заключая ее лицо в ладони. – Ты не принц и не принцесса, а властительница своей судьбы.

По телу Шарлотты, будто несущаяся река, пронеслись эмоции. Девушка склонилась на два дюйма в сторону возлюбленного, вновь прильнув к его губам. Голова закружилась от мощного прилива чувств, и Шарлотта, утратив всякую осторожность, позволила течению нести себя, наслаждаясь вихрями вожделения, разбушевавшимся внутри.

Поцелуи становились все глубже, языки сплетались все яростнее, отчего их дыхание вскоре сменилось короткими вздохами. По коже каскадом заструился восхитительный трепет, похожий на яркие музыкальные ноты. Еще никогда прежде девушка не воспринимала себя такой живой, такой связанной с собственным телом, которое, как она теперь осознавала, могло превращаться в инструмент для удовольствия.

Однако среди этой великолепной симфонии в глубине души эхом отдавалась какая-то нота. Тревоги. Страха. И, несомненно, опасности.

Шарлотта отпрянула от Мэттью.

– Но в осуществлении нашего плана задействована не только я. Вы все подвергаете себя риску ради моей безопасности. Каждый из вас.

Мэттью откинул длинные волосы, задержавшись пальцами на ее щеке. В этом прикосновении ощущалось столько доброты, столько благоговения, что на глазах девушки чуть не навернулись непрошеные слезы.

– Я охотно вступлю в эту битву, – хриплым голосом произнес Мэттью. – Все мы, за исключением Софии и Ханны, ранее сталкивались с Хоули, желая помешать ему творить тайком бесчинства. Ты лишь объединила нас. Кроме того, кузины Уик, избравшие целью оберегать невинных, довольно беспощадны к людям вроде виконта. Ты не просишь от нас того, с чем мы не готовы расстаться.

Протянув здоровую руку, Шарлотта прижалась ладонью к мышцам Мэттью, ощущая, как заключенную в стальные мускулы силу, так и непоколебимый дух. Он обладал яростью и преданностью легендарного английского льва или, вернее, упорством шотландской дикой кошки, совершенно не бахвалясь мощью, которая пусть и не замечалась окружающими, но от этого не становилась менее реальной.

В устремленных на нее серых глазах плескался необузданный гнев, прожигающий самую душу. Он выступал в роли защитника, но ведь и она боролась за жизнь близких.

– Я ни за что не прощу себе, если в ходе моего сумасбродного плана ты пострадаешь, – промолвила Шарлотта.

– Не так уж он и сумасброден. В конце концов, я привык пробираться на патрулируемые королевскими гвардейцами корабли. И, по-моему, любая авантюра, в которой не требуется кувыркаться в воздухе или приземляться на сомнительного качества шифер или солому, уже неплохо спланирована. – Губы Мэттью чуть растянулись в улыбке, и промелькнувшая в них толика веселья ворвалась в Шарлотту, вдохнув силы в ее ослабевшее мужество.

– Точно не знаю. Возможно, придется и по крышам прыгать. – Шарлотта остановилась, чтобы поцеловать Мэттью в щеку. – Я бы не возражала полетать с тобой под звездным небом.

Мэттью издал тихий смешок.

– Одно жесткое приземление на прогнившую соломенную кровлю или траву отобьет у тебя эту мысль.

– Хм. – Шарлотта постучала пальцем по груди Мэттью, притворяясь, что обдумывает услышанные слова. – Полагаю, существует и другой вид развлечений, которым я предпочла бы заняться с тобой.

Мэттью снова разразился смехом.

– Я разделяю твое желание.

– Как только все закончится, нам обязательно нужно будет об этом позаботиться, – ответила Шарлотта, испытывая вновь те восхитительные и раскрепощающие эмоции. Могла ли она предположить, что Мэттью сделает ее такой счастливой? Девушка тихонько хихикнула. – Ты превратил меня в настоящую распутницу, и мне это безумно нравится.

– Как и мне, – произнес Мэттью столь удивительно звучным голосом, от которого по коже Шарлотты прокатилась восхитительная дрожь.

Наклонившись вперед, она поцеловала возлюбленного, и его губы тут же разошлись, а через несколько мгновений из груди мужчины вырвался глубокий стон. Его сильные руки обхватили девушку и притянули к себе, а тела начали двигаться навстречу друг другу в такт с пульсирующей внутри Шарлотты жаждой. Она излила в объятиях весь сдерживаемый долгие недели страх, тоску и даже сомнения, не борясь и не подавляя зарождавшиеся чувства. Девушка позволила им литься беспорядочным и несдержанным потоком, ясно осознавая, что Мэттью повторял то же самое. В их объятиях сквозили отчаяние и безумие наравне с некой силой, одновременно возбуждающей и успокаивающей страсть.

Наконец они отпрянули друг от друга, жадно глотая воздух, и Шарлотта, задыхаясь, произнесла:

– Мы одолеем Хоули. Ради меня. Ради тебя. Ради других его жертв. Больше я не допущу, чтобы он причинил тебе боль.

– И я не дам ему омрачить твою жизнь, – поклялся Мэттью.

Их уста вновь сомкнулись, а слова превратились в стоны удовольствия, оставаясь все теми же обещаниями. В царившем вокруг них блаженстве казалось, что светлое будущее уже не за горами – пусть оно выглядело совершенно несбыточным средь бескрайнего мрака.

Глава 23

Когда Мэттью вместе с Александром поднимался по ступенькам в дом семьи Шарлотты, его внутренности скрутились в настоящий гордиев узел от напряжения. Мэттью бросил взор на лучшего друга, выглядевшего так же мрачно, как и он сам.

– Поверить не могу, что мы вот-вот окажемся на званом ужине в окружении моего отца, брата, а также твоих родителей и сестры. – Мэттью с восседавшим на его плече Пэном остановился на верхней площадке лестницы, дожидаясь, пока Александр, который медленно шел, опираясь на трость и перила, догонит его.

– Как и я, но это входит в план Шарлотты, – ответил Александр, присоединившись к Мэттью, но стучать в дверь пока не торопился.

– Неужели нам действительно необходимо было брать с собой Пэна? –