Обещание на крови - Лиз Мистри

Джеззи оттолкнула тарелку и сжала его руку.

– Мы твои друзья, Бенджи. Поэтому мы здесь. А теперь расскажи про машину. Ты можешь ее описать? Цвет, номер?

Но Бенджи помотал головой, и слеза скатилась по его щеке.

– Я смотрел на табличку с номером, но она была залеплена грязью. Машина – вроде черный или темно-синий хетчбэк. Больше я ничего не могу сказать.

– Ладно, все в порядке. Это уже начало. Куини, перешли описание машины, Айвор и водителя и попроси криминалистов выехать на то место, откуда исчезла Айвор. Может быть, нам повезет. Там могли остаться следы шин на снегу, отпечатки подошв. Или еще лучше: если камеры засняли обоих, мы сможем опознать машину по этой записи. – И хотя это было правдой, Джеззи говорила это больше для успокоения Бенджи. Она знала, что подобные поиски занимают время, но не была уверена, что оно у них есть.

Пока Куини отходила, чтобы сделать звонок, Джеззи снова сжала руку Бенджи.

– Мы ее найдем. Обязательно.

Парень вскочил на ноги, щелкнул пальцами, и его губы растянулись в улыбке.

– Какой же я идиот. Самый настоящий дурак. У нас на телефонах стоят трекеры. Только у меня и у Айвор, видите? – Он выхватил мобильный и открыл приложение. – Вот, смотрите, это ее телефон, она… – Он побледнел. Телефон Айвор был в сети и показывал ее локацию – в сотне метров от того места, где, как сказал Бенджи, Айвор села в чужую машину.

Но прежде чем Джеззи успела его утешить, раздался звонок. Она посмотрела на экран и застыла. И затем с вымученной улыбкой похлопала Бенджи по руке.

– Мне нужно ответить. Жди здесь, я мигом.

Телефон все еще трезвонил, и она выбежала прочь из паба в холодный ночной воздух. Сделав глубокий вдох, она включила функцию записи и ответила тоном, ничем не выдававшим безудержный стук колотящегося в груди сердца.

– Да?

Джеззи не удивилась, услышав знакомый странный роботизированный голос.

– Привет, милая сестричка. Ищешь меня?

Глава 47

Приятно видеть, как Джеззи спешно выбегает из паба, глядя в телефон, словно больше всего на свете ей хочется отшвырнуть его в сторону, но она не может. Не надо быть гением, чтобы понять, что она ответит. Она изучала меня, чтобы понять мой почерк, но только сейчас до нее доходит, что все это время и ее изучали тоже. Пальцы скользят по знакомой стеклянной шарообразной подвеске на моей шее. Прикосновение к маленькому амулету с Ганешей, похожему на тот, что был оставлен дома у Элсбет Тейт, меня успокаивает. Мама всегда говорила, что бог Ганеша устраняет препятствия, – и, как выяснилось, это правда. Он явно сначала устранил этот бесполезный кусок дерьма из нашей жизни, а все последующие годы помогал мне устранять препятствия из моей. А теперь пришло время устранить последнее препятствие, и я жду не дождусь.

Странно видеть Джеззи так близко сквозь окуляры бинокля. Конечно, она была под моим наблюдением и раньше, но на сей раз все иначе. Теперь она знает, что я поблизости, и мне придется спешить. Это правда – она поднимает голову, взгляд мечется по сторонам, она медленно поворачивается, оглядывая местность. Она шмыгает носом, и я смеюсь, выпуская изо рта облачко пара. Она меня учуяла? Может, мой знакомый запах донес до нее ветер и она ощутила его всем своим животным нутром? Или у нее просто насморк.

Она не сможет меня заметить, но я все равно натягиваю маску на нос. Зачем так рисковать? К тому же вдруг какая-нибудь старая рухлядь пройдет мимо и остановится рядом? А мне не нужны лишние жертвы. По крайней мере, сегодня.

Джеззи берет трубку, а я спрашиваю себя, нашли ли они еще одно мое маленькое подношение. Хотя со стороны поля никаких притаившихся групп захвата не наблюдается. Давайте взглянем правде в глаза – команда Г умом не блещет, и мой мятежный акт просто взорвет им мозг.

– Да?

Даже по прошествии стольких лет ее голос знаком мне, как мой собственный. Конечно, мы уже много раз пересекались без ее ведома. И я чувствую, будто нас связывает невидимая нить, пуповина, что притягивает нас друг к другу, словно магнит, и мне интересно, чувствует ли она то же самое. Ее короткий ответ призван заставить меня говорить, и меня это устраивает. В конце концов, для этого я и звоню. Неважно, как долго я провишу на линии, буду ли тянуть время, они все равно вычислят этот одноразовый телефон. Они построят эту странную треугольную схему с сотовыми вышками и обозначат все сигналы внутри периметра – я люблю сериал «CSI – место преступления».

– Привет, милая сестричка. Ищешь меня?

Она медлит, в трубке слышится ее ровное дыхание, медленное и спокойное, словно она заставляет себя расслабиться. Но язык ее тела говорит об обратном. Она мерзнет без своей объемной куртки, дрожит и свободной рукой обхватывает себя за талию. В груди что-то сжимается, словно ее уязвимость пробудила во мне новую эмоцию. Не обычные ярость и досаду, которые мне свойственны, но нечто совсем иное, нечто менее приземленное. Подобное случается нечастно, так что я пытаюсь удержать это чувство, заставить его продлиться, но, как обычно, оно исчезает без следа – будто голубое ледяное облако в жарких лучах раскрасневшегося солнца. Мой терапевт – не помню, который из них, – посоветовал мне визуализировать свои эмоции. Бедняга думал, что это поможет мне адаптироваться и социализироваться, научиться правильно реагировать на определенные обстоятельства. Но это не сильно помогло, и я сомневаюсь, что когда-нибудь поможет. Конечно, у меня появилась привычка прятать истинные чувства.

Я изучаю Джеззи через окуляры бинокля. Меня раздражает, что она не ответила на мой вопрос. Понятно, что это часть ее обучения и промедление призвано сбить меня с толку, но это все-таки бесит, и спазм в груди, что был до этого, понемногу уступает место давнему воспоминанию и ярости, которая охватывает мое сердце, как челюсти хищника, впуская яд мне в кровь. Я ее ненавижу. Ненавижу эту женщину, эту Джеззи Соланки. Она меня предала. Не только меня, но и мою половинку. Когда она была нам так нужна, она отпустила нас в свободное плавание, в мир, к которому мы были не готовы. Она позволила нас разлучить, позволила нам стать частью системы, которая нас ненавидела, а сама Джеззи процветала.

И хуже всего, что она никогда не оглядывалась. Она была нашей старшей сестрой; она же была полна пустых обещаний, лжи, предательства – и она ни разу не оглянулась.

Моего плеча касается рука, обнимая меня. Запах моей половинки утешает, а поцелуй в нос иссушает слезы. Еще