Последний час - Самюэль Бьорк

– Держим оборону, – кивнул Людвиг, поправив очки.

– Да, телефоны. Вы уже видели, что опубликован номер горячей линии, любой может позвонить и сообщить, если знает что-то о деле. Опыт подсказывает, что туда начнут звонить в основном чудики. Или просто те, кому показалось, что сосед вчера как-то странно выглядел. Эти звонки обрабатывает команда Евы в Грёнланне. Они отфильтруют все ненужное и передадут нам только важное. Если что-то покажется даже слегка подозрительным, сразу ко мне или Анетте, ясно?

Людвиг поднял руку к виску.

– Недавно, – продолжил Мунк, – мы с Мией были в доме Марии Симонсен. И нашли вот это.

Он нажал на кнопку.

На экране появилось фото кухонного стола.

Следующий слайд крупным планом показывал три предмета.

Маленький мохнатый тролль, как в сувенирных лавках.

Фигурка рыси.

И книга.

«Гражданская война в Америке».

Что это?

Фредрик посмотрел по сторонам, остальные тоже оживились.

– Мы выдвинули теорию, что эти три предмета могут что-то значить, – сказал Мунк. – Может, и нет, но…

– Это он их оставил.

Миа.

Все обернулись к ней.

– Мы пока не знаем… – начал Мунк.

– Нет. Это сообщение. Для нас.

– Что? – переспросил Карри. – Почему ты так думаешь?

Он снова указал на экран и огляделся.

– У моей сестры есть такой же тролль. И что с того? Ерунда же, правда?

В комнате послышался легкий ропот.

– Как я и говорил, – Мунк поднял руку, – пока не зацикливаемся. Просто держим в уме. Три предмета. Что они значат? Хоть что-нибудь? Фотографии у вас в папках.

Миа снова заговорила:

– Думаю, он прав.

Она кивнула в сторону Карри:

– Это не ее. Не она все устроила. Кем бы она ни была, она была не одна. Тот, кого мы ищем, пытался что-то сказать.

Снова волнение в комнате.

– Ладно, это пока только теория. Держим в уме, – сказал Мунк, поднимая со стола пачку сигарет. – Все поняли задачи?

Сотрудники закивали.

Один из телефонов Анетте зазвонил.

Она ответила, выслушала и застыла, прежде чем медленно опустить трубку.

– Главный оперативный штаб. НРК[1] сообщает: журналист из «ВГ» получил звонок от предполагаемого преступника.

– Что? – резко поднял голову Мунк.

– Отправляемся немедленно? – спросила Анетте.

– Да. Позвони им. Скажи, чтобы никого не отпускали. Пусть журналист остается на месте. Телефон держи при себе.

Карри повернулся к нему и тихо спросил:

– Главный оперативный штаб – это кто?

– Оперативный штаб вооруженных сил.

Карри кивнул и немного подумал.

– А кто вообще тут главный? Они?

– Нет. Полиция во главе. Военные только обеспечивают поддержку.

– То есть мы боссы?

– Именно.

– Круто, – хмыкнул Карри.

– Все должны быть на сто процентов включены, – прокричал Мунк, перекрывая гул голосов, пока все расходились. – Работаем без перерывов. Постоянный обмен информацией. Соберемся снова, когда я дам сигнал. Ясно?

8

Ракель Нильсен проработала медсестрой в приемном отделении больницы Уллевол почти четыре года, но ничего подобного не видела за все это время. На самом деле ее смена уже закончилась. Она отработала целую неделю ночных смен и была совершенно измотана. Пятницы и субботы всегда были хуже всего: пьяные драки, ножевые ранения, разбитые бутылки. В основном мужчины. Казалось, человечество так и не избавилось от обезьяньих инстинктов. Непременно нужно бить себя в грудь или кого-нибудь в лицо. Ракель остановилась в коридоре на секунду, вытащила телефон из кармана формы и бегло взглянула на экран. Ничего. Ни единого сообщения. Ну вот, черт… Разве свидание было настолько плохим? Прошло всего четыре месяца с тех пор, как она узнала об измене своего парня. Это разбило ее вдребезги. Снова начать ходить на свидания? Нет, она совсем не собиралась. Слишком рано. Но парень появился как будто из ниоткуда, на вечерних курсах испанского, куда она пошла, просто чтобы выбираться из дома. Hola, mi nombre es Rachel. Кевин. Живет в районе Торсхов. Карие глаза и темные кудри. Учится на психолога, катается на сноуборде, мечтает путешествовать по Южной Америке. Прямо как она. Увидеть Мачу-Пикчу. Амазонские джунгли. Собирать яблоки в Аргентине. Увидеть водопады Игуасу. Она пошла к нему домой. Они хохотали, бредя по утреннему городу, потом рухнули в кровать, и ей вдруг показалось: любовь существует. Не все же мужчины – идиоты?

Эм. Ну да.

Очевидно.

Она сунула телефон обратно в карман, и в тот момент двери операционной номер один распахнулись, и оттуда вышел врач. Он не успел даже перевести дух, как в зал уже вкатывали следующего пациента.

Чрезвычайная ситуация.

Такого Ракель не переживала никогда.

Всех вызвали обратно.

Весь персонал на месте.

К счастью, она не успела уехать далеко, как раз переоделась обратно в форму, когда прибыла первая скорая. Молодая женщина. Кровь повсюду. Отсеченная рука, осколок металла торчит из шеи. Потом следующая. И еще. И еще. Очередь из машин. Они не справлялись. Скорая разворачивалась и ехала в другие больницы. Жертвы ужасного взрыва на Майорстюа поступали одна за другой. Абсолютный хаос. Крики приказов накладывались друг на друга, но принимать их было некому.

– Мужчина, за шестьдесят, открытая рана в груди, можем во вторую?

– Девочка, десяти лет, ожоги, четвертая освободилась?

– Женщина, тридцать, внутреннее кровотечение, в шоке, без сознания, мы теряем ее, можем перевести в третью?

Пациенты повсюду.

В коридорах.

В регистратуре.

Ракель чуть не потеряла сознание, почти шестнадцать часов на ногах, голодная, ей просто нужно было что-то съесть. Хоть банан. Что угодно. Но до комнаты отдыха она так и не добралась, путь преградили две каталки.

Открылась дверь смотровой, и оттуда выскочила Сара, еще одна ночная медсестра. Она резко остановилась перед Ракель в коридоре.

– Мы закончили в четырнадцатой. Мне нужно ассистировать в первой. Сможешь отвезти ее в реанимацию?

Ракель даже не успела ответить, Сара уже умчалась, а из операционной выкатывали следующего пациента.

Мальчик.

В сознании.

Фух.

Слава богу.

Ракель на секунду ошеломленно замерла посреди коридора.

Почувствовала отчетливо.

Она больше не выдержит.

Что Сара там сказала?

Четырнадцатая?

Ракель быстро пошла вперед, остановилась у нужной двери, глубоко вдохнула и вошла.

Тишина.

По какой-то странной причине.

Молодая девушка.

Светлые волосы.

Вся в бинтах.

Сидела в инвалидном кресле.

С закрытыми глазами.

– Привет, – тихо сказала Ракель, подходя ближе.

Ее ровесница.

– Меня зовут Ракель. Сейчас я отвезу тебя в реанимацию. Это недалеко. Хорошо?

Девочка открыла глаза и слабо кивнула.

– Отлично.

Ракель сняла тормоза с инвалидного кресла и осторожно повезла ее по коридору, затем внутрь лифта.

Третий этаж.

Девочка что-то сказала.

– Что?

Она пробормотала еще раз.

– Дедушка.

– Дедушка? – переспросила Ракель. – Он тоже здесь? Вы были вместе там, на станции? Ты переживаешь, как