Бёрлингтон-сквер, 23 - Дженни Кир

Расставание оказалось мучительным, но Джеймс сдержал обещание регулярно писать Агнес. С обеих сторон последовали искренние извинения за то, как они попрощались, а его первые письма были полны рассказов о новой жизни в далекой стране. Возможно, Джеймс пытался заинтересовать возлюбленную и заманить ее таким образом в Индию, убедить передумать, ведь каждое письмо заканчивалось теплыми словами и уверениями в глубокой привязанности. Иногда слезы девушки падали на страницы и размывали чернила, пока она читала, но ее ответы никогда не выдавали сожаления. Агнес писала о своем дорогом батюшке и минутах его просветления, когда он узнавал дочь. Вероятно, она желала доказать Джеймсу, что никак не могла оставить отца.

Шли годы, и Агнес с жадным вниманием читала описания шумного индийского порта, удивляясь, как Джеймсу удалось сохранить вдали от родины английские привычки: он по-прежнему играл в крикет и устраивал послеобеденные чаепития. Ее завораживали рассказы о местных обычаях, одежде, пище и душераздирающей бедности туземцев. Он даже посылал ей фотографии своего дома, возможно, как печальное напоминание о жизни, частью которой она могла бы стать.

Последнее письмо Джеймса Агнес прочла один лишь раз. Более оно конверт не покидало. Потому что ставило точку и окончательно перечеркивало все ее надежды на счастье.

Кочин, 12 июня 1896 года

Дорогая Агнес!

Одно из качеств, которое я всегда с восхищением отмечал в тебе, – это твоя честность, а потому сейчас пишу тебе обо всем с предельной откровенностью, надеясь, что это письмо не принесет тебе слишком много боли. Прежде я уже рассказывал о семье Форестеров. Преподобный Форестер проводит среди местных жителей огромную работу, которую трудно переоценить, а также еженедельно отправляет службы в церкви. Возможно, я также упоминал и про его дочь Рут. Она милая девушка, скромная и добрая. В общем, я предложил ей руку и сердце, и она согласилась. Агнес, я не хочу, чтобы известие о моей помолвке дошло до тебя окольными путями, и полагаю, что будет лучше, если ты узнаешь обо всем от меня самого.

Я долго хранил в сердце чувства к тебе и всегда находил других девушек блеклыми по сравнению с тобой. Но время неумолимо, и, хотя я питал глупые надежды на то, что твои обстоятельства изменятся (прошу, не осуждай меня за желание, чтобы ты освободилась наконец от обязанностей по уходу за мистером Хамфрисом, – я лишь отвечаю откровенностью на твою откровенность), однако теперь понимаю: ты останешься с отцом до конца, сколь долго бы сие ни длилось. И во многом я люблю тебя за это еще сильнее.

Мое положение здесь требует обзавестись семьей, и, хотя я, увы, не могу получить в жены ту единственную женщину, которую люблю, однако искренне верю, что нашел достойную спутницу жизни: Рут будет любить меня, хранить верность и во всем повиноваться, ну а я, со своей стороны, постараюсь стать для нее хорошим мужем.

Я высоко ценю нашу дружбу и все эти годы часто вспоминал жизнерадостную молодую девушку из галереи в Бэйсуотере, которая теплым июльским днем похитила мое сердце. Я с превеликим сожалением думаю о том, что у нас с тобой могло бы быть. Однако полагаю, что после женитьбы продолжать переписку будет неправильно, да и, по правде говоря, мне больше не о чем тебе писать. Знай: я всегда буду любить тебя и от души желаю тебе счастья.

Думай обо мне чаще, но не позволяй себе жить сожалениями.

Всегда твой,

Джеймс Хант

Она ответила, что прекрасно все понимает и искренне рада, что он нашел ту, с кем сможет вместе идти по жизни.

Затем Агнес Хамфрис легла в постель и два дня кряду проплакала в подушку.

69

– Так, стало быть, твой муж жив? – Агнес повторяла это с таким изумлением, как будто ей только что сообщили, что человек высадился на Луне. – Ну и ну! Зачем же ты обманывала нас, выдавая себя за вдову?

Получив пощечину, Роланд пулей вылетел из дома, разразившись угрозами и пообещав непременно вернуться на следующий день, но Мерси была на удивление спокойна. Ведь рядом друзья, которые не оставят ее одну – так же, как не бросили Александра наедине с коварным мистером Томпсоном. Она поднялась в комнату мистера Горски и узнала, что после драки Гилберт ушел в мансарду.

Присутствующие ждали объяснений, и после появления мужа Мерси была просто обязана рассказать этим людям все без утайки.

– Вообще-то, я никогда не называла себя вдовой, – ответила она. – И, кстати, не говорила, будто мой муж умер. Вы сами это додумали. Я лишь сказала, что потеряла супруга на войне. И это правда, потому что тот Роланд, которого я знала, когда он уходил на фронт, ко мне уже не вернулся. Он здорово переменился: и телом, и разумом. Юноша, целовавший меня на лугу, превратился в мужчину, который швырял в меня тарелки, если еда оказывалась, по его мнению, недостаточно горячей…

Мерси вкратце поведала о ранении Роланда и о том, что правду ей сообщили лишь через несколько недель после свадьбы.

– Бедняжка, – прошептала Агнес. Казалось, она вот-вот расплачется.

– Ну и ну! – вмешалась Клара. – Только не вздумай, тетя Агги, внушать Мерси чувство вины. Одно дело – выполнить обещание, данное мужчине, которого любишь, знать обо всем и сознательно принять решение выйти за него замуж. И совсем другое – когда тебя принуждают к этому, занимаясь эмоциональным шантажом. – Она встала, снова наполнила себе бокал, подлила Александру еще мадеры и вновь опустилась в кресло. – Теперь, по крайней мере, понятно, почему у тебя был такой целомудренный вид, когда ты сюда приехала. Я думала, ты просто играешь роль.

– Нет, я и впрямь никогда не знала мужчины.

– Ясно. – Клара сочувственно положила руку на плечо подруги.

Агнес вспыхнула, а Александр уткнулся лицом в свой бокал.

– Я никому не говорила правду, – продолжала Мерси. – Даже своей матери, пока та была жива. Из-за стыда и сочувствия к Роланду. Я не хотела, чтобы на него смотрели с жалостью, перешептывались и распускали слухи у него за спиной. Вероятно, я смогла бы все вынести, будь Мейвезеры чуточку добрее, но я превратилась в козла отпущения и в конце концов поняла, что это несправедливо.

– Как же ты отважилась на побег? – спросила Агнес. Она так увлеклась печальной историей, что подалась вперед, переместившись на самый краешек стула.

– Помните писательницу Агату Кристи, которая исчезла в декабре прошлого года? Что бы там ни случилось на самом деле, ее поступок натолкнул