Бёрлингтон-сквер, 23 - Дженни Кир

class="p1">– Агнес и правда хранила кучу всякого хлама, – сказал Гилберт, окидывая взглядом горы вещей. – Это нечестно, что Клара взвалила уборку на твои плечи. Ишь, распоряжается тобой, как хозяйка. Неужели не может приехать сама? От Парижа до Лондона всего час на самолете. На похороны ведь она добралась.

– У нее в Париже бизнес, который нельзя оставлять надолго. К тому же ты знаешь Клару. В ней нет ни капли сентиментальности, она бы без колебаний все распродала, – ответила Мерси, вытаскивая из буфета большой красный альбом.

Она посмотрела на мужа и возблагодарила судьбу за то, что оба их сына оказались слишком малы, чтобы попасть в армию. Первая мировая война лишила ее первого супруга, а во время Второй Гилберта отправили на фронт в качестве фотокорреспондента. С тех пор как они поженились, Гилберт Адамс строил карьеру, твердо следуя принципу – запечатлевать только правду, какой бы неприятной та ни была. Шаг за шагом, с каждым очередным снимком, он делал мир лучше. Иногда казалось, что ему предначертано всегда находиться рядом со смертью. Господи, лишь бы только не было третьей мировой…

Мерси положила альбом на стол и раскрыла его. Внутри обнаружилась подборка фотографий и газетных вырезок. Листая страницы, она наткнулась на снимки со свадьбы Агнес и Джеймса. Тот декабрьский день выдался промозглым. Прошло всего несколько месяцев после возвращения Джеймса в Англию, но Агнес решительно отмахнулась от всех, кто осуждающе качал головой. Она считала, что и так уже слишком много времени потеряно в ожидании, а никто не знает, сколько им еще отпущено. В итоге они прожили почти двадцать счастливых лет, хотя последние шесть месяцев Агнес снова пришлось стать сиделкой – после инсульта Джеймс полностью зависел от ее заботы. Мистер Горски провел с ними последние шесть лет жизни, переехав на первый этаж дома 23, и подружился с Джеймсом. Гилберт и Мерси часто навещали стариков, а их сыновья считали Агги и Джима чуть ли не родными бабушкой и дедушкой.

Перевернув страницу, Мерси увидела фотографии со своей собственной свадьбы. Бракоразводный процесс тянулся долго. Роланд всячески усложнял ей задачу, но к лету 1928 года она наконец-то обрела свободу и возможность выбрать любовь, а не долг. Мерси разглядывала снимок двадцатилетней давности. Она стояла рядом с Гилбертом в простом платье цвета слоновой кости, держа в руках букетик кремовых роз. Совесть не позволила ей надеть белое. Фотография свадебной процессии на ступенях возле церкви вызвала у нее улыбку: Клара сияла ярче всех, а Агнес – в самой огромной шляпе из всех возможных – крепко вцепилась в руку Джеймса, как будто он мог снова исчезнуть на сорок лет.

Затем Мерси провела рукой по газетной вырезке 1930 года, где говорилось об открытии очередного ночного клуба Клары. На праздничной церемонии выступала сама Марлен Дитрих, а на снимке были запечатлены Джемайма и Клара на фоне заведения. В статье их называли деловыми партнерами, на фотографии они держались на расстоянии, но посвященные знали правду. Мерси даже представить не могла, во что выльется дружба этой парочки. Захваченная собственными чувствами к Гилберту, она и не заметила, как у нее на глазах расцветала другая любовь. Жизнь этих женщин никогда не была простой, но вместе они стойко встречали любые невзгоды. В 1933 году они бежали из Берлина в Париж и открыли там ночной клуб «Танцы у Доди», названный, как утверждалось, в честь Клариного дедушки. Агнес, помнится, тогда смеялась до слез. Сумеют ли ее дорогие подруги найти свое место в разрушенной послевоенной Европе? Мерси очень на это надеялась.

Ну а потом она наткнулась на то, чего раньше не видела, – вырезку из «Лондонской вечерней хроники» от 16 декабря 1934 года:

Вчера вечером в Риджентс-парке во время ожесточенной ссоры был тяжело ранен ножом бездомный мужчина, который вскоре скончался. Жертвой оказался пятидесятидевятилетний Стивен Томпсон. Он был хорошо известен полиции, поскольку ранее отсидел четыре года в Брикстонской тюрьме за ограбление. Стивен был родом из Хекстона, графство Хартфордшир, у него остались там мать и четверо братьев…

«Интересно, – подумала Мерси, – как близка была Агнес к тому, чтобы сдать комнаты именно ему, ведь тогда это казалось самым логичным выбором».

Доказательств причастности Томпсона к смерти Натаниэля Блэндфорда так и не нашлось, но Мерси казалось, что несчастная жизнь Стивена и его безвременная кончина стали своего рода возмездием свыше. Она поежилась. Как странно, что одно простое решение могло вызвать столько последствий.

Мерси закрыла альбом и вздохнула, прикидывая, какой грандиозный объем работы им предстояло выполнить. Мысль о том, что в доме Агнес теперь будут жить чужие люди, разбивала ей сердце.

– Предлагаю такой вариант, – сказал Гилберт, словно бы прочитав мысли жены. – Я знаю, как дорог тебе этот дом. Если мы продадим свое жилье и обратимся в банк… У меня хорошая зарплата плюс то небольшое наследство, что оставила тебе Агнес…

– А мы потянем? – усомнилась Мерси. – И думаешь, Клара не станет возражать?

– Уверен, мы сумеем с ней договориться. В конце концов, мы с Кларой хорошие друзья, вы же с ней всю жизнь переписываетесь. Предложим оставить для нее комнату на случай, если она вдруг снова заглянет в Англию.

Мерси улыбнулась:

– Эта женщина с юных лет была источником хлопот, и, боюсь, так будет всегда.

Гилберт усмехнулся в ответ:

– Но зато Клара славная, и сердце у нее доброе.

– Это верно. Согласись, очень великодушно с ее стороны позволить нам взять из дома все, что мы только пожелаем. А ей самой Клара попросила отправить лишь альбомы и вот эту развалину. – Мерси подошла к бледно-голубому дивану и провела рукой по обшарпанному подлокотнику.

– Похоже, на самом деле Клара более сентиментальна, чем хочет казаться, – заметил Гилберт.

– Да, я понимаю ее привязанность к дивану, – ответила Мерси, вспоминая, что именно здесь Агнес делилась с ними своей мудростью. Она опустилась на просевшее сиденье и похлопала рядом по обивке, приглашая Гилберта составить ей компанию. – Ты прав. Давай попытаем счастья. Этот дом особенный. Вдруг Клара приятно удивит нас? В конце концов… – Она улыбнулась, когда муж плюхнулся рядом, провалившись глубже, чем ожидал. – Агнес ведь всегда утверждала, что на свете нет ничего невозможного.

Благодарности

Дайте человеку рыбу – и он будет сыт один день. Дайте девушке ноутбук – и она будет занята на годы вперед…

Я едва могу поверить, что в свет выходит уже пятый мой роман. После публикации в 2019 году дебютной книги я проделала просто невероятный путь. Мне до сих пор кажется чудом, что другие люди читают строки, которые я весело набиваю на клавиатуре, подпевая музыке и