"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

– Я переговорю с «Бандо». Скажу им: есть возможность тихо уладить возникшие неприятности, нужна только небольшая поддержка. Небольшое финансирование. В конечном итоге мы вернем потраченные деньги за счет увеличения прибылей после отмены ограничений.

– Именно, – поддакнул Бердвелл. – Конфиденциальность гарантирую.

– Не знаю, – протянул Сонхо. – Иногда я думаю: почему вы не можете жить как омар? Официальное ракообразное штата Мэн. Омар – оппортунистический падальщик. Он не выдумывает никаких схем. Почему бы вам не довольствоваться доходами от лоббирования и прочего, что удастся наскрести? И оставить всех остальных в покое.

– Я же умнее омара, – весело ответил Бердвелл. – У омара клешни, а у меня идеи. Будь у омара мозги, чтобы придумать рабочую схему, зуб даю, он так и сделал бы. И кстати, я избирался губернатором штата совсем не потому, что люблю оставлять людей в покое.

* * *

Умопомрачительное цветовое шоу заката на весенних кучевых облаках уже догорало, когда Джесси привез Джанет на место, давно ей известное и совершенно непривлекательное в темное время суток, – на городскую свалку.

Она с удивлением обнаружила красный пикап рядом с домом, когда дневной свет только начал меркнуть. Джесси сообщил, что нашел временное пристанище в списанном товарном вагоне – одно время в нем размещалась закусочная для туристов, но давно обанкротилась.

– Висит табличка, что продается. Но на самом деле просто пропадает зря. Там даже немного пропана в баллоне осталось. Садись в машину.

Джанет не стала спорить, но более чем удивилась, когда узнала о цели поездки. Относительно терпимая зимой, с наступлением тепла вонь от свалки начинала усиливаться, а к началу августа делалась невыносимой. Сейчас, в апреле, запахи копились и настаивались, обещая омерзительный взрыв. Работали там сошедшие на берег рыбаки, наученные жизнью терпеть подобные неудобства.

Проехав ворота, Джесси оставил пикап на дороге и направился к куче гниющей старой мебели – продавленные матрасы, поломанные кухонные шкафы и комоды, оконные рамы с торчащими осколками стекла. Он держал Джанет за руку и шел не торопясь. Перед ними стоял бак с бытовыми отходами: лопающиеся пластиковые мусорные мешки, смятые молочные пакеты, коробки из-под хлопьев для завтрака, панцири омаров и косточки из свиных отбивных. От баков уже изрядно разило и доносилось деловитое гудение мух и других насекомых.

– Дыши ртом и молчи, – велел Джесси.

Они стали ждать. Минут через пятнадцать Джесси отошел в сторону, пошарил в мусоре и вернулся с еще более-менее целым складным стулом. Погрузив его ножки в гравий, он пригласил Джанет сесть. Она оглядела следы человеческой жизнедеятельности вокруг и вздохнула.

– Ты не думал когда-нибудь поселиться в нормальном доме? – спросила она.

– Блин, некоторые вообще не умеют молчать. – Он тоже посмотрел по сторонам на кучи выброшенной бытовой техники, искореженной алюминиевой обшивки, смятых пластиковых бутылок и добавил: – И переводят зря кучу добра.

Он достал из рюкзака термос и протянул ей.

– Не хочу, – отказалась она.

– Пей, – велел Джесси. В термосе оказался джин-тоник.

Как только опустились сумерки, показались приближающиеся фары и раздался рокот турбированного двигателя. В темноте проступили очертания большого пикапа, подъехавшего к воротам. Двигатель затих, потом погасли и фары. Впечатляющих размеров пикап отсвечивал желтым в лучах фонариков двух вылезших из кабины мужчин. Они протиснулись в ворота и подошли к небольшой будке, где днем сидели рабочие. Перед ней стояла пара старых пляжных кресел, в которые мужчины и уселись. Один держал в руке бейсбольную биту.

– Отис-большой, – шепнула Джанет. – Что он здесь делает?

Отис-большой Самлин, уже за восемьдесят, возглавлял муниципалитет с незапамятных времен. Приветливый, как страховой агент, хотя ни перед кем не отвечал, бо́льшую часть времени он проводил на стареньком тракторе-газонокосилке, аккуратно подрезая траву на обочинах, чтобы она не выползала на дорожное покрытие. Сама безобидность. И вот он на свалке с бейсбольной битой в руках.

– И Томми Б. Донован? – спросила Джанет.

Джесси кивнул.

– Король угрёвого промысла. Легального.

– Но без легальных перевозчиков, – определила Джанет. – Да ладно.

Отис-большой прислонил биту к стенке будки, открыл банку коктейля и вручил ее Томми Б., а Джанет тем временем подобралась поближе, надеясь подслушать разговор. Джесси попытался поймать ее за руку, но не успел. Она спряталась за штабелем старых музыкальных центров – от них хотя бы не пахло. Джесси последовал за ней, но в результате они оказались так близко к Томми Б. и Отису-большому, что переговариваться уже не могли. Джесси лишь покачал головой не то в восхищении, не то в раздражении.

Они молча наблюдали, как Донован, сделав большой глоток, поставил банку на землю. Смеркалось, птицы затихли, мир засыпал. Время текло лениво, как вода между пальцами. В помойном баке что-то стукнуло, и в полумраке Джанет разглядела, как на гравий вылезли две здоровенные крысы размером с небольшую кошку.

Молниеносным движением Томми Б. выхватил из кармана пистолет. Два выстрела почти слились в один, как рикошет. Джанет вздрогнула, и Джесси положил руку ей на плечо и сделал знак молчать. Одна крыса подлетела вверх и, бездыханная, шлепнулась на землю, вторую разорвало почти пополам и отбросило к баку. Некоторое время у зверьков еще подергивались передние лапки, но вскоре все стихло.

– Четко ты их, – заметил Отис-большой.

– Жаль только, что это не те писаки из Огасты, которые остановили перевозки, – буркнул Томми Б. – Последнюю рубаху снимают. А до конца сезона всего три недели. – Он прикончил коктейль одним глотком.

– Увы, ничем не могу помочь. – Отис-большой протянул Томми Б. вторую жестянку.

– Как будто ты когда-нибудь вписывался за других, – проворчал тот.

– Осуждаешь?

– Да не то чтобы. Радует только, что этим поганым браконьерам тоже не на чем товар возить. Загнемся вместе.

Джанет взглянула на бесстрастное лицо Джесси. С нее было достаточно, но они подобрались слишком близко, чтобы уйти незамеченными. Теперь придется ждать, пока Отис-большой и Томми Б. не наиграются.

В течение следующего получаса Томми Б. убил еще четырех крыс. Отис-большой только смотрел и подавал новые жестянки с коктейлем.

В наступившей темноте Томми Б. включил налобный фонарик и обвел лучом свалку.

– Только одного не хватает, чтобы завершить вечер. – сказал он Самлину. – И вот оно.

Он встал, и Отис-большой, не дожидаясь просьбы, подал ему бейсбольную биту ручкой вперед.

– Ежик! – крикнул Томми Б. и зашагал к бакам. Его налобный фонарик высветил суетящегося дикобраза, который, видимо, не понимал, куда бежать.

– Нет, – тихо выдохнула Джанет. Джесси крепче сжал ей плечо.

Иглы защитят дикобраза от любого, кто дерзнет подойти слишком близко, но не от любителя острых ощущений, вооруженного бейсбольной битой. Томми Б. уверенно замахнулся и отправил животное в полет над свалкой. Дикобраз приземлился на кучу старых велосипедных шин и ржавых деталей и возмущенно заклекотал. Теперь уже Джанет вцепилась в Джесси, комкая в кулаке его рубаху.